Апокрифы Другого мира: тулку на испытательном сроке (СИ)
Лавка первого попавшегося ювелира располагалась практически в двух шагах от входа на площадь. Оставив оборванца снаружи, я под перезвон дверных колокольчиков вошёл в лавку. Внутри помещение выглядело совсем не так, как ювелирные магазины в моём прошлом мире. Здесь не было стеклянных ветрин с продукцией. Несколько образцов красовались в метре за массивным дубовым прилавком. Кроме торговли ювилирными изделиями, здесь также предоставлялись услуги ломбарда. Глянув на хозяина, я чуть не поприветствовал его «Шалом!», настолько характерный видок он имел. Так недолго и заподозрить, что характерные черты являются следствием чрезмерного контакта с презренным металлом.
Моё предложение купить камни вызывало у него довольно вялый интерес, но выложенные на прилавок мелкие аметисты и алмазы мастер рассматривал с помощью специальных артефактов весьма долго и очень придирчиво. Наконец он вынес свой вердикт:
— Все эти камни я готов купить у вас за триста золотых.
Я несколько удивился, что он сразу назвал ту цену, за которую я собирался их продать "в лучшем случае", поэтому немножко потянул паузу и потом как бы задумчиво произнёс: «это несколько меньше, чем я ожидал за них выручить».
— В крупном городе артефакторы за камни такой чистоты могут дать больше на треть, но я такого себе позволить не могу. Так что, к сожалению, это моё последнее слово.
Поблагодарив ювелира, я не стал в этот раз жадничать и забрал предложенную сумму. Очень уж манила перспектива поскорее добраться до подушки.
***
Купив в соседней лавке галантерейщика пару приличных кошельков, я с моим провожатым добрался до гостиницы. Кинув бесконечно счастливому пацану несколько медных монет, я завалился внутрь гостеприимного заведения и потребовал себе номер, в котором и бухнулся сразу же спать. Просто спать, без всякой осмысленной, осознанной деятельности. Даже не припомню, когда я последний раз позволял себе такую роскошь. Продрых, как сурок, до вечера, но зато выполз в общий обеденный зал во вполне вменяемом состоянии. Ожидая заказанную еду за свободным столиком вдруг заметил, что окружающие бросают на меня косые взгляды и презрительно хмыкают. Включение соображалки принесло лежащий на поверхности очевидный ответ: я одет как житель драуры. А подростки мужского пола из Драуры на территории людей вызывали исключительно насмешки и презрение.
Единственная молодая служанка средней потасканности, приносившая мне заказанные блюда, пыталась заигрывать на предмет того, готов ли я продемонстрировать, чему обучают мальчиков в Драуре. С каменным лицом доел свою еду, игнорируя её шпильки в мой адрес, а также саркастические ухмылки пары сидевших за соседнем столиком воинов-аристократов. И, расплатившись, пошёл искать портного, чтоб избавиться от одежды с подмоченной репутацией. Хорошо, что я не проникся отношением истинных дроу-мальчиков к гардеробу, поэтому купил практически первую попавшуюся приличного вида куртку, штаны и шляпу. Ещё для полноты образа пришлось раскошелиться на меч с ножнами и перевязью и кинжал-дагу. Они были настолько галимого качества, что как только пришел в свой номер, первым делом взялся править структуру металла и укреплять его магией. По результатам оба клинка резко прибавили в характеристиках. Конечно, моя кустарщина не сделала их даже отдалённо похожими на знаменитые зачарованные клинки, но, по крайней мере, теперь ими уже не стыдно стало убивать.
Ближе к ночи потянуло на мысли о вечном, в смысле "сходить поискать бордель". Но эти благие намерения безнадёжно проиграли сборной команде паранойи с брезгливостью, так что я в очередной раз уберёг то, от чего горел желанием избавиться, в смысле — свою невинность. С такими сложными мыслями и отправился на боковую. Во сне рванул выяснять, как дела у Роя. Дела у него были нормально, но Орея, пользуясь устранением вечного источника проблем в моем лице, взялась с утроенной настойчивостью подводить "рыбку" к подсачку. Рой барахтался, делал "свечки", но боялся, что даже мой подарок долго не удержит его в условно-свободном состоянии. Наказав другу сжать кулаком… волю, крепится и ждать подмоги, вернулся в своё тело. Так что после посещения Ограса вызволение Роя становится самой приоритетной задачей.
***
Завтра мне предстояло закончить в Тамбре все дела и двигаться в Мрель, следующую точку, где я планировал активно обменивать камни на золото. И тут включилась на полную мощь моя паранойя, которая требовала создать себе защитные и наступательные артефакты, так как в одиночку возить с собой целое состояние и не быть защищённым от выстрела в спину из арбалета — откровенная глупость. Самую большую опасность для меня представляла самая же распространённая тактика нападения разбойников на вооруженного всадника, когда жертве, не говоря дурного слова, всаживают арбалетный болт в спину, а потом вдумчиво, без суеты грабят труп. Другой неприятностью было то, что в случае нападения у меня единственным способом победить будет поубивать или, как минимум, покалечить всех нападавших. Даже с самыми законченными мерзавцами ни того, ни другого мне делать совершенно не хотелось. Но и отпускать на все четыре стороны тех, кто через пять минут может подстрелить следующую, менее защищённую жертву — претило вдвойне.
Таким образом я для себя сформулировал требования к трём, срочно понадобившимся в дорогу, плетениям: защитному, атакующему и, как бы это помягче сказать, "мировоззренческому". Техника должна соответствовать условиям применения. Каким будет наиболее вероятный сценарий нападения и противодействия ему? Вот я еду по лесной дороге весь такой умиротворённый, думаю о добром. Ветерок листьями шумит, птички поют. И вдруг, "бах!", в меня стреляют из кустов. Раз, и сработала артефактрая защита. Два — и все разбойники вокруг лежат обездвиженные и надёжно упакованные и, главное, все хорошенько подсвеченные, чтоб никого я не упустил и не потерял. Три — и вот я на них накладываю какое-то плетение, которое… которое… вот что оно должно делать, я пока не придумал, хотя и так ясно, что как минимум не позволять в дальнейшем вести антисоциальный образ жизни и кому бы то ни было рассказывать об обстоятельствах, при которых они вступили на путь исправления.
Для решения задачи я собрал весь свой монстро-коллектив и, пообещав им тройную дозу за быстрое и качественное решение, выдал целый пучок научно-технических задач. Использовать эти универсальные тактические наступательные комплексы в качестве систем автоматизированного проектирования было с одной стороны расточительством, но с другой — я пока никакого государства завоёвывать не планировал. А их мощь на задачах скромнее уничтожения вражеской столицы — полностью никак не задействовать.
О существовании в этом мире плетений, которые я заказал, мне никогда раньше слышать не доводилось. Возможно потому, что моё магическое образование было далеко от систематического. Не знаю, сколько времени бы заняло их создание, реши я подойти к проблеме в стиле древних, но я действовал как технарь с проектным опытом 21ого века. Разложил каждое проектируемое плетение на составляющие, оценил, что уже известно, как делать, а что требует проведения НИОКРа[2], определил критический путь, распределил работы по своим "сотрудничкам" и начал контролировать процесс разработки. Очень скоро процесс работы пришлось прервать и провести среди моих "подчинённых" разъяснительную беседу, на тему, что если они за пол часа не обнаруживают путь, позволяющий решить поставленную задачу в приемлемые сроки, то пусть прекращают извращаться и зовут меня в помощь. Без подобной вводной монстры оказались склонны тупо "зависать", продолжая "ходить по одними и тем же тропинкам по замкнутому контуру" без всякой надежды найти решение.
В итоге из сформированных групп пятнадцать спокойно занимались своими "проектами", а три кучковались отдельно, регулярно подзывая меня для того, чтоб я помог им либо наводящими вопросами найти идею, как обойти не решаемое в данный момент ограничение, либо чтоб предложил немагический подход к её решению. К утру все рабочие группы предоставили успешно выполненные задания, которые в итоге воплотились в двух артефактах и одном плетении. Артефакты я сварганил из купленного вчера металлического хлама, и довольный собой выполз на завтрак. Быстро умяв "кулинарные шедевры", поданные всё той же рябой любительницей хорошо воспитанных мальчиков, отчалил к первой точке намеченной на сегодня программы.