Танар (СИ)

— Может, для начала правду? — взволнованно предложила она. — Что ты чувствуешь сейчас?
— Я не знаю! — с явным раздражением повторил Денис; он сцепил ладони так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Потому что я понятия не имею, что чувствую! С тех пор, как я пришёл в себя, во мне что-то изменилось. И я понятия не имею, как это исправить. Я чувствую лишь чёртово влечение к тебе, которое сводит меня с ума!
Виолетта вздрогнула, как от пощёчины. Патрульный мучительно вздохнул.
— И я очень зол на тебя! — вдруг заявил он. — Зачем ты рисковала своей жизнью? Зачем вообще пошла за нами? Ты должна была оставаться в Академии!
Девушка повела плечами, давая понять, что не жалеет о своём решении. Денис, заметив это, безнадёжно коснулся её щеки кончиками пальцев.
— О чём ты только думала? Неужели ты и в правда считала, что я захочу жить в мире, где нет тебя? И ты собиралась оставить меня с вечным чувством вины за то, что посчитала мою жизнь важнее своей? Как я тебя за это ненавижу! — горячо восклицал он.
Виолетта стиснула зубы и крепко сжала его ладонь, прижимая к своей щеке. Её переполняли эмоции, но она постаралась ответить сдержанно:
— Это не важно… Главное, что ты жив!
— Нет! — Денис резко одёрнул руку и больно сжал её плечо. — Ты должна пообещать, что никогда больше не будешь рисковать своей жизнью ради меня… И ради кого-либо другого!
— Это не справедливо! — Виолетта мягко освободилась из его цепкой схватки. — Пойми, я просто очень испугалась… Это вышло совершенно случайно.
— И всё равно я хочу, чтобы ты дала слово! — настойчиво повторил Романов.
— Как я могу давать обещания, которые не смогу сдержать?
— Просто сделай это! Прошу… Ради меня.
Виолетта безнадёжно вздохнула. Он смотрел на неё такими глазами, что отказать было очень сложно. Просто так всё равно не отстанет.
— Хорошо… обещаю! — недовольно уступила девушка.
Денис кивнул и немного расслабился. Он посмотрел на деревья, скользнул взглядом по заснеженному павильону и фонтану.
— Почему ты избегал меня всё это время? — осторожно спросила Виолетта после недолгого молчания.
Патрульный ответил не сразу. Ему явно не хотелось об этом говорить.
— Ты сама знаешь почему! — уклончиво произнёс он. — По той же причине, по которой мы и дальше не сможем общаться.
Ранние предположения подтвердились, но девушка всё равно почувствовала обиду.
— Наверное, это и к лучшему! — сухо сказала она. — Ты никогда особо не хотел со мной сближаться. Так почему я решила, что что-то может измениться именно сейчас.
— И почему это для тебя так важно?
— Да потому что я… — она осеклась, когда едва не произнесла заветные «люблю тебя», и мысленно укорила себя за это. — … беспокоюсь за тебя!
Денис усмехнулся, словно прочитал её мысли. А потом тяжело вздохнул.
— Не обижайся, — коротко произнёс он. — Просто меня тянет к тебе, Виолетта! С первой минуты, как увидел тебя в Сувенирной лавке. Сперва преградой служило то, что я занимался твоим делом. После отстранения — твои прежние отношения. А теперь я узнаю о том, что нас связывает какая-то древняя магия. И не знаю, как теперь общаться с тобой после этого. Всё это… наши чувства… не настоящие!
Рука невольно метнулась к его руке и коснулась тёплых пальцев, словно Виолетта хотела попробовать доказать обратное. Денис зажмурился от её прикосновения, словно оно доставляло ему боль. Девушку вдруг накрыло его чувствами. Они накатили горячей волной, сметая преграды. Страх, злость… Много злости. Денис не лукавил, когда говорил об этом. Вот только злился он не на неё, а на себя. И винил себя за всё, что произошло.
Ещё похоть. Теперь Виолетта почувствовала, что он испытывает, когда видит её. Эти чувства так похожи на её собственные, но при этом так отличаются. Она чувствовала, как он сейчас едва сдерживает себя, как хочет её прямо сейчас…
— Нет! — Романов резко вскочил и спустился по лестнице на каменную дорожку.
Виолетта поднялась следом. Её дыхание сбилось. Кровь стучала в висках. Он взволнованно повернулся к ней. Грудь вздымалась столь же часто. В глазах затаилась печаль.
 
— Всё это не-ре-аль-но! — раздражённо выпалил патрульный.
— С чего ты взял, что мы не захотели бы сблизиться и без связи? — задала вопрос девушка и спустилась к нему.
— Мы уже никогда этого не узнаем! — спокойнее ответил он.
Виолетта почувствовала, как подступает отчаяние. Солнечный свет постепенно начинал меркнуть на фоне его побледневшего лица.
— Я знаю одно: мы не сможем отпустить друг друга, пока связь не будет разрушена! — заговорил Денис. — Либо я найду способ это сделать, либо рано или поздно это убьёт нас.
Девушка хотела извиниться за все разы, когда по незнанию пользовалась магией. Но слова застряли где-то в горле. Глаза предательски заслезились. Взгляд Романова смягчился:
— Ты не виновата. Мы не знали.
Она сделала шаг навстречу, но он отшатнулся. Тем самым дал понять, что на этом всё. Возможно, навсегда. И сдерживаемые с трудом чувства хлынули наружу. Виолетта прошептала те самые слова, которые совсем недавно боялась произнести вслух:
— Но я ведь… люблю тебя!
Его зрачки расширились, но больше патрульный никак не выдал эмоций. Когда Виолетта осознала, что только что сказала — её охватила паника. По телу пробежала нервная дрожь. Она прикусила язык и взмолилась о том, чтобы провалиться сквозь землю.
— Это не любовь! — холодно отозвался Романов. — Ты хочешь в это верить, но рано или поздно тебе придётся смириться с реальностью. Иначе нельзя!
Виолетта посмотрела вниз. Под ногами лежал мокрый снег. Внутри всё щипало от боли. Она не заметила, как он медленно подошёл и прильнул горячими губами к её лбу. По всему телу пробежала волна мурашек. Виолетта закрыла глаза, позволяя себе раствориться в этих ощущениях. Её тело упорно тянулось к нему, жаждало большего. По щеке скатилась холодная слеза.
Когда Денис отстранился, она ещё несколько секунд чувствовала пленяющее тепло от его поцелуя.
— Завтра я отправляюсь в путь! — шёпотом предупредил он. — Удачи с братом… и со всем остальным.
Виолетта коротко кивнула. Денис медленно прошёл мимо, оставляя после себя ореол бергамота с мятой. Затем поднялся по лестнице и незаметно скрылся за дверью.
Несколько секунд Виолетта неподвижно оставалась на месте, пока не опустилась на край каменной площадки. Теперь у неё осталась только его куртка и медальон. Девушка смотрела на запорошенный снегом сад и представляла, как Денис проводил здесь время в детстве.
«Ему нравилось одиночество, а для меня оно — адская мука. Пора разобраться, подумать… как быть дальше…».
В кармане вдруг почувствовалась вибрация. Виолетта нехотя достала сенсер. Она не вспоминала о нём уже долгое время и искренне удивилась, как он вообще оказался у неё. Но через мгновение ей уже было не до этого. На экране высветилось свежее послание от Тимура:
«Ви, прости, пожалуйста, за всё! Я много думал и очень хочу тебя увидеть. Ответь, как только сможешь. Я очень сильно люблю тебя!».
  
Эпилог
 
Влад стоял на балконе, упираясь руками о перила. Камень неприятно холодел под пальцами. На нём были только футболка и узкие брюки. Изо рта на выдохе вырывался горячий пар. Иногда парень засматривался на эти хитроумные переплетения, пока пар полностью не растворялся в промозглом воздухе.
Все мысли были заняты мрачными размышлениями. В последнее время Влад часто смотрел вниз из окон своей «темницы» и мечтал только о том, когда сможет, наконец, выбраться отсюда. Лишь на балконе он чувствовал себя более свободным. Здесь было как-то спокойно.
Рука невольно метнулась к шее. Эта царапина (оставленный Тамарой прощальный подарок) в последние дни часто напоминала о себе лёгким пощипыванием. Не более, чем простое неудобство.
Влад вновь коснулся её кончиками пальцев и всерьёз задумался, как вообще мог докатиться до такой жизни. Ещё несколько недель назад он жил собственной жизнью и точно знал, что она не зависит ни от кого другого. А теперь… теперь его считают каким-то монстром, наследником главного врага Гамильдтона. И, скорее, небо упадёт вниз, чем шаонцы выпустят его из поля зрения. А где нет их, всегда будет эта ведьма…