Новый враг: Удерживая маску. Срывая маски. Маска зверя

Вот с тех пор мы со Шмиттом и тормошим парнишку, чтоб совсем не закис. Может даже, не только мы.
– Да теперь уж пока не женишься, – усмехнулся я. – Герр Шмитт дома?
– Ага, – посмотрел он на лестницу, ведущую на второй этаж. – И даже не один. С внуком.
С шестнадцатилетним Нибори я даже встречался однажды. Ничего конкретного сказать про него не могу. Разве что на японца он не сильно тянет, при том, что и бабка, и мать у него из этой страны.
– Ммм… позовешь? Или мне лучше в другой раз зайти?
Вместо ответа он кинул взгляд на шкатулку в моей левой руке и просто кивнул, отправившись наверх. Вернулся через две минуты и, махнув на лестницу, пригласил:
– Можешь идти. Они там не сильно и заняты. В гостиной сидят.
Ну а сестра Момо за это время не вымолвила ни слова. Просто стояла статуей, изображая идеальную продавщицу. Видимо, все-таки есть какой-то опыт в подобной сфере услуг. Все они там под одну копирку.
Открыв дверь в гостиную, очередной раз за сегодня удивился. Слегка так. Дело в том, что парень, сидящий в одном из кресел, был точно не Нибори, а раз Момо сказал, что внук, получается, это Дэн Шмитт, его девятнадцатилетний брат, про которого я только слышал. А слышал я, что он недавно уехал в Германию, дабы прочувствовать, по словам Шмитта, разницу между двумя странами. И, видимо, прочувствовал, раз вернулся так быстро.
– Здравствуйте, герр Шмитт, – улыбнулся я старику. – Шмитт-сан, – легкий поклон парню.
– Здра-а-вствуй, Синдзи, – запнулся он при взгляде на шкатулку в моих руках. – Позволь представить тебе моего старшего внука – Шмитт Дэн, – произнес он его имя-фамилию на японский манер, то есть сначала фамилию, а потом уже имя.
Тем самым показывая мне, что Дэн, несмотря на деда, больше японец, чем немец.
– Приятно познакомиться, – кивнул я Шмитту-младшему, – Сакурай Синдзи, – и еще один поклон с дежурной улыбкой.
– Аналогично, Сакурай-кун, – встал он и немного поклонился, после чего сел обратно.
– Герр Шмитт, – повернулся я обратно к старику, – у меня сегодня не совсем обычный подарок, – приподнял я руку со шкатулкой. – Сможете отгадать, что это?
И, подойдя к вставшему старику, передал подарок Кагами.
– Хм, – заглянул он в шкатулку. Чуть больше минуты разглядывал содержимое, приближая, отдаляя и принюхиваясь. И вдруг резко поднял голову, глядя на меня. – Неужели… – и вновь уткнулся в шкатулку. – Похоже. Нет-нет, – посмотрел он на меня, – предположения есть, но угадать просто на глаз сложновато.
Я припомнил, что мне говорила Кагами. Ничего про «на глаз» там не было.
– Этот чай мне дала Кояма Кагами, – улыбнулся я чуть шире. Все-таки приятно удивлять знакомых. – Специально для вас.
– С чего это такая честь? – спросил он удивленно.
– Да как-то так, – усмехнулся в ответ. – Посмел обмолвиться, что в знаниях о чае вы, возможно, даже ее превзойдете.
– Это, конечно, лестно… что ж, придется постараться и не посрамить гордость семьи Шмитт. Так заваривать-то можно? – слегка наклонил он голову.
– Конечно, иначе смысл мне его сюда тащить было? Кстати, если угадаете, Кагами-сан сказала, что вас ждет кое-какой подарок. А так как чая у нее много… – развел я руками. – Сами понимаете. Побороться вам придется не только за гордость.
– Заинтриговал, парень. Заинтриговал, – произнес старик, медленно разглядывая шкатулку. – Подожди здесь, я быстро.
Глядя на почти убегающего из комнаты Шмитта, я думал о том, не испортит ли он чай, не зная его названия, а значит, и способа заварки? А вдруг там какие-то нюансы имеются? Видимо, это еще одна ступень испытания.
– Слышал, ты в Германию ездил, – обратился я к Дэну. Не сидеть же в тишине, пока старика нет. – И как оно там?
– Дед рассказал? – улыбнулся парень. – Любит он поворчать, как там плохо.
– А это не так?
– Ну… – слегка замялся Дэн. – Не так, как рассказывает дед. Если убрать различие культур, – качнул он в сторону головой, – все будет не так страшно. Да, где-то неприятно, но жить и работать можно.
– Хм. А учиться? – поинтересовался я. – Кстати, ты туда работать или учиться уехал?
 
– А дед не рассказывал? – переспросил Шмитт-младший.
– Да и я как-то не интересовался, – пожал в ответ плечами.
– Учиться, – ответил он, пару секунд помолчав. – Теперь придется заново устраиваться уже здесь, – вздохнул парень под конец.
– То есть, – приподнял я бровь, – ты здесь не в отпуске-каникулах-выходных?
– Нет, – поджал он слегка губы. – Просто я оказался глупей, чем сам о себе думал, и влип в неприятную историю.
– Самокритичненько, – протянул я.
– Врать себе – последнее дело, а врать другим о том, что и так является достоянием общественности, попросту глупо, – произнёс он. – Пусть эта общественность и берлинская. Но, что там произошло, не расскажу. Стыдно мне.
Довольно откровенно для японца. Если он такой по жизни, то и не удивительно, что парниша встрял там во что-то. Стоп, нет, нельзя судить людей по первому впечатлению.
Шмитт-старший вернулся только через двадцать минут. Девятнадцать с секундами. Все это время мы с Дэном болтали ни о чем. Просто легкая болтовня. Даже погоду в Берлине и Токио зацепили.
– Фух, – поставил поднос с тремя чашками чая старик. – Кагами-сан – страшный человек. Две заварки испортил, прежде чем понял, что к чему. Зато теперь могу дать четкий ответ, – присел он в кресло. – Угощайтесь, что сидите?
Поднявшись и взяв чашку с блюдцем, вернулся обратно в кресло.
– Забавно, – донеслось от Дэна.
Ну, во-первых, чай был желтым, а во-вторых, те темные гранулы, которые я видел в шкатулке, превратились в небольшие пучки белых цветков. Основная масса лежала на дне чашки, но и на поверхности плавало штук десять. Ну да, точно, десять.
– «Эльфийский цветок», он же «Арисанов снег», – просветил нас старший Шмитт. – Чай относительно новый, эксклюзив клана Акэти. Они выпускают всего пять килограммов в год, и до простолюдинов, вроде нас, ничего не доходит. Я о нем только читал, даже вживую ни разу не видел. Когда осознал, что ко мне в руки попало, чуть инфаркт не хватил… две заварки погибли, – закончил он, горестно покачав головой.
Кагами… и что у нее в башке творится?
– Ты это, Сакурай-кун, заканчивай с такими подарками, – встревоженно смотрел на старика Дэн. – Ты как сам-то, дед? Может…
– Нормально все, – отмахнулся Шмитт. – Успел отойти.
– Как скажешь, – поджал губы парень.
Не понял. Так он не привирал для красного словца? Реально чуть инфаркт не случился?!
– Спокойно, Синдзи, – усмехнулся старик, – все не так страшно. Это Дэн просто слишком заботливый.
Видимо, у меня на лице все написано было. Хотя – без всяких «видимо». Я прям чувствовал, как у меня брови где-то в районе челки сходятся.
– И я его поддерживаю, герр Шмитт, – покачал я головой в ответ.
На что он усмехнулся и сделал еще один глоток.
– А чай на любителя, – заметил старик в никуда. – Но мне нравится.
– Чай как чай, – произнес Дэн.
Неужто собрат? Я тоже ничего особенного про данный напиток сказать не могу.
– Кстати, – вспомнил я, – зачем вам еще одна работница? Будете расширяться?
– Это не мне, – ответил старший из Шмиттов, – это, вон, оболтусу, – кивнул он на Дэна.
– Не понял, – сознался я через секунду.
– Собираюсь открыть еще один магазин, и отдать его Дэну, Аки-тян будет ему там помогать. Ну а пока что пусть здесь опыта набирается.
– Круто, – покивал я парню. – Будет, куда энергию приложить, показать, на что способен.
– Знаешь, – скривился Дэн, – из твоих уст это как насмешка звучит.
– Что? – замотал я головой между парнем и его дедом. – Ты о чем?
 
– Если дед не врет, – вздохнул Дэн, – то ты владелец Шидотэмору, так?
– Ну да, – уже понял я, куда он клонит.
– И добился всего сам, – покачал он головой. – А мне все чуть ли не в подарочной упаковке предоставляют. Даже работницу.
– И? – приподнял я бровь. – Что такого-то?