Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ)

— Сукин сын упорен, — донеся из сумрака хриплый, немного уставший мужской рокот.
На этот раз не удержалась — издала тихий писк.
Мужчина находился в моей комнате.
И кто вы, думаете? Рэн Мальер. Сидел на стуле в темном углу, как у себя дома, и смотрел на меня в упор. Опасный, свирепый. Плечи расправлены, лицо — полутемное пятно и на нём, словно два солнца горят огромные янтарные глаза.
Скрип отмычки в замочной скважине повторился.
Я опомнилась.
— Что ему надо?
— Студент Сатро показался Дилайну подозрительным, — пояснил Рэн. — Почуял отголоски заклятия иллюзии и решил еще раз на тебя посмотреть.
— Ночью?
— Ночью люди наиболее уязвимы. Плюс эффект неожиданности.
— Дилайн считает меня убийцей? — Прошипела под шорох за дверью.
— У него все под подозрением. А ты — особенно.
Со злости пнула колючее одеяло — вот ведь гад.
В этот момент узоры на стенах повторно разгорелись, заливая комнату алым светом. Крик, удар и… тишина. Дилайна со всей силы отпихнуло от двери. Только на сей раз после удара он отключился.
— Скоро придёт в сознание, — пугающе заверил Рэн, оправляя белоснежные манжеты. На крепких запястьях светились загадочные янтарные узоры.
Поводив глазами по магическим переливам, сообразила:
— А вы что тут делаете?
Кажется, мужская бровь насмешливо приподнялась.
— Мне не требуется разрешения, чтобы прийти к иннэ-али.
— К кому?
— Сама ведь уже разобралась, — усмехнулся. — С недавних пор мы связаны по арруанскому обычаю. Ты моя жена.
— Жена?! — Сердце совершило кульбит. — Но я… Против!
— Во время ритуала ты меня приняла, — напомнил рокочущим голосом.
— Демонического ритуала, — крикнула зло. — Я думала это игра, а вы… — на языке вертелись ругательства. О, как хотелось выплеснуть на «мужа» всю обиду.
Рэн терпеливо ждал. Даже руки на груди сложил, бесчестный подлец!
— Обманули. Нацепили дурацкое кольцо!
— Если бы ты на самом деле была против, это дурацкое кольцо, как ты выразилась, — указал на палец, — не наделось бы.
— Как это?
— Арруанские брачные кольца едины. Я выбрал тебя добровольно, и ты меня приняла добровольно. Потому обряд состоялся.
— Я была пьяна, — стояла на своём.
— Можешь спорить хоть до хрипоты. Твоё сердце сделало выбор. Ты моя иннэ-али. — И так спокойно это сказал, будто пожелал доброй ночи.
— Я не могу…
Он изогнул другую бровь, и слова встали комом.
— Не хочу быть вашей женой!
— Вот как? — По-моему, Рэн разозлился. — Почему?
— Вы все еще любите леди Амелию.
— Она давно в прошлом, — равнодушно заметил, продолжая буравить янтарным взглядом.
— Я тоже люблю… другого. — И зачем-то добавила, — не вас!
Мальер вдруг выпрямился и шагнул к кровати.
— Кого?
Алые защитные символы погасли, комната погрузилась в холодный мрак. Отблески уличного света выхватывали мускулистую фигуру, что неумолимо надвигалась и два янтарных глаза на лице.
Одно дело, когда он — доктор, а я — пациентка, а другое — законный супруг. Чего он хочет?
— Имя, Анжелина.
Я покрылась мурашками страха.
— Не скажу. Вы убьёте его.
— Вполне вероятно, — и снова усмешка.
Икнув, я кинулась к двери.
— Помогите!
Но и шага сделать не успела, на талии сомкнулись крепкие ладони и рванули на себя.
— Дилайн всё еще под дверью, — прошипел вперемешку с рыком. — Не шуми.
В подтверждении этих слов из коридора донеслось бормотание. Опекун глухо ворчал. Судя по фразам, был удивлён установленной на двери первокурсника сложной защите. Боялась, начнёт стучаться, но тот помялся и убрался восвояси.
Выдохнув, невольно пискнула.
Я же в мужских объятиях. Сжата сильными руками и беззастенчиво льну к горячей груди как последняя дворовая девка. На мне кроме тоненькой сорочки ничего, да и его рубаха не особо успокаивает. Даже сквозь одежду чувствую, какая у Рэна каменная на ощупь грудь. Мускулистая, рельефная. И сам он будто выточен из гладкого мрамора.
— Маг ушел, — просипела. — Пустите.
— Зачем? — Прошептал прямо в рот.
— Мне неприятно, — рванулась от мужчины. Пардон, законного мужа. — И вы неприятны. Особенно, когда являетесь без проса!
 
Рэн сузил глаза и к удивлению отпустил.
Отскочила, как падший от серебра.
— Давно тут?
— Давно, — ответил, не сводя с меня глаз. Ох уж эти его голодные взгляды… хорошо, что вокруг темно, а то всё лицо пылает, а саму меня колотит лихорадка. — Искала на себе метку ингубуса? Поверь, если печать появится, я первым это почувствую. После обряда мы ощущаем своих иннэ-али.
Он и это видел?
Внутри взметнулась темная магия богов. Все эти недели Унсурэ смирено дремало и вот пробудилось. Грудь опалил нестерпимый жар.
— Подглядывали за мной?
— Я твой муж.
— Вы — негодяй! Требую развода!
— Чтобы потом прямиком угодить в лапы Дилайна? — Бросил зло.
Я замерла. И столько мыслей пронеслось в болезненно горящем разуме, что сделалось дурно.
— Вы мерзавец, мистер Мальер.
— Думай, что хочешь, — демон устало поморщился. — Брачный обряд состоялся, мы связаны. Развод не получишь. По законам Арруана он возможен только после пяти лет совместной жизни. Если в течение этого срока у пары не рождается ребёнок, муж даёт жене свободу.
— Пять лет, — прохрипела, ощущая, как к щекам приливает огонь. Через пять лет я перешагну порог совершеннолетия и вырвусь из-под опеки Дилайна, и это замечательно. Но как, прикажете, быть с демоном? Вдруг он не даст жене развод?
Я поняла, что объята пламенем, когда было слишком поздно. Тело будто подожгли изнутри, ладони воспламенились. Вскрикнув, я полетела на пол.
Представляю, какое мнение муженёк составил о новоявленной супруге.
Я недолго плыла во тьме, а открыв глаза, обнаружила себя в мужских объятиях. Рэн гладил меня по волосам, забирая излишки пламени. На каждое новое прикосновение темная магия в крови послушно откликалась мягким покалыванием и перетекала в его ладони.
— Я буду приходить, когда сочту нужным, — сухо процедил и поднял меня на руки, чтобы уложить в кровать. — И помогать. Даже если считаешь, что этим я тебя унижаю. Ты моя жена, Анжелина. С этим придётся смириться.
Рэн склонился к моему лицу, и я оцепенела.
Даже в подушку вжалась сильней. На что надеюсь?
Реши он прямо сейчас спросить супружеский долг, все равно не смогу сопротивляться. Так и глядела в янтарные глаза, едва дыша, пока он меня внимательно изучал.
Потом отвлеклась на грохот волн, а Рэн исчез. Только что стоял у кровати, и все — вокруг пустота. На секунду показалось, демон слился со снежным сумраком и все так же наблюдает из темноты, но когда присмотрелась, никого не заметила.
  
Глава 30. Зазеркалье
 
Принять факт своего внезапного замужества оказалось непросто. И пусть Рэн ничего не требовал и даже перестал появляться, я чувствовала себя в ловушке. С одной стороны — муж, с другой — опекун и где-то рядом могущественный ингубус, который почему-то желает мне смерти.
От постоянных темных мыслей спасалась учёбой.
Последний осенний месяц Ветров сменила суровая зимняя пора. За окнами от заката до рассвета падали пушистые белые хлопья, штормы утихли, зато треснули настоящие северные морозы. Приближались первые полугодовые экзамены. Большинство студентов, правда, думали не о них, а о Рождественском бале и уже даже начинали подбирать наряды и маски, ведь по традиции это будет бал-маскарад.
Я о нарядах пока не вспоминала, мне бы как-нибудь сдать зачёт по физической подготовке.
Ректор по совету дознавателей скрыл от студентов историю Мии Ансур. О том, что темная была донором ингубуса, знали всего несколько человек (в том числе я, хотя на самом деле, знать мне этого не полагалось). Падший изрядно осушил девушку, но каким-то чудом она выжила и теперь шла на поправку в женском крыле лазарета. Поскольку новых нападений не было, жизнь в Академии возвращалась в привычную колею. В коридорах все чаще слышался смех, в уютных нишах уединялись старшекурсники, и мы изредка позволяли себе ходить по одному.