Запах ночи (СИ)
– И этот мужчина довёз Полли до аэропорта, а потом вернулся к себе домой.
– Нет, они улетели вместе, сбежали.
Адибар выгнул бровь.
– Как интересно. Ты видел списки пассажиров?
Ник смутился.
– Списков не видел, но информация абсолютно достоверная.
– Тогда взгляни. ― Старик щёлкнул пальцами, и его мажори передал кожаную папку. ― Читай, если французский не забыл. Среди пассажиров того злополучного рейса «Париж ― Москва», действительно числится некая госпожа Мещерякова, Полина Сергеевна. А вот господина Злобина лично я не увидел.
Ник заворожено перебирал листы.
– Эта кипа бумаг подтверждает, что невостребованный гений покинул Францию только спустя месяц для того, чтобы оплатить операцию своему отцу. Да, там на дне ― медицинское подтверждение и копия чека.
– Но я прилетал в Россию, искал Полину, но дома её не было. Я подумал…
– Что пара приобрела жильё и вьёт совместное гнёздышко? Идиот! Почему ты не пошёл к ней на работу, не поговорил с подругами?
– Мне было стыдно показываться в роли рогоносца.
– Да, роль осла тебе больше подходит!
Адибар покраснел и вновь уселся на диван. Я боялась, что его удар хватит. Боли внизу живота стали повторяться чаще.
– Полина до последнего времени жила совершенно одна в доме почившей бабушки, в крошечном посёлке недалеко от Сочи.
– Но ребёнок!
Верный слуга вытащил из кармана медицинскую справку.
– Это то, мой господин, что нам удалось получить в женской консультации, где наблюдается Ваша жена. Срок реальный. Наследник может появиться с часу на час.
Острая боль пронзила моё тело. Я громко закричала. Перед глазами всё поплыло. Последнее, что зафиксировалось в моей памяти, был злобный взгляд Виктории и мой муж, бежавший ко мне со всех ног.
Глава 36
― Не думай вставать, дочка, лежи. ― Когда я открыла глаза, сразу увидела Лору. Просторная больничная палата, современное оборудование, я под капельницей. Мой взгляд пополз вниз.
– Что случилось? Где мой живот? Где ребёнок? Что с ним?
Свекровь мягко улыбнулась.
– Всё хорошо. Они родились совершенно здоровенькие.
– Они?
– Два хорошеньких мальчика.
– Два? Вот так сюрприз. А я? ― голова кружилась, тело болело.
– Лежи спокойно. Ты потеряла много крови. Была операция. Слава Богу, у Ибрагима оказалась твоя группа, четвёртая отрицательная.
Я устало закрыла глаза.
– Он же хотел пытать меня, а потом казнить. Зачем спас?
Свекровь взяла меня за руку.
– Мужчины, они, как дети малые, капризные, впечатлительные, и верят в сказки.
– Ага, особенно, если сказочница обладает грудью пятого размера.
– Нужно уметь прощать. Хотя, я так и не смогла. Не скажу, что мой второй брак не удался, во всяком случае, у меня есть Синди, но… Я до сих пор люблю этого старого осла, Адибара, и до сих пор ощущаю Запах Ночи. Будь умнее, постарайся отпустить обиды.
Лора, как в воду смотрела. Гормональный фон понемногу возвращался в норму, и моя глупость и упрямство тоже возвращались на место. Я становилась собой, гордой, обидчивой дурой. Мне казалось, что всё, что произошло, произошло с совершенно другим человеком. О, если бы сейчас кто-то облобызал моего мужа, я бы этому кому-то волосёнки проредила, и мне было бы наплевать, сколько вокруг свидетелей. Но Ник оказался идиотом, причём непробиваемым. Нужен ли мне такой мужчина? С другой стороны, на свет появились два парня. Справлюсь ли я одна? Острая боль в голове оторвала меня от грустных мыслей. Мой зеленоглазый монстр, спавший много лет, внезапно проснулся, и я ясно услышала внутренний голос: «Ты столько сделала глупостей в своей жизни! Не совершай непоправимого!» Не совершай! Я тряхнула головой и приняла решение.
Ника я не видела неделю. Не знаю, сколько заплатила Лора за право находиться со мной в реанимации, но она была единственной, кто имел ко мне доступ. Именно она сообщила, что Адибар изловчился, применив всё своё обаяние, и не только, и прочитал положенные молитвы над внуками. Немного попричитав, что роды у его невестки принимал мужчина, старик успокоился и занялся подготовкой торжественной встречи.
Я чувствовала себя вполне сносно. Потихоньку вставала и ходила по палате. Утром мне принесли мальчишек на кормление. Я в первый раз взяла детей на руки и разрыдалась.
– Что Вы, мамочка! ― молоденькая медсестра перепугалась. ― Не плачьте. Новорожденных испугаете, да и молоко пропадёт, не ровен час.
Я улыбнулась самой счастливой улыбкой. Все эти дни я могла смотреть на сыновей только через окошко бокса, куда меня подвозила Лора на подкатном кресле. А теперь я гладила их маленькие головки, покрытые чёрными, как ночь, кудряшками, рассматривала крошечные ручки, целовала каждый пальчик. Мой мир перевернулся на сто восемьдесят градусов с появлением детей. Как бы не сложилась моя жизнь дальше, я была благодарна Нику уже за ту, несравнимую ни с чем, радость материнства.
– Лора, меня завтра переводят в обычную палату. Ты бы ехала домой.
– В обычную? Не совсем. Адибар оплатил люкс-вариант. Я там уже побывала. Тебе понравится. ― Она лукаво подмигнула.
– Вот и славно. Я хочу, чтобы ты отдохнула, выспалась.
Я едва дождалась утра и спустилась на второй этаж роддома, точнее спустили меня. Несмотря на то, что я хотела пройти десяток метров до лифта и столько же от него самостоятельно, медсестра усадила-таки меня в кресло на колёсиках. Порядки в учреждении были строгие. Я замерла в дверях, поразившись, во что можно превратить палату, имея безудержную фантазию, и усомнилась в строгости тех самых порядков. Первая комната была украшена шарами и цветами, и в ней собрались все мои родственники, все, кроме Ника. Его опять нигде не было. Злость накрыла с новой силой. Неужели он улетел? Все, кто хотел, правдами и неправдами, смогли навестить меня и уже повидали близнецов. А мой собственный муж, отец малышей, так и не удостоил нас своим вниманием. На общение с взволнованной роднёй мне дали полчаса. Родня подобралась шумная, а в соседних палатах тоже находились женщины и младенцы. Словом, когда все разошлись, я попыталась успокоиться. Ничего. Проживём и без папы. Я же не умерла, хотя у меня вообще была одна бабушка. Я не могла понять, что ещё наболтала проклятая Виктория, не знала, состоялся ли развод вообще, но факт оставался фактом. Ник не пришёл! День пролетел быстро. Я спала, поднимаясь только для того, чтобы покормить мальчиков. Молоденькая медсестричка, приставленная ко мне, не разрешала даже менять памперсы на крошечных попках.
– Вам тяжёлое поднимать нельзя. А детки довольно крупные родились, по три пятьсот.
Да, близнецы всегда весили меньше. А я ещё удивлялась, почему у меня такой огромный живот!
После вечернего кормления я отпустила сотрудницу роддома, решив, что до утра она мне уже не понадобится.
Спать расхотелось. В голову лезли всякие мысли и ни одной радостной. Я попыталась сосредоточиться на выписке. Иришка намекнула, что комната для принцев превзойдёт все мои ожидания. Сразу захотелось домой. А чего ждать? Швы сняли ещё вчера. Малыши прекрасно адаптировались в новом мире.
Сильный порыв ветра распахнул окно. Я не могла вскочить и захлопнуть ставни так быстро, как хотелось. Пока села в кровати, пока нащупала ногами тапочки, в палату влетел букет. Хотя, если честно, он не влетел, а застрял в проёме. Со стороны улицы послышались ругательства, а потом на подоконнике появился Николя в обнимку с творением местных флористов. Я зарычала.
– Чёрт бы тебя побрал, Ник, ты напугал меня и чуть не разбудил детей. Вообще-то тут двери есть, если не заметил.
Мужчина растерялся. Он не знал, как разделиться на две половины. Одна его часть спешила вручить сноп из роз мне, другая хотела поскорее увидеть мальчишек. Я не собиралась облегчать задачу.
– Чего припёрся?
Ник сделал выбор. Он подошёл и уселся на пол, у моих ног.