Изгой (СИ)
Развернув байк, я медленно покатил через запущенный сад к дороге. На ходу открыл карту Илиона и ввёл в поиск «корпорация Нимрод». Появилась отметка нужного адреса.
Загрузить в навигатор.
Бортовой компьютер услужливо проложил маршрут. Появились прозрачные стрелки, указывающие, куда ехать.
Я отправился в район под названием «Балка». Как сообщила система, стоило запросить информацию о местности, название он получил после того, как террористический акт отворил путь водам реки, протекавшей через район, и её русло пересохло. В Балке располагались жилые кварталы, цеха и офисы некоторых военизированных корпораций. В том числе, казармы спецназа и научно-исследовательский центр «Асклепа».
Поиск Вагнера являлся побочной миссией, которую я обнаружил благодаря подсказке-воспоминанию. А хотелось бы знать, что я должен был сделать по основному сценарию игры. Но выяснением этого мне предстояло заняться позже.
Наконец, я остановился перед огромным зданием, которое, однако, выглядело частично разрушенным: сохранились только первые двенадцать этажей, остальные представляли собой руины перекрытий и стен.
Оставив байк возле тротуара, я поднялся по широкому крыльцу. Никакой охраны (кроме пары дотов с торчавшими пулемётами) не было, и я беспрепятственно прошагал через холл к стойке администрации, где меня встретил робот, похожий на холодильник, только из него торчали штук двадцать тонких манипуляторов, ловко управлявшихся с компьютером.
— Здравствуйте, — приветствовал он меня, едва я подошёл достаточно близко. — Хотите сделать заказ корпорации «Нимрод»?
— Думаю, да. И прости, что не прихватил сувенирный магнитик.
— Простите?
— Нет, ничего.
За «спиной» робота виднелись агитационные и рекламные плакаты. Одни призывали вступать в ряды «Нимрода», другие красочно предлагали услуги и редкие товары. Брутальные охотники на мутантов глядели с картинок, сжимая грозные пушки, и как бы говорили всем своим видом: «Будь мужиком, ты, кусок дерьма, маменькин сынок! Приходи к нам, тут тебя сделают человеком!»
— Готовые товары, материалы или мероприятия? — спросил робот.
— Меня интересует охотник по имени Вагнер.
— Хотите принять участие в загоне?
— Нет, хочу с ним поговорить.
— Такой услуги нет. Хотите принять участие в загоне?
— Может, просто скажешь мне, где его найти?
— Такой услуги нет. Хотите принять участие в загоне?
Чёрт! Всё-таки, игра это не настоящая жизнь. Нельзя забывать об этом.
— Ладно, давай.
— Двадцать пять кредитов плюс три кредита налог. Итого к оплате двадцать восемь кредитов.
В воздухе над стойкой появилось окошко:
Оплатить/Отказаться
Я выразил согласие на финансовую операцию, и мои денежки улетели на счёт «Нимрода».
Кредиты: 105
— Вы стали членом охотничьего отряда Вагнера, — сообщил робот. — Поздравляю! Вылет в Топи через пять минут. Направляйтесь в сто семнадцатый терминал для получения экипировки и инструктажа.
Появившаяся стрелка-индикатор указала мне путь. Я подошёл к раздвижным дверям с грубо намалёванными цифрами. Едва они открылись, всё погасло.
Хоть отступать было поздно, меня терзали сомнения. Не напрасно ли я согласился на эту миссию? Что, если она — пустая трата времени?
Глава 36
Виллафрид Герстер включил мелодию из «Гибели богов» Вагнера, налил в хрустальный бокал на тонкой ножке золотистого вина и подошёл к панорамному окну своего особняка. Отсюда открывался вид на город, являвшийся плодом причудливой фантазии дизайнеров виртуальности. Множество стилей где-то сочетались, а где-то, напротив, резали глаз, но таковы были все мегаполисы цифрового мира. Виднелся и игровой сервер «Идавёль», визуализированный в виде чёрной пирамиды, вожделенной и отчасти ненавистной. Пирамида символизировала богатство, но в то же время пугала: что, если и последний рыцарь не добудет Грааль? Кем тогда станет Виллафрид Герстер? Мишенью для насмешек, лишённым наследства? Конечно, у него останется куча денег, но влияния уже не будет. А он привык быть причастным к одному из самых знаменитых игровых серверов. Виллафрид не любил «Идавёль», но дорожил тем, что было связано с пирамидой.
Мелодия Вагнера набрала мощь, звуки разносились по всей комнате. Виллафрид жадно отпил вина и, отвернувшись, подошёл к креслу-крылатке, обитому тканью в сине-белую полоску. Опустившись в него, он нажал на подлокотнике кнопку замаскированного пульта, и в воздухе появилась голограмма монитора, на котором светились сообщения. Отчёты, отчёт, отчёты… И снова ничего важного.
Виллафрид не был глупцом. Он понимал, что, какие бы деньги он ни посулил, существовали люди, готовые заплатить больше, лишь бы «Идавёль» утратил лидерство на рынке видеоигр. В правлении корпорации тоже могли сыскаться недоброжелатели. Мир бизнеса подобен сумрачному лесу, в котором заблудился когда-то герой поэмы Данте. И эти люди могли перекупить геймеров, которых он отправлял в игру. Никто из них не нашёл части пароля — так утверждали сотрудники, отсматривавшие записи прохождений. Чемпионам не хватило умения? Или дело заключалось в том, что они просто не были Виллафридом и не замечали подсказок? А может, всё-таки им заплатили за слив игры?
Но хакера по кличке Орфей никто перекупить не мог — просто не упел бы. А вот внедрить в игру убийцу, задачей которого стало бы его истребление, — запросто. Правда, ассасин не знал бы, кого именно валить… Наверное.
К сожалению, любая информация в виртуальности, даже тщательно охраняемая, потенциально могла быть взломана и похищена. Так что и персонажа, за которого играл Орфей, скорее всего, вычислить было реально. К тому же, эту инфу могли слить облажавшиеся геймеры. Не стоило ли нанять кого-нибудь, чтобы избавиться от них? Когда на кону такие деньги, есть ли смысл рисковать и миндальничать?
От подобных тревожных мыслей у Виллафрида постепенно развивалась паранойя, усиливавшаяся тем, что никаких гарантий ни на какой счёт не существовало. Герстер-младший сделал из бокала ещё один долгий глоток. Полная имитация вкусовых качеств совиньона. Даже здесь, в виртуальности, такое вино стоило кучу денег. В подвале особняка имелись немалые запасы данного сорта и многих других, в том числе, коллекционных марок.
Виллафрид нетерпеливо встал и прошёлся по комнате. С тех пор как отец отмочил фокус с завещанием, ему не было покоя. Он психовал и просыпался по ночам — не в виртуальности, а в настоящем мире (не в таком роскошном особняке, как этот, цифровой, но тоже весьма приличном: доходы, получаемые в виртуальном мире, легко конвертировались, обращаясь в «настоящие» деньги).
К сожалению, Лаэрт Герстер установил системные ограничения на «Полночного рыцаря»: прохождение игры можно было записывать, но за действиями игрока не удавалось следить в режиме «онлайн». Так что Виллафрид понятия не имел, чем был занят Орфей. Ему оставалось лишь читать отчёты шпионов, приставленных к предшественникам хакера. За каждым из тех, кто пробовал силы в «Полночном рыцаре», пристально наблюдали: не встретятся ли они с представителями конкурирующих компаний, не попытаются ли снова принять участие в игре — ведь у каждого из них сохранился код доступа. Дело осложнялось тем, что всё происходило в виртуальности, где человек мог сменить тело, так называемый аватар, и явиться в «Идавёль» под новой личиной. Поэтому дежурные специалисты всегда были готовы в случае необходимости вычислить несанкционированного геймера и передать его местонахождение группе захвата. И всё же существовала опасность, что усилия окажутся тщетны.
Все, кто пробовал силы в «Полночном рыцаре», сначала просматривали записи прохождений своих предшественников. Ну, разумеется, кроме самого первого, нанятого Виллафридом: ему смотреть было попросту нечего, так как первой записью стало его собственное прохождение.