Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ)

— Я понятливый, Кай. Рассказывай.
Друг по-звериному тряхнул волосами.
— Рассказ выйдет долгим. Боюсь, не успеть. Господин Мальер разрешил — только десять минут, потом восвояси.
Я в который раз удивилась.
— Серьёзно?
— Ты еще не окреп. Велел особо не беспокоить.
— Им тоже так сказал? — Намекнула на сокурсников.
— В первую очередь. — Усмехнулся Кай.
Объясняться Хидинс не подумал, вместо этого начал болтать о походах в таверну мисс Пенелопы, учебе и первой стипендии, которую студенты получили в день, когда я слегла в лазарет.
— Церии ждут в твоей комнате, — успокоил парень. — Ректор строго за этим следит.
— Обнадёживает.
— Чего такой мрачный? Из-за Винсана?
На самом деле из-за доктора, подумала я. Опекает меня как маленького ребенка и воспринимает, наверное, так же. То «привяжет» к кровати, то вольет зелье против воли. И попробуй — воспротивься.
А я, между прочим, девушка. Леди. Я не привыкла к таким манерам! Ладно, другие не в курсе, но Рэн-то знает. Мог бы проявить хоть каплю сострадания.
— Забудь. Герцог свое получил.
— Связан клятвой послушания, — вздохнула. — Знаю.
— Не только, — таинственно усмехнулся Хидинс.
Вот умеет друг заинтересовать. А потом молчит.
— Тебе сказали, что Винсан долго не появлялся на занятиях?
— Да.
— Чем, по-твоему, занимался?
Пожала плечами.
— Без понятия.
— Сидел в комнате и залечивал синяки.
— А у него-то откуда?
Хидинс обнажил белые зубы с подозрительно длинными клыками.
— Только никому ни слова, Эд. Обещаешь?
— Да.
— Доктор Мальер вызвал Винсана на дуэль и знатно проучил.
— Что?!
Должно быть, у меня настолько округлились глаза, что Кай расхохотался. На койках неподалеку застонали обожженные стихийники.
— Тише, — промямлила я.
Рэн — сильный маг, но учитывая подлую натуру герцогства могло произойти всё, что угодно. Зачем он собой рисковал? 
— Кто еще в курсе?
— Никто.
— А герцог?
— Его связали цепями неразглашения. Мальер и тебе запретил говорить, но я не удержался. Думал, обрадуешься, а ты…
— Я рад, Кай. Честно, — буркнула, все еще находясь в легком шоке.
Новость не укладывалась в голове.
Внезапно слух обжёг волчий вой. Разлился по заднему двору и плавно приблизился к лазарету, играя протяжными переливами.
Кай холодно сузил глаза.
— Я должен идти.
— Уже?
— Да. Не скучай. Хорошо?
Кивнула и он ушел. Только что был здесь, и нет его. Испарился. В любой другой вечер я бы заинтересовалась странным воем, захотела подробностей, но сегодня все мысли занял Рэн.
Магическая дуэль — привилегия аристократов-мужчин. Женщинам участвовать в дуэлях запрещено. Если вызов брошен — придётся принять. Отказ равносилен потере репутации. Винсан, может, и хотел отказаться — доктор опасный соперник, но дворянская гордость не позволила. В итоге, схлопотал.
Я так крепко задумалась, и не сразу увидела мужчину возле кровати. Снежные волосы, стройная фигура, в руках очередной поднос.
— Как настроение? — Приятный хрипловатый баритон болезненно царапнул по нервам. Меня внимательно изучал Мальер.
— Хо…рошо, доктор. Спасибо.
Янтарь в глазах напротив был темным, умеренным. Красивое лицо — невозмутимо.
Совсем недавно защищал мою честь, а виду не подаёт. Наоборот, запретил об этом рассказывать. Нет, право слово, я совсем его не понимаю.
— Встреча с друзьями пошла тебе на пользу, — усмехнулся полудемон и поставил поднос с ужином.
— Считаете?
— Глаза блестят, на щеках — румянец.
Знал бы, из-за чего у меня румянец!
— Наверное.
— Сними верхнюю одежду и ложись, — велел привычно.
Подчинилась, а потом десять минут кусала губы и жмурилась из-за сладких мужских прикосновений.
Увы, сегодня доктор уделил мне мало внимания. Обработав ожоги, напомнил о лечебном зелье, наказал съесть ужин и отошел к раненым стихийникам, возле которых и провел до поздней ночи.
Я почти заснула, когда Рэн отправился к себе.
Дверь тихонько скрипнула, лазарет окутала темнота. Я перевернулась на другой бок, обнимая жесткую подушку. Мысли никак не покидала магическая дуэль. Все так странно. И запутанно. Почти незнакомец заботится обо мне, а я даже не знаю его полного имени и титула. А когда хочу спросить — все время кто-то мешает.
 
Вот и сейчас к Рэну нагрянули гости.
Я не сразу поняла, почему это так сильно раздражает, а потом сообразила — в его личных покоях спорят на повышенных тонах.
Минуло десять минут, пятнадцать. Часы пробили полночь, а спор продолжался.
Я ворочалась, зажимала уши ладонями — бесполезно. Крики то затихали, то становились громче и не давали уснуть.
Не выдержав, выбралась из кровати и на цыпочках отправилась на шум. Зачем? Чтобы, как минимум, попросить спорить тише. Ведь спать совершенно невозможно! Вон стихийники ворочаются и стонут, бедолаги. Я тоже скоро начну.
Через миг была возле изысканных апартаментов. Глубоко в животе карябал стыд, в висках вопила совесть.
Это неправильно, Анжелина. Так нельзя. Мало ли, чем доктор занят. Но я ведь только попрошу и сразу уйду. В этом нет ничего постыдного.
Секунда колебаний, и я заглядываю в щель. И тут же зажимаю рот ладонями. В центре спальни возвышался Рэн в расстегнутой белой сорочке, а перед ним стояла полностью обнаженная Сильвия Золейман.
Я застыла как вкопанная. Будто на полу был начертан ведьмин знак, из которого невозможно выйти самостоятельно.
Спальня хорошо освещалась. Я видела каждую мелочь: копну рыжих волос, бесстыдно рассыпанных по голым женским плечам. Отблески ночников. Игру света и тени на лицах любовников.
— Любимый, — Сильвия обрисовала ухоженными пальчиками овал мужского лица.
Узкая спина, стройные ноги, красивая фигура. Широкие молочно-белые ягодицы с бархатистой кожей.
— Ты ведь больше не злишься, правда? — Голос ласковый, игривый. — Подумаешь, пробралась утром в твою постель. Когда-то мы не спали до утра, и ты был вполне доволен.
Мальер (в отличие от гостьи) был холоден и суров. Смотрел свысока. Лицо надменное. В глазах пульсировала злость.
— Мы в лазарете учебного заведения. Такое поведение здесь не уместно.
— Я хотела тебя порадовать.
— И для этого разделась и легла рядом?
— Если хочешь, буду делать так каждое утро. Или вечер. Только помани.
Сильвия прижалась голой грудью к обнаженному мужскому торсу и потянулась к губам.
Доктор отклонился.
— Тебе лучше одеться.
— Я думала, мы уже все выяснили. 
— Выяснили. Возвращайся к себе.
— Нет, — она вцепилась в белоснежную мужскую сорочку.
— Сильвия, — рыкнул доктор.
Холеные дамские пальчики ласкающе пробежались по мускулистой груди. Затем она медленно опустилась на колени, обхватила завязки мужских брюк и потянула.
— Позволь сначала доставить тебе удовольствие? А потом уж решай, прогонять или нет.
Женщина попыталась стянуть с него брюки, но в последний момент Мальер перехватил узкую руку.
— Хватит.
— Почему? — В томном голосе звенела обида.
— Сейчас не время.
Сильвия выпрямилась.
— Ты говоришь это второй месяц подряд. Что происходит? Вдруг стал так холоден, отстранен.
— Я всегда был таким, — глядя сверху вниз, усмехнулся демон.
— Не важно. Я замерзла.
Прильнув теснее, она прижалась к мужским губам в поцелуе.
Неожиданно мне стало дурно.
До этого кроме отвращения и стыда никаких чувств я не испытывала. Хоть и было неприятно наблюдать, делала это спокойно. Если б могла — убежала, честное слово! Я скромная, воспитанная девушка. Знаю, что подглядывать за другими — верх невежества.
Но могучая, неподвластная мне сила удерживала у двери. Опутала ноги, будто вросшие в пол, как корни врастают в сухую почву. Все изменилось в миг, когда ее губы слились с мужскими.
Я неожиданно получила свободу, а еще грудь выжгло пробужденное Пламя Унсурэ.