Дневник отчаявшейся или Наложница некроманта (СИ)

— Да, — чуть-чуть утолив чувство голода, я отодвинула от себя поднос, и теперь сосредоточила внимание только на нем. В свете последних событий Артур был совершенно ненадежен. Доверять ему было нельзя. Но… Больше некому. — Когда я попыталась сбежать тогда, у порталов, ты сказал мне, что должен знать, — я, повторяя движение из сна, накрыла своей ладонью его. Артур прерывисто кивнул. — А сейчас я должна знать.
— Нет, я… — слуга некроманта не смог управиться с голосом и замолчал.
— Ты не хотел, чтобы я тебя видела таким, — закончила за него я фразу, и он снова кивнул, соглашаясь со мной. — Вчера ты видел меня с самой ужасной стороны, — у меня в памяти всплыли образы из пережитого вчера, но я усилием воли отогнала их. Не сейчас. — Позволь мне увидеть, — я сжала его пальцы, и он отвел мои руки.
Я думала, что сейчас, как и тогда, он встанет, пожелает мне приятного аппетита или вроде того, и уйдет. Но он глубоко вдохнул, успокаивая себя, поднялся на ноги и одним движением стянул через голову свой балахон, оставаясь только в черных штанах. Я смотрела на него и не понимала, что не так. До момента, пока он не отвернулся, открывая моему взору свою спину.
— О, черт, — выдохнула я. — Артур, я… — я не знала, что сказать или сделать.
Вся его спина представляла собой месиво, кровоточащее. Все эти раны, если приглядеться, были похожи на порезы от ударов плети. Да ладно были похожи. Это они и были.
— Ты не хотела это видеть, я понимаю, — он потянулся к своему балахону, но я перехватила его запястье.
Трудно было представить, какую боль он испытывал при каждом движении, да еще при условии, что шершавая неприятная ткань постоянно соприкасается с его спиной.
— Не надо, — прошептала я. Сказать что-то громче я не могла, дыхание вдруг перехватило. Медленно я сползла с кровати и обошла ее. Все еще отдающая болью при каждом шаге нога заставляла немного опираться о кровать при ходьбе. — Это ведь магия, да? — я осторожно коснулась пальцами его спины, чувствуя уже знакомое покалывание в пальцах.
— Что — магия? — переспросил он, похоже, не понимая, что именно я имею в виду.
— То, что они не заживают? — уточнила я. Рисуя пальцами узор на его спине, я ощущала, что каждый кровоточащий порез был именно магическим.
— Пока Господин не решит, что я усвоил урок, он не позволит исцелиться, — он обернулся ко мне, и теперь мои пальцы, еще секунду назад, скользящие по его спине, касались его груди. В ней сердце билось очень и очень часто.
— Я могу помочь, — почему-то где-то внутри меня сердце тоже сжалось от того, что он был так близко, совсем рядом со мной.
— Не надо, — Артур переплел свои пальцы с моими, и я не отстранилась. Почему я не двинулась? — Ты не всегда будешь рядом, понимаешь? — он обнял меня, утыкаясь носом в мои волосы, и я обняла его тоже, осторожно гладя его по спине, почти не касаясь.
— Он жестокий, — прошептала я почти на ухо «юноше». Я не знала, любила ли его Аннет, Артура. Я не помнила, что она ощущала. Но сейчас, в этот момент, мне было его настолько жаль, и это чувство могло быть вызвано только глубокой симпатией. Прошлой симпатией к тому, кто меня предал. Я напомнила себе о вчерашнем, и немного растерялась, окончательно запутавшись в том, что испытывала по отношению к обнимающему меня «юноше».
— Я вчера перешел границы, — Артур говорил тихо, но достаточно разборчиво. — Я забыл подобающее обращение, — он вдруг невесело усмехнулся сказанному им же. — Если бы это было самым страшным.
— Ты хотел пойти против него, — я немного отстранилась, и он склонил голову в знак согласия.
— Нельзя возражать Господину, — сказал он. Казалось, что слуга некроманта цитирует какое-то из правил, которым должен беспрекословно следовать, но усмешка при этих словах все еще не сходила с его губ.
Он покосился на свой балахон, и я проследила за его взглядом. Ткань была пропитана его кровью.
— Не надо, — повторила я, то, что говорила и ранее. Я села на край кровати, и Артур опустился рядом. Он взял в руки одежду, но надевать не спешил.
 
— Нам надо поговорить, да? — было видно, что говорить ему совсем не хотелось. Не хотелось ничего понимать и ни в чем разбираться.
И я полностью разделяла его чувство. Обнимая его, я чувствовала себя так уютно, что мне в такие моменты не нужно было ничего знать или понимать, ни в чем разбираться. Иррациональное ощущение спокойствия было мне достаточным аргументом. Аргументом, вдребезги разбивающимся об одно совсем небольшое обстоятельство — вчера он встал не на мою сторону.
— Да, пожалуй, — кивнула я.
Но Артур обернулся в сторону к двери, уже привычно слыша, видя больше, чем доступно мне. Слуга некроманта, быстро надел балахон и поморщился от боли.
— Артур! — голос некроманта казался отдаленным, но не прошло и полминуты, как он переступил порог моей комнаты.
— Господин, — слуга покорно склонил голову.
Ноэл вошел, захлопнул за собой дверь и привалился к ней спиной, тяжело выдохнул.
— Ты что здесь забыл? — обратился он к «юноше», пока я разглядывала его.
Лицо некроманта было серым. Не мертвенно бледным, как обычно, а именно серым. Глаза запавшие и почти бесцветные. Пряди, выбившиеся из всегда идеального хвоста, беспорядочно падают на лицо. Одежда помятая и где-то даже рваная. Он выглядел уставшим, даже несмотря на то, что представлял собой что-то вроде «зомби».
— Завтрак принес, — кивнул на меня Артур и, словно борясь сам с собой, добавил: — Господин.
— У нас что, других слуг нет? — мужчина с усилием «отлепился» от двери.
— Я до сих пор ни одного не видела, — пискнула я и тут же замолчала под тяжелым взглядом «Господина».
— Все равно перевод продуктов, — поморщился тот.
— Что произошло, Господин? — осмелился поинтересоваться Артур, меняя тему с бессмысленности перевода продуктов на меня.
— Их слишком много, — ответил Ноэл, расправляя плечи.
— Господин, Вам требуется помощь? — уточнил слуга некроманта, делая шаг ему навстречу и тем самым становясь между нами.
— Не сейчас, — «Господин» только отмахнулся от этого предложения. — Времени мало. Нужно сделать это немедленно.
— Нельзя сейчас, — голос «юноши» прозвучал едва слышно, но при этом твердо. — Господин, — добавил он не сразу.
— У нас нет выбора, — я знала, что Ноэл пытается договориться со своим слугой только по одной причине — я рядом, и еще неизвестно, чем кончится их поединок в таком случае. — Кладбища пустеют. Мертвые оживают. Людей истребляют, а ты беспокоишься об… — он указал на меня. — Об этом?
Меня передернуло, но логику «Господина» я понимала. Если там, за пределами нашего островка спокойствия, действительно происходит то, о чем говорит мужчина, то он прав.
— Это может повредить ребенку, — Артур взглянул на меня. Он произнес этот, и так известный некроманту факт, не для него. Для меня.
— Артур, даю последний шанс, — Ноэл скрестил руки на груди. — Пошел вон, — беззлобно приказал он.
Слуга некроманта не спешил выполнять приказ. «Юноша» стоял между нами, он обернулся ко мне, и я поймала его взгляд.
— Иди, — кивнула я. Мне хотелось бы верить, что, скажи я иное, Артур остался бы. Но, с другой стороны, стоило ли тешить себя надеждой? Так я могла сохранить хотя бы иллюзию выбора. Он открыл рот. Наверное, думал переспросить меня, насколько я уверена в своем решении. И, спроси он это, я бы точно не выдержала. Расплакалась бы и попросила защиты. Но, пока я имела силу воли, чтобы принять такое решение… — Иди, — четко, почти по слогам произнесла я и вздохнула, успокаивая себя.
Впервые, когда мы остались с ним наедине, он попытался меня изнасиловать. Во второй — уколол чем-то, что вызывало нестерпимую агонию. А сейчас? Похоже, то самое глубокое погружение, что бы это не значило.
 
Я проследила взглядом за тем, как Артур уходит. Он закрыл за собой дверь, и я посмотрела на «Господина».
— Теперь будешь считать себя мученицей, благородно пожертвовавшей своей жизнью во имя общего блага? — Ноэл шагнул ближе и остановился, оглядывая меня.