Да, урук-хаи мы! (СИ)

Но всё равно пришлые орки больше напоминали цыганский табор, а не организованное и дисциплинированное войско. Отличия с воинами Орды были заметны невооружённым взглядом, и мои солдаты, которые ещё недавно вели себя точно так же, теперь всеми способами подчёркивали свою исключительность, поддерживая строгую дисциплину. Будто она каким-то образом возвышала их над остальными. Хотя, пожалуй, да, именно она позволяла нам драться строем и бить превосходящие силы врага, точно так же, как это делали древние римляне.
Армия росла с каждым днём, и вскоре даже самые отдалённые племена присоединились к нашему походу, который обещал стать поистине самым великим и масштабным за всю историю орочьего народа. Даже легендарный Бадгаз не собирал подобного войска. И это значит, что мы уже вписали свои имена в легенды и предания, которые сложат о нас будущие поколения.
  
Глава 41
 
Близилось время выступать в поход, и с каждой утекающей минутой внутри меня росли сомнения. Что, если эльфы обо всём знают и только ждут нашего появления? Или если нас кто-нибудь предал? Или вообще, они заявятся сюда, как только мы отойдём на достаточное расстояние, и уничтожат наши деревни? Страхи, пожалуй, несколько иррациональные, но всё же не лишённые почвы.
Отчасти этот страх напоминал волнение перед выходом на сцену, и я чувствовал, что как только мы начнём продвигаться к эльфийским землям, всё это пройдёт. Потому что мои мысли окажутся заняты куда более важными вещами.
Орки, особенно из дальних племён, явно засиделись без дела, хотя им-то как раз жаловаться было не на что. Это я кормил их из собственных запасов, и каждый день простоя приносил мне только убытки. Так что пора было начинать.
Я собрал всех на открытом пространстве перед лагерем, и волнующееся море тел производило грандиозное впечатление. Орочьи лица сливались в одну зелёно-коричневую массу. Я, конечно, видел большие скопления народа, я бывал в метро в час пик, но одно дело, когда ты сам являешься частью толпы, и совсем другое — когда эта толпа ловит каждое твоё слово, а всё её внимание приковано только к тебе.
— Воины Орды! — громко произнёс я, выходя к своеобразной трибуне из нескольких брёвен, сложенных друг на друга, и забираясь наверх, чтобы каждый мог меня видеть.
Толпа, негромко гудящая, постепенно затихла, и я смог продолжить. Я поднял руку, чтобы привлечь внимание каждого из собравшихся здесь.
— Пришло время выступать в поход! Величайший поход со времён хана Бадгаза! — произнёс я, сопровождая каждое слово красноречивыми жестами. — Мы сотрём с лица земли всю эльфийскую мразь, посмевшую поднять оружие против нас!
— Ур-ра! — прогремели мои солдаты, выстроившиеся ровным каре посреди волнующегося моря пришлых орков.
— Я объявляю! Война началась! — громко прорычал я. — Сегодня мы отправимся на запад, прямо к столице их жалкого союза! И никто не устоит перед нашим натиском! Да пребудет с нами благословение предков!
На этот раз вся толпа отозвалась слитным рёвом, и я почувствовал, как мурашки бегут по рукам, а шерсть встаёт дыбом от осознания своей власти над этими орками. Одно моё слово, и они порвут кого угодно, и это пьянило сильнее гоблинского пива.
— Там, на западе, мы возьмём всё, что нам нужно! По праву сильного! — произнёс я. — Мы сами выбрали этот путь! И мы пройдём по нему до самого конца!
От этого выступления веяло чем-то… Инфернальным, первобытным. В голову лезли самые странные ассоциации и неясные воспоминания, что-то оно мне очень сильно напоминало, но я никак не мог понять, что именно.
— Мы нападём с трёх основных направлений! Первым, центральным направлением буду командовать лично я! Северным будет командовать Бурздуб из племени Кривых Копий! Южным — Азот из племени Горелых Лис!
Азот за время, проведённое в лагере, показал себя неплохим командиром, и я решил доверить ему командование половиной легионеров. Показать таким образом, что в нашем войске все орки равны, и старая гвардия из пяти моих племён, и новички. Хотя это не отменяло того, что в помощь Азоту я всё-таки дам нескольких советников, которые будут за ним приглядывать, чтобы он не наломал дров.
 
— Вперёд, к победе! — проревел я. — Ва-а-а-гх!
— Ур-ра! — громыхнула вся армия разом, и от этого рёва, казалось, сотрясаютсядаже корни гор.
— Командуйте, — приказал я вождям, и толпа начала расходиться, готовясь к выступлению.
Началась суета, обычная в такие моменты, и для того, кто никогда не видел отправляющуюся армию, она наверняка показалась бы хаотичной и суматошной, но я теперь видел чёткую и стройную структуру, где каждый делал то, что должен был сделать. Всё необходимое сгружали на обозы и сани, навьючивали на себя, проверяли наличие того или иного, затягивали ремни и подгоняли заплечные мешки. Кто-нибудь непременно что-то забудет, в этом я уже не сомневался, возможно, даже оружие или запасы еды. А возвращаться мы не будем.
Отовсюду раздавались резкие окрики, приказы и ругань, многие толкались, выходя на дорогу и догоняя свои подразделения. Всё же взаимодействие между частями налажено было не очень хорошо, особенно у новичков, которых я не стал перемешивать и раскидывать по разным легионам, а оставил всё как есть, племенами. Времени на боевое слаживание не было, а так хотя бы орки из одного племени могли неплохо взаимодействовать между собой.
Самой большой проблемой этого похода оказалась не дисциплина и не мороз, с этим-то как раз всё было в порядке. Самой большой проблемой оказалось отсутствие лошадей или ещё какого-то тяглового скота. Оркам приходилось самим впрягаться в сани и тащить на собственных плечах припасы и всё остальное, да и в целом скорость похода оставляла желать лучшего. Пехота, конечно, царица полей, но всадники банально манёвреннее и быстрее, а как известно — главное манёвры.
Никаких ездовых волков, варгов, кабанов или ещё каких четвероногих друзей у нас не имелось. Местные волки так и вовсе предпочитали держаться от нас подальше, чтобы не самим не стать закуской. Лошади нас боялись и не подпускали к себе, да и взять лошадей нам было негде, кроме как захватить в бою, а после единственной битвы с эльфийскими всадниками нам было слегка не до того.
Так что мы продвигались через зимний лес по заснеженным просекам и дорогам, и каждый вечер солнце неизменно указывало нам путь. Я возглавил центральный отряд, самый сильный и подготовленный, хоть и не самый многочисленный, а связь с Бурздубом и Азотом держал через гонцов-гоблинов, которые нередко терялись. Жаль, нет радиосвязи. Зато малютки-гарпии летели с нами, указывая гонцам, где сейчас находится нужный полк. Словарного запаса, чтобы служить гонцами, гарпиям не хватало, но для разведки оказалось достаточно.
Продвигались мы медленно, но верно, даже не встречая сопротивления. Я строго запретил жечь деревни и хутора людей, обещая покарать каждого, кто осмелится нарушить это правило, и люди, видя, что мы их не трогаем, тоже не трогали нас, благоразумно решив не сопротивляться. Мы шли освобождать их от эльфийского гнета, а не убивать и резать, и это я популярно объяснил каждому орку. Многие сначала не понимали и даже протестовали, но в итоге приняли мою точку зрения. Я не оставлял надежды интегрировать людей в нашу Орду, но пока что они скорее оставались сторонними наблюдателями.
Лесные жители, обитающие на своих выселках или в мелких деревушках, жили едва ли не беднее нас, и с них даже взять-то было почти нечего. Впрочем, я с самого начала рассчитывал, что мы будем грабить города и богатые поместья остроухих, а не скособоченные хибарки местных крестьян, угнетённых эльфийским режимом не меньше нашего.
На самом деле я даже несколько удивлялся, что мы продвигаемся через лес без всякого сопротивления и засад со стороны остроухих, хотя места здесь как раз подходили идеально. Я ожидал, что в густых чащах на нас будут сыпаться стрелы из-за каждого дерева, а разного рода ловушки не дадут и шагу ступить без потерь, но нет, пока всё выглядело обычной зимней прогулкой. Надеюсь, так будет и впредь.