Девочка Демона (СИ)

— Доминант и мазохист. Увы, и такое бывает.
— Увы? — не выдержала она.
— А что в этом хорошего? — усмехнулся Демон. — Я люблю боль, а порку почти всегда связывают с унижением. Устоявшаяся связка — доминант и садист. Или, наоборот, сабмиссив и мазохист. А я — белая ворона. Но я привык, и мне комфортно в таком состоянии. Вот только…
— Что — только? — спросила Полина, так как он замолчал.
— Не уверен, что ты понимаешь, что такое голод, — сказал Демон. — Когда боли хочется так, что едет крыша. И когда терпение заканчивается, я ищу того, кто меня выпорет.
— Женщину?
— Обычно — да. Но вчера это был мужчина.
— Мужчина?! — воскликнула Полина. — Но… почему?
— Потому что теперь у меня есть невеста. — Демон не спускал с нее внимательного взгляда, и на его лице не было ни тени улыбки. — Я не хотел давать повода для ревности.
Полина долго молчала, оглушенная таким признанием. В словах Демона она отчего-то не сомневалась. Он не обманывал, она так чувствовала. Но на душе одновременно стало и легче, и тяжелее.
Легче, потому что поступок Демона сказал о нем больше, чем все, что он успел ей наговорить за время знакомства. И тяжелее, потому что Полина отчетливо понимала — ее загнали в угол. Не признаться сейчас — бессовестно. Демон доверился ей, а она опять сбежит, трусливо поджав хвост?
— Дима, я… сабмиссив. Наверное… — пробормотала Полина, пряча взгляд. Смотреть ему в глаза было выше ее сил. — Я не знаю точно, потому что столкнулась с этим лишь однажды. И тот мужчина… Я доверилась ему… но он обманул.
Увы, сказать о съемках в порнофильмах она так и не смогла. Слишком велик страх, что это поставит крест на отношениях с Демоном.
— Что он сделал? — неожиданно жестко спросил Демон. — Что он тебе сделал?
— Он… — Она закрыла глаза и сглотнула. Какая же она дура! Это еще хуже, чем участие в съемках. — Он меня изнасиловал.
  
= 28 =
 
Этот гнойник давно пора было вскрыть. Демон зря надеялся, что Полина расскажет обо всем по доброй воле. Пережившие насилие хранят свою тайну тщательнее, чем швейцарские банки — вклады. И не нужно быть психологом, чтобы понимать, почему маленькая саба дрожит от страха.
Демона и самого потряхивало, только от ярости. Кто посмел сделать такое? Имя, подробности… Он хотел знать все, чтобы найти и покарать подонка. Но расспрашивать сейчас Полину — бесчеловечно. Она еще не оправилась от одной истерики, как начинается другая. И это он, Демон, заставляет ее плакать.
— Тише, тише. — Он осторожно извлек Полину из-за стола. — Не бойся.
Она не сопротивлялась, наоборот, искала утешения в его объятиях. Демон усадил ее на колени, не обращая внимания на боль в спине и других частях тела, и Полина прильнула к его обнаженной груди, обжигая дыханием кожу.
— Ты — саба, — сказал Демон, поглаживая ее по плечу. — В этом нет никаких сомнений. И это прекрасно.
— Почему? — всхлипнула Полина. — Что в этом хорошего?
— Во-первых, в этом нет ничего плохого. Мы те, кто мы есть, и это нормально. У нас просто особенные предпочтения и потребности.
— А во-вторых?
Демон невольно улыбнулся. Полина — всегда Полина, даже в расстроенных чувствах. Упрямая, стойкая и сообразительная.
— Во-вторых, я могу тебе помочь. Я знаю, как тебе помочь. И я хочу тебе помочь.
Он ожидал очередного «почему», но Полину волновало другое.
— И тебе все равно… какая я?
— М-м… Ты красивая, неглупая, милая, добрая… Что не так?
— Все шутишь, — вздохнула Полина.
— Ничуть.
— Ладно, Дим. Это все приятно, но… — Еще один тяжелый вздох. — Не заставляй меня повторять это вслух. Я не смогу… больше не смогу…
Демон не видел ее лица, но, кажется, она опять заплакала.
— Ты в этом не виновата, — сказал он, крепче прижимая ее к себе. — Ты ни в чем не виновата.
— Виновата, — возразила Полина. — Если бы я не согласилась… ничего не было бы. Если бы не поехала в Питер…
— Никаких «бы», — строго произнес Демон. — История не терпит сослагательного наклонения. Все, это уже случилось. И да, об этом нужно забыть. К сожалению, такое случается. Но сейчас ты здесь, со мной, а я никогда тебя не обижу. И никому не позволю.
 
Она то ли хмыкнула, то ли фыркнула в ответ.
— Не веришь? — спросил он. — Что ж, тебя можно понять.
— Тебе верю. Это странно, но… верю, да.
— Почему же странно, — пробормотал Демон. — Я не насильник.
— Дело не в том, какой ты. Это я… была уверена, что никогда не позволю мужчине… мне страшно… но когда ты…
Полина совсем расклеилась: еле ворочала языком и несла бессмыслицу. Видимо, от пережитого стресса. Да и бессонная ночь сказывалась.
— Тебе надо поспать. — Демон поднялся, не выпуская ее из объятий. — Я отнесу тебя в комнату.
— Мне же надо ехать…
— Встреча во второй половине дня, ты успеешь отдохнуть.
— Не хочу…
— Не капризничай, а то накажу, — пообещал Демон.
Полина ожидаемо притихла. Наивная… Как она держалась столько лет? Ведь тоже должна была испытывать голод. Хотя… Да, она же придумала способ. И служение в монастыре — это тяжелый труд и долгие молитвы.
— Спи. — Демон опустил ее на кровать. — Не думай о плохом. Все позади.
Полина уснула сразу же, едва голова коснулась подушки. Он подождал немного, а после ушел к себе. Внутри все кипело от негодования. Ради Полины он сдерживался, боясь ее напугать, но желание покарать насильника никуда не делось. Ужасное состояние для юриста, соблюдающего закон. Вроде как и убил бы, да нельзя. И от собственного бессилия хочется крушить мебель.
Ничего, он найдет того, кто обидел Полину. И придумает способ его наказать. Тем более, связи в Питере появились.
Работа немного отвлекла. Время от времени Демон проверял, спит ли Полина, и уже всерьез подумывал отменить встречу с кейтерингом. Да гори оно все синим пламенем! Компания солидная, навряд ли они накормят гостей чем-то несъедобным. Он почти набрал номер менеджера, как раздался звонок.
«Студент» высветилось на экране. Ярослав?!
— Добрый день, Дмитрий Львович, — бодро произнес Ярик. — Не отвлекаю?
— Привет, привет. — Демон даже обрадовался, услышав его голос. — Неужели вернулся? Не отвлекаешь, говори.
— Так точно, — засмеялся он. — Мы можем встретиться?
— М-м… Сегодня точно нет. А зачем, если не секрет?
— Хочу поблагодарить лично за…
— Э, нет. Стоп, — перебил его Демон. — Вот давай без этого. Тут у нас с тобой чисто деловые отношения. А встретиться по-дружески — всегда пожалуйста. Тем более, я хочу познакомить вас с невестой.
— Нас?
— Тебя и Дашу, дурень. Как насчет субботы? Двойное свидание. Или у вас планы?
— Я спрошу у Даши, — дипломатично ответил Ярик.
— Отлично. Жду звонка. И вот что, Ярослав…
— А?
— С возвращением.
Не успел Демон отложить телефон, как услышал робкий стук в дверь.
— Дим… Ты занят?
В приоткрывшуюся щелочку заглянула Полина.
— Заходи. Я тебя разбудил?
— Нет, сама проснулась. Мне пора ехать. Давай спину помажу.
— Э-э… Я и забыл про нее. Оставайся, поспи еще, я отменю встречу.
— Нет, я поеду, — возразила Полина.
Демон не стал спорить. Пусть лучше отвлечется, даже если и с Ильей, от одного упоминания имени которого у Демона сводило зубы. Нет, правда. Глупо предполагать, что Полина прыгнет к кому-то в постель после того, что сегодня рассказала. Доверие должно быть обоюдным.
И даже на болезненные процедуры согласился.
— Дима, я хочу попросить кое о чем, — сказала Полина, закончив лечение. — Только серьезно, без всех этих… игр.
— Я тебя слушаю.
— Давай сделаем вид, что ничего не было.
— В смысле? — нахмурился он.
Догадаться несложно, Полина опять прячется в раковину. Но не соглашаться же с ее капризами!
— У нас же фиктивный брак, правильно?
— Ну… по факту — да.
— И мы не обязаны строить отношения, как доминант и сабмиссив?