Запах ночи (СИ)

– Но я, действительно, ехала переодеться. ― Зачем я это ляпнула?
– Ладно, только быстро.
Мой взгляд упал на оттопыренную ширинку брюк. А Ирка оказалась права. У Николя крыша ехала, а боевой дух поднимался.
Больше часа я пронежилась в ванне, потом неспеша высушила голову и тщательно нанесла макияж. Длинное обтягивающее платье с открытой спиной не подразумевало нижнего белья. Я довольно усмехнулась. Пусть парень порадуется напоследок. С видом королевы величественно спустилась во двор.
– Ты убиваешь меня, женщина. На мне сейчас штаны лопнут.
Случилось то, к чему я была готова. Мы поехали не в «Чинар». Огромная двухуровневая квартира располагалась в дорогущем доме. Мы с Иркой не могли позволить себе покупку такой недвижимости. Квартиры быстренько разобрали москвичи. Хорошее вложение денег. Квадратные метры на побережье всегда ценились.
– Зачем тебе понадобилось покупать квартиру в нашем городе?
– Не привык жить в гостиницах. А бывать тут мне всё равно пришлось бы.
– Но два этажа…
– Два этажа, двенадцать комнат, три ванны и три санузла, а ещё веранда. Оттуда такой вид на закат открывается, закачаешься.
Я уже была тут. Дорога от входной двери в спальню показалась смутно знакомой. Ник развернул меня и повёл на второй этаж. Он не соврал. Огромные панорамные окна открывали воистину волшебный вид.
– В Ашаре нет настоящего моря, даже реки нет. Страна, воздвигнутая бедуинами в пустыне, крошечный оазис, островок жизни среди мёртвых песков. А я люблю море, люблю закаты и рассветы над ним. Словом, тут, у Вас, мне нравится.
– Я тоже люблю море. Знаешь, где бы ни была, всегда спешу вернуться.
Возле накрытого стола стоял высокий мужчина. Это он подарил мне чемодан эксклюзивных духов, которые я даже рассмотреть не успела, сотрудники спёрли.
– Ибрагим, мой мажори.
Я приветливо удыбнулась. Гигант и ухом не повёл, даже глазом не моргнул в мою сторону. Зато, уловив лёгкий кивок головы хозяина, вооружился крохотной ложечкой и откушал всё, что лежало на столе. Низко поклонившись, он удалился.
– Это что за первобытный ритуал?
Ник рассмеялся.
– Таковы обычаи. Пробовать еду входит в обязанности каждого мажори. Да ты присаживайся. Видишь, продукты безопасны. Как насчёт мидий?
Я поморщилась. С детства ненавидела вкус рыбы с курицей.
– Салат и мясо. Я кровожадна по натуре. Это так, к сведению.
Николя сам ухаживал за мной. Я была чертовски голодна. Правда, всем ресторанным деликатесам, я бы предпочла Иркин борщ, но не тащить же из-за этого араба к себе!
– Итак, ты что-то хотел сказать мне?
Ник потянулся через стол и взял меня за руку. Когда его губы коснулись моих пальчиков, по телу пробежала волна электрического тока. Отблески свечей играли в глазах мужчины, добавляя им дьявольского блеска. Ветерок из окна принёс в комнату сладковатый аромат орхидеи. У него там что, цветочный склад на балконе? Романтика, будь она неладна. Стоп, орхидея! Запах Ночи! Естественный феромон! Не дышать! Ах ты, гад! Всё продумал. Я уже хотела выдернуть руку, как мягкий язык принялся облизывать мои пальчики. Запах Ночи. Какая прелесть! Голова пошла кругом, а тело наполнилось приятным теплом.
– Кхе, кхе.
Я вздрогнула и обернулась. Дьявол раздери этого Ибрагима. Мой внутренний монстр уже начал мурлыкать, а теперь ощерился на бестактного слугу.
Мужчина стоял с каменным выражением лица, держа в руках сотовый. Он что-то сказал Нику на своём языке. Тот кивнул.
– Госпожа Полина! Это Вас. ― Ибрагим протянул трубку.
– Меня?
Приложив нереально дорогой смартфон к уху, я прокашлялась.
– Слушаю.
– Ой, Полина Сергеевна! Я Вам звонила, звонила, а у Вас телефон выключен.
Я вспомнила, что при побеге отключила сотовый. Хотела провести вечерок без бесконечных звонков от Ника и дёргающегося глаза.
– А этот номер у тебя откуда?
– Ох, как же? Господин Ибрагим был так любезен со мной, словом, мы обменялись телефонами. Так, на всякий случай.
Я посмотрела на мажори, стоявшего, как истукан. Трудно представить, что такой тип может быть любезным.
– Кстати, он не женат. И гарема у него нет никакого.
– У кого?
– Тфу на Вас, Полина Сергеевна, у Ибрагима, естественно.
– Рада за него. Так чего звонишь? Клуб сгорел?
– Да что Вы такое говорите! Путёвочку я для Вас заказала. Завтра в десять вылетаете. Всё в аэропорт подвезу.
Я злорадно улыбнулась.
– Буду ждать. Пока.
Трубка вернулась к хозяину, а я почувствовала прилив сил. Никакие феромоны не заставят меня вновь привязаться к мужчине. Ни-ког-да!
Жестом руки Ник отпустил мажори. В комнате сразу стало просторнее. Пойдём, я кое-что купил для тебя. Мы спустились на первый этаж. Николя явно спешил в спальню. Да. Я побывала именно тут всего несколько дней назад. Ник подошёл сзади и прижался к моей спине. Ого, малыш на пределе!
– Сделай ещё пару шагов и взгляни на мой сюрприз.
Низкий резной столик был прикрыт парчовой салфеткой. Сдёрнув её, я покраснела. Игрушки. Великое множество игрушек для взрослых.
– Не знал, что тебе нравится, поэтому скупил всё.
Да такому ассортименту позавидовал бы столичный секс-шоп.
– Для чего?
Мужчина бесцеремонно уселся на кровать, стянул галстук, вынырнул из рубашки и принялся за брюки.
– Что? Память так и не вернулась? Когда мы с тобой в первый раз… тут… Словом, ты очень сожалела, что не забрала меня на квартиру, где у тебя хранился целый арсенал удовольствий. Ты так красочно обрисовала, что хотела сделать со мной, что я решился. Делай.
Я уставилась на голого Николя. Раньше он казался мне высоким, но худощавым. Теперь же я была поражена его пропорциям. Широкие плечи, вылепленная мускулатура, кубики пресса. Красивые длинные ноги. И… никакой растительности… нигде. Ник-младший находился в полной боевой готовности, вздрагивая при каждом вздохе Ника-старшего.
– Ты делаешь эпиляцию?
Разочарованно вздохнув, мужчина присел, облокотившись на локоть. Быстрого траха не получилось. Девушка, то есть я, решила поговорить.
– Это у Вас, в заснеженной России, волосяной покров считается для мужиков дополнительным источником тепла. А в Сахаре испокон веков люди избавлялись от лишнего меха на коже. Знаешь, в Ашаре существует множество бань и салонов, которые посещают брутальные самцы, совершенно не стыдясь того, что с ними там делают.
Я подошла ближе к столику и услышала, как Ник громко проглотил слюну.
– Не хочешь для начала рассказать о предназначении всего этого, хотя бы, куда такое втыкают и для чего.
– Страшно? ― мой монстр блеснул зелёными глазищами. Я отодвинула большую половину игрушек. ― Это для женщин.
– В них это всё влезает?
– Влезает и вылезает, будь уверен. А вот это для брутальных самцов. Анальная пробка, вибромассажор малого диаметра и такой же побольше, анальные шарики… Это не просто игрушки. Они стимулируют работу предстательной железы, второго сердца мужчины, продлевают его молодость. Я уже не говорю об удовольствии, которое некоторые испытывают.
– А другие?
– Другие тоже испытывают удовольствие, просто предпочитают не говорить об этом вслух.
– А те шары? Только не говори, что и они предназначены для мужчин. Лично мне они даже в рот не влезут.
Я прищурилась, дёрнула за молнию и, перешагнув через упавшее платье, осталась в ажурных чулках и лакированных лодочках на тонкой шпильке.
– Ну-ну, зачем же их помещать в рот? У них совершенно иное предназначение. Ляг на живот.
Ник запаниковал.
– Слушай, а давай сегодня традиционно, без всего этого, а? А к завтрашней встречи я морально подготовлюсь.
– Нет. Сам напросился. Теперь ложись на живот.
Арабский миллионер что-то пробурчал себе под нос, но подчинился. Я взяла в руки огромные тяжёлые шары, которые едва помещались в ладонях. Они выглядели несколько иначе, чем те, что мы с Виктором привезли из Франции, но главное ― принцип действия. Где же эти кнопки? Вот! Я нащупала металлические выступы и нажала на них. Один шар должен был нагреться до сорока градусов, а другой охладиться до пяти. Почувствовав разницу температур и слабую вибрацию, я уже хотела опустить их на плечи мужчины, но услышала жалобный стон.