Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ)

Застыла от изумления.
— Что ты делаешь?
— Утешаю свою иннэ-али, — промурлыкал на ухо, когда отстранился и занес над коленкой ладонь. — Не нравится?
Сглотнула:
— Нравится. Просто раньше ты такого не делал.
Муж усмехнулся:
— Всё бывает в первый раз.
Затем пружинисто встал, исчез в ванной и вернулся с пузырьком и чистым эластичным бинтом.
— Я уже приложила лёд, — сообщила, когда он сел и без спроса откинул подол моего домашнего платья до бедер.
— Не сомневаюсь. Но, думаю, будет не лишним, если колено осмотрит профессионал.
Несколько минут чашечку ощупывали теплые пальцы, потом на кожу нанесли ароматную мазь и замотали.
— Завтра отёк станет меньше.
Рэн исчез в спальне и, пока я удивлялась, как быстро уходят болевые ощущения, вернулся в гостиную в домашней одежде. Ужин доставили через десять минут — сочная курятина, рис и салат. После ужина Киаррэн ненадолго вернулся в лазарет проверить состояние дознавателя Малиуса, а я закончила выписывать даты и уже собралась готовиться ко сну, когда из внутреннего двора послышался шум.
Оказывается, родители Винсана все это время были в Академии.
Из окна виднелся освещенный фонарями просторный сквер, крытая повозка с лошадьми и множество людей. Ишена вынесли на носилках, укутанного одеялом, и быстро устроили внутри повозки. Герцог старший отдал какие-то распоряжения, помог жене сесть возле сына и кивнул кучеру отправляться. Я заметила, как за повозкой побежала пара серебристошерстых волков в качестве охраны.
— Дома Ишену будет гораздо лучше, — шепнул Киаррэн на ухо.
Он приблизился неслышно. И сразу обвил за талию широкими ладонями. Его пальцы коснулись моих и сердце забилось быстрее. Я чувствовала мужское тепло, аромат лимона, солнца и пряных специй.
— Значит, родители его забрали? Навсегда?
— Дюрбэ предложил герцогу старшему оформить отпуск на время лечения, чтобы потом Винсан мог вернуться. Но тот был непреклонен.
Грустно вздохнула.
Чуть ли не с первого дня молила падших демонов утащить нахала на Изнанку миров, а когда желание сбылось — не испытала ни радости, ни облегчения.
— Отец отвезёт его на юг. Винсан поправится.
Рэн уткнулся лицом в мою макушку, опаляя кожу дыханием.
Тепло его сильного тела окутывало жаркими солнечными лучами. А губы… Губы нежно целовали ямку под волосами. И так не хотелось шевелиться, даже дышать, потому что каждый вдох отзывался в груди сладостной болью. А еще там шевелился колючий страх.
«Рано или поздно кровь предков позовёт твоего благоверного в Арруан. И что-то подсказывает человеческую жену он с собой не возьмёт».
Неужели однажды Киаррэн от меня откажется?
Или оборотень сказал это в сердцах, чтобы испугать глупую человеческую девчонку, что предпочла ему другого?
Почему меня вдруг стало это волновать?
  
Глава 38. Сумрачные тени
 
Зачет по Истории магии я всё-таки сдала.
Кроме меня к мисс Инэль нагрянула половина нашей группы, в том числе Ксана и близнецы Рауль с Эмилем. Дамочка кривилась, язвила, испытывала нервы на прочность и, тем не менее, отпустила всех с заветной подписью в зачетной книжке.
Я вышла из кабинета совершенно разбитая. Мыслями уже была в ванне, наполненной горячей пеной, и даже направилась к покоям мужа, ощущая сладковатый аромат воздушного мыла, когда за локти перехватили близнецы.
— А отметить удачную пересдачу?
— Верно, миссис Мальер. Мы понимаем, что вам не терпится поделиться новостью с мужем. И все же некрасиво вот так бросать друзей.
— Да, Анжелина, — Ксана по-кошачьи приблизилась и забросила сумку на плечо. — Пойдём.
— Куда?
— В трактир мисс Пенелопы.
— Пропустим по стаканчику имбирного пива и разойдёмся по комнатам, — пообещал Эмиль с самым невинным видом. Полупрозрачная зачётная книжка болталась над его правым плечом в сполохах искр.
Я оглянулась к окну.
В мглистых сумерках кружился снег. Вечерняя темнота была еще прозрачна, вдали просвечивала Башня маяка, задний двор и зубья скалистого побережья. Обрамленные пеной волны лизали шершавые камни громадными сине-черными языками.
 
Рэн сегодня до самого вечера будет занят на экзамене у магов-боевиков. Я вполне успею отпраздновать удачную сдачу и вернуться домой. Муж ничего не заподозрит.
— Хорошо, — улыбнулась сокурсникам. — Идёмте в трактир.
Уже давно была наслышана о любимой таверне студентов Северной Магической Академии, но сама туда никогда не заглядывала: не было ни повода, ни подходящей компании. Сегодня можно нарушить традицию.
— Чудесно. — Рауль подхватил Ксану под локоть и вчетвером мы отправились в главный холл.
На этажах царила суета.
Студенты торопились сдать «хвосты», мимо носились группы в разноцветных мантиях, двери кабинетов хлопали, отовсюду слышались голоса. Через три дня в Академии наступят долгожданные рождественские каникулы, большинство парней и девушек разъедутся по домам, и учебное заведение опустеет на долгие четырнадцать дней. Однако перед этим всех ожидает Рождественский бал. Несмотря на мрак и преступления, окутавшие Эвер-Ниар, ректор вновь прислушался к мнению большинства, и бал все-таки решили провести.
Ксана охотно делилась, в каком наряде отправится на бал. Рауль и Эмиль, как истинные лорды, вежливо поддерживали беседу. Я же вертелась по сторонам. Академия во всю дышала праздничной атмосферой. В уютных нишах серебрились елочные венки. Под потолком мерцали красные и белые фонарики.
Главный холл встретил большой наряженной елью.
Мы обошли сверкающие ветви, и вышли во двор. С темного неба сыпали пушистые хлопья, все дорожки засыпал снег. Мантии неплохо защищали от холода, к тому же до трактира пять минуть пешком, и все равно я зябко поёжилась.
Вдруг сбоку громко расхохотались.
Группа студентов возвращалась в Академию, а вела их… Сильвия Золейман. Вышагивала будто пава с высоко поднятой головой. Наши взгляды пересеклись, и темная зелень с магическими крапинами блеснула чистой ненавистью. Лицо преподавательницы потемнело, на нем возникло обещание скорой расправы над соперницей, укравшей у нее любимого мужчину.
Из оцепенения вырвал далекий хлопок парадной двери.
Друзья удивились.
— Ты чего?
Передернула плечами.
— Да так…
— Это из-за Золейман? — Поняла Ксана. — Слышала, она дважды просила у ректора расчёт. Хотела уехать до Рождества, но Дилайн запретил. Сказал, пока не выследит ингубуса — все должны оставаться в Эвер-Ниаре. Я даже не уверена, отпустят ли нас в этом году на каникулы.
— Золейман решила уволиться?
— А то ты не догадываешься, Анжелина, — фыркнул Эмиль.
— Из-за вашей с Мальером свадьбы. Девица ехала сюда, рассчитывая на крепкие отношения, а он взял и женился на другой. Будь ты на ее месте, сделала бы то же.
Я виновато вздохнула. Можно подумать, я мечтала об этом браке. Нет и еще раз нет! Но разве Киаррэн меня о чем-то спросил?
— Забудь о ней, — посоветовали близнецы и потянули к таверне.
Вроде и не испугалась, но ноги все равно стали ватными. Золейман — хитрая и коварная змея. Понятия не имею, какие мысли роятся в ее обиженном сознании и на что она решится ради Рэна, чувствую — должна быть готова ко всему.
… Таверна понравилась мне с первого взгляда. Этакий «пряничный» домик с красивыми кружевными окнами, изящным крыльцом и весь обтянутый рождественскими гирляндами.
Внутри пахло имбирём и сладостями. За стойкой крутилась миловидная полная дама в коричневом платье с передником лет сорока. От ее теплой широкой улыбки на душе сразу же посветлело. Она приветливо улыбалась студентам и раздавала подносы с кружками, до краев наполненные имбирным пивом.
Эмиль быстро очутился возле мисс Пенелопы, отвесил даме комплимент, после чего ее ресницы затрепетали, а улыбка стала шире, и вернулся с напитками и сладостями.
Я притянула высокую стеклянную кружку. Пахло специями, хмелем и пережженным сахаром.