Девочка Демона (СИ)

Полина перевернула его жизнь: заставила забыть о привычках, стряхнула пыль с того, что принято называть совестью. Вместе с чувствами к Полине проснулся и страх. Демон боялся навредить, причинить ненужную боль. А теперь еще и спугнуть.
Она думала… о нем? О том, что хочет обнять? В знак благодарности? Или… потому что делает шаг навстречу?
Как понять и не обидеть? Как отреагировать, чтобы она осталась довольна?
И как успокоить бешено колотящееся сердце…
Все еще худенькая… Хрупкая… Ранимая… Но такая желанная…
Демон держал ее в своих объятиях — и не верил тому, что это не сон. Надолго ли? К утру она протрезвеет, и…
— Демон…
Полина провела ладошкой по его груди, потерлась щекой, как кошка.
— Да, малышка, — отозвался он.
— Я… я хочу попробовать… — Она вздохнула. — Но боюсь.
— Я тоже.
— Ты? — Она удивленно на него посмотрела, подняв голову. — Разве ты можешь чего-то бояться?
— Все люди чего-то боятся. Сейчас я боюсь проснуться.
Полина невесело усмехнулась.
— Я измучила тебя, да? Извини…
— Ты неверно истолковала мои слова. Мне приятно твое решение, но я боюсь, что утром ты передумаешь.
— Это никак не опровергает того, что я тебя измучила. Демон… Тебе, правда, нравится это прозвище?
— Вполне. Я к нему привык. А тебе… нет?
— Оно немножко пугает.
Хм… Он об этом даже не задумывался. Демон… и Демон.
— Но я не зло, — возразил он. — И не владыка Ада.
— Знаешь, что в переводе с греческого это означает «божество»? — спросила Полина.
— Э-э… Так ты в этом смысле?
— По сути, так и есть. Ты для меня что-то вроде божества. Сильный и властный. Могущественный. Ты появляешься, когда мне плохо. И спасаешь… даже от самой себя.
— Но что тебя пугает?
Полина спрятала лицо на его груди.
— Малышка, скажи, — настаивал Демон.
— Когда-нибудь ты исчезнешь. А я не смогу… без тебя. Я боюсь привыкнуть сильнее, чем ты можешь позволить.
Демон сглотнул. На такое признание просто так не ответить. Пообещать, что никогда ее не оставит? Но он не божество, а обычный смертный. Он может заболеть, попасть в аварию…
— Не отвечай, не надо, — попросила Полина. — Мне не нужен ответ. Пусть все идет своим чередом.
После этого она сбежала. Правда, недалеко — в постель. И Демон ушел спать. Вернее, переваривать вечерние разговоры. Он долго ворочался, не мог уснуть. Под действием вина или искренне, но Полина все же сделала шаг навстречу. Попыталась довериться, приоткрыла душу. Радоваться бы! А он опять в сомнениях. Справится ли? Оправдает доверие?
Была бы она обычной девчонкой, Демон не задумывался бы о будущем. Но Полина… Ведь она права, ее нельзя приручать без серьезных намерений. Однако… Разве его намерения не серьезны?
Жениться — и жить всю жизнь, в богатстве и бедности…
Да, да… И умереть в один день.
Увы, Демон уже не тот наивный юноша. Жизнь любит преподносить сюрпризы.
В одном Полина права — пусть все идет своим чередом. Не стоит опережать события.
Утром Демон проснулся от запаха свежезаваренного кофе и теплого хлеба. Открыв глаза, он увидел перед собой Полину с подносом в руках.
— Ты чего тут? — пробормотал он спросонья.
— Завтрак принесла. В постель, — сообщила она и сморщила носик. — Извини, не придумала ничего лучше.
— А надо было? — брякнул Демон.
— Нет, наверное. — Она поставила поднос на комод, отойдя от кровати. — Хотелось сделать что-то для тебя. Вообще, уже десять утра.
— Правда? — Демон взглянул на часы. — Ужас. Я никогда так долго не сплю.
— Даже в выходной?
— Даже в выходной. Полина, стой! Ты куда?
Конечно, она попыталась улизнуть. Надо следить за своими словами! Она пока такая обидчивая…
— На кухню. Там убрать надо. Ой, поднос тоже забрать? Я сей…
Пришлось вскакивать и хватать вредную девчонку. И целовать, держа ее лицо в ладонях: в нос, в лоб и в раскрасневшиеся щеки. В губы Демон не рискнул, не почистив зубы. И только потом нежно упрекнуть.
— Я же не говорил, что не хочу завтракать. Кофе и тосты? Ты научилась пользоваться кофеваркой?
— Это не сложнее, чем есть палочками, — улыбнулась она.
 
— А ты? Ты завтракала?
— Да, я давно встала.
— Тогда посиди со мной. М-м… Вкусно!
Демон никогда не завтракал в постели. И ничего не ел до того, как умоется, побреется и примет душ. И вообще, распорядок его дня всегда расписан по минутам, даже в выходные дни. Но было что-то такое… домашнее и уютное в этом завтраке «не по правилам». Полина намазывала тост маслом, добавляла сверху сыр, ветчину и дольку тонко нарезанного огурца. Демон пил кофе и закусывал бутербродом.
Жаль, но ему придется нарушить эту идиллию.
Впрочем, если он даст задний ход, худших последствий не избежать.
— Спасибо, малышка. — Демон проглотил последний кусочек. — Иди сюда, я тебя обниму.
Полина поставила поднос на пол и прильнула к нему, по привычке пряча лицо.
— Ты держишь слово, — сказал Демон, перебирая прядки ее волос. — Не винишь. Не жалеешь. Не надумываешь.
— Стараюсь, — вздохнула она.
— И все еще хочешь, чтобы я сдержал свое?
— Да. Ты же сам предложил.
— И обязан убедиться, что ты не передумала, — пояснил Демон. — Я все еще считаю, что это необходимо.
— Я тоже… — едва слышно выдохнула Полина.
— Иди в комнату, где ночевала, и жди.
— Д-да… Только уберу…
— Нет, оставь, — перебил ее Демон. — С этой минуты и до окончания наказания ты беспрекословно выполняешь мои приказы.
— Да, сэр.
Он подумал… и не стал ее поправлять. Пускай, если ей так проще.
Демон не спешил, прекрасно осознавая, что ожидание мучительно. Он не хотел наказать сильнее, но надеялся, что Полина лишний раз подумает, стоит ли соглашаться на порку. Что бы ни представлялось под влиянием эмоций, сейчас он совершенно не хотел причинять ей боль. Однако и нарушить данное обещание не мог.
Так что Демон умылся, оделся и прошелся по квартире, отмечая, что она выглядит чище, чем вечером. Полина рано встала. Уборкой занималась, что ли? Только этого не хватало!
Отругать? И опять она обидится…
Полина сидела на кровати, по-турецки скрестив ноги.
— Готова? — спросил Демон, опускаясь на стул.
Она кивнула, закусив губу.
— Подойди.
Он старался говорить ровно и спокойно, но сознательно добавлял в голос властности, не позволяющей сабе ослушаться. У Полины была возможность отступить, а теперь он не позволит ей метаться и менять решение.
Впрочем, она послушно подошла ближе. И так же послушно легла животом на его колени. Футболка, которую она так и не сняла, задралась, обнажая поясницу и часть спины. Демон уставился на ягодицы, обтянутые трусиками. Снять или пощадить девичью скромность?
Нет. Наказывать, так всерьез. Полина не простит жалости. Он не упоминал о стоп-слове, не предупреждал о том, что наказание можно остановить.
«Пусть все идет своим чередом».
Что ж, в итоге Полина или станет ближе, или отдалится так, что их отношения не спасет и чудо.
После нескольких шлепков Демон стянул трусики, оголив ягодицы. Они медленно розовели, наливаясь теплом. По привычке Демон чередовал шлепки с расслабляющим массажем, но после спохватился и сосредоточился только на шлепках.
Полина оказалась терпеливой. Она пыхтела, тяжело дышала, шипела сквозь зубы, но не плакала и не просила остановиться. Демон придерживал руку, однако кожа на ягодицах давно окрасилась в малиновый цвет. И это… больно.
Наконец Полина хныкнула и попыталась прикрыть попу рукой. Демон поднял ее, встал сам, переставил стул и положил на спинку подушку.
— Нагнись над спинкой, — велел он, расстегивая ремень.
Полина метнула на него обиженный взгляд, но послушно приняла нужную позу. Демон намотал ремень на кулак, оставив свободным кончик без пряжки. Мысленно досчитал до десяти и шлепнул ремнем по попе.
— У-у-у! — отозвалась Полина, дернувшись.