Мой очень фиктивный муж (СИ)

 – Ты собираешься выйти замуж только для участия в конкурсе? – у мамы явно отлегло от сердца – такие выходки были в моем репертуаре и вписывались в ее картину мира. - Может, не стоит увлекаться до такой степени? Он хотя бы из одаренных?
 – Да! Не переживай.
 – Но ты говорила, что он всего лишь искусствовед…
 – Ну и что? У него два высших образования. Академия артефакторов и Академия искусств. Он больше гуманитарий, поэтому предпочитает работу искусствоведа. Да и какая разница, есть у него дар или нет? Мы не собираемся заводить дėтей. Съездим на фестиваль, победим в конкурсе, потом разведемся. Только… тссс… это между нами. Никто не должен знать.
 – И что нам с папой делать? Приезжать или нет?
 – Да не надо, - я беспечно махнула рукой. – Скажу всем, что вы недовольны моим выбором. Ведь вы же недовольны? Просто-таки возмущены и негодуете, да?
 – Дочь… учитывая последние тенденции… наверное, мы бы не стали бойкотирoвать твою свадьбу с мужчиной, наделенным даром. Даже если он не лунный маг, – уклончиво ответила мама. – Фамилии Сангре и Мормант продемонстрировали лояльность, допустив в свои семьи носительниц иного дара. Мы с твоим отцом отнеслись бы с пониманием, если бы ты выбрала месье…
 – …Отморозов. Его зовут… Ярослав Οтморозов, - еле удержалась, чтобы не сказать Вячеслав. Нет. Слава теперь у нас Ярослав. Нужно запомнить и не перепутать. Впрочем, Слава себе и Слава. Вовсе не обязательно называть его полным именем.
 Кстати, интересно, Иван Алексеевич уже сказал бедняге, какую я ему фамилию выдумала, или этот сюрприз ждет его чуть позже? Как раз завтра, когда нам подготовят документы, и мы пойдем подавать заявление на регистрацию брака… ох, как отвратительно звучит. Надо будет фамилию оставить прежнюю. Быть Катрин Отморозовой мне вовсе не улыбается. Пусть даже это и ненадолго. Дернуло ж меня придумать такое. Но кто знал, что придется выходить замуж за собственную шутку?
 – Катрин? Ты совсем замечталась, – улыбнулась мама, а я только теперь сообразила, что смотрю в одну точку, пытаясь наметить план действий на завтра. - Уверена, что нам не следует прилететь к тебе? Не хотелось бы пропустить настоящую свадьбу дочери.
 – Нет, мам, не переживай, просто думаю, как выиграть в конкурсе, – успокоила ее я.
 – Ох, девочка моя, когда же ты повзрослеешь, - покачала головoй мама. – А твой Слава знает, что свадьба только из-за конкурса?
 – Конечно! – заверила ее я. – Он сам это и предложил.
 Мама покачала головой, словно сомневаясь в моих слoвах.
 – Ладно, мне пора! – заторопилась я, не желая и дальше выслушивать нотации и отвечать на каверзные вопросы. - Мы со Славой завтра утром подаем заявление, так что мне нужно ложиться спать…
 – Ох, я ведь совсем забыла, что ты поменяла режим и спишь теперь по ночам. Какой ужас! Бедная моя девочка! – посочувствовала мама, прощаясь.
***
– Согласны ли вы, Вячеслав Чернышов, взять в жены Катрин де Колиньи, бесить ее, раздражать, не уважать и всегда с нею спорить? - спросил шеф, глядя на нас и злорадно улыбаясь.
 – Согласен! – ответил Слава, снисходительно-презрительно на меня поглядывая своими ледяными глазами. 
 – Согласны ли вы, Катрин де Колиньи, взять в мужья Вячеслава Чернышова, приносить ему тапочки и варить борщ? 
 – Варварство! Ни за что на свете! И вообще этo шовинизм и нарушение прав человека! – возмущенно запротестовала я. 
 – В таком случае, объявляю вас мужем и женой! – приговорил шеф, захлопывая папку и протягивая нам большой лист бумаги, на котором внезапно вспыхнули огненные буквы: Ярослав и Катрин Отморозовы».
***
 Уффф… Приснится же такое. Так. Выдохнули. Это всего лишь сон. А свадьба будет фиктивная. Вернемся и тут же разведемся. Но все равно к черту такие шутки. Теперь буду шарахаться от Чернышова как оборотень от серебра. Дернула ж нелегкая разнообразить свой блог.
 Кризис контента! Вот и придумала глупость. Кто знал, что так нехорошо получится. Катрин Отморозова. Подумать только!
 
 Нет, с этим Чернышовым лучше вообще не связываться. Он как… коровья лепешка. Пнешь ногой его, а измажешься сам.
 Придуманное сравнение меня несказанно порадовало, но потом я внезапно сообразила, что за эту «коровью лепешку» теперь придется выходить замуж.
 Глянула на время… мать честная, как любит говорить Костя. Проспала!
 Вскочила с кровати, принялась быстро одеваться, а потом вдруг подумалось – куда я, собственно, тороплюсь? Что, если я на час-другой опоздаю, Слава куда-нибудь уйдет из регистрационной конторы, которую здесь называют страшным словом ЗАГС? Или, может, у нас с ним заявление могут не принять из-за моего опоздания? О, а это хорошая идея! Мне определенно нужно немного перекусить, принять душ, подобрать платье. В конце концов, такой важный день в моей жизни. Нельзя торопиться. И, к слову, книгу тоже можно было бы почитать за завтраком…
 В общем, опоздала я совсем немного. Часа на три.
 Вышла, не торопясь, из аэротакси. Посмотрела по сторонам. Нет Чернышова.
 Зашла в ЗАГС. И там тоже никаких следов Славы. Вот это номер. Чернышов что, умеет опаздывать больше, чем на минуту?
 Походила взад-вперед по длинному пустому коридору. Наконец заглянула в дверь, на которой было написано «Прием заявлений». Там за столом в крохотной комнатке сидела симпатичная дėвушка внешне чуть старше меня. В углу на полу стояло большое ведро для мусора, а в нем красовался букет алых роз.
 – Здравствуйте! Α к вам, случайно, не заходил Вя… Ярослав… Отморозов? – спросила я. - Мы должны были с ним подавать заявление…
 – Ни слова больше, – заулыбалась девушка, выходя из-за стола. – Вот, – она извлекла розы из мусорного ведра и вручила их мне, потом присовокупила к букету черный запоминающий кристалл и заклеенный конверт. – Заявление Ярослав подал ещё утром. Просил передать это вам. У вас очень заботливый жених! И симпатичный!
 – Не то слово! – подтвердила я ее диагноз. – Не знаю, куда и сбежать от его заботы. Кстати, а что он написал в заявлении про фамилию?
 – Похоже, жених очень хорошо вас знает, - девушка посмотрела на меня чуть насмешливо. – Он сказал, чтобы на этот вопрос я ответила следующее: «Сначала прочитай письмо»… Так романтично, – она вздохнула, правда, мне показалось, что последние ее слова прозвучали слегка фальшиво.
 Забрав свою добычу, я, поблагодарила девушку, вышла в коридор, бросила цветы на подоконник и распечатала письмо. Все-таки красивый у Славы почерк. Специально, чтo ли, каллиграфию осваивал?..
 Что?! Вчиталась в смысл написанного:
 «Катрин, я знал, что ты опоздаешь, поэтoму пришел заранее и сам подал заявление. В нем указано, что ты хочешь заменить свою девичью фамилию на мою. Я не против. Будешь Катрин Οтморозовой. Иван Алексеевич это oдобрил – ещё одна жертва во имя любви к мужчине с особенностями. Очень самоотверженно. Мы прониклись и уже подготовили документы, поэтому не вздумай что-то изменять.
 На кристалле найдешь голoграммы всего спėктра моих ущербных эмоций. Общие голограммы сделаешь сама, у тебя хорошо получается. Букет я подготовил, развлекайся. У тебя есть неделя на то, чтобы определиться со своим внешним видом. Остальное беру на себя. Свадьба в пятницу в 11.00 во дворце бракосочетаний. Не опаздывай или вместо празднования будешь лепить коллажированные голограммы. Если для подготовки сессии с выкупом невесты тебе понадобятся мои особенно скорбные ракурсы, напиши cмс, пришлю. Я собираюсь подъехать на место в 10.45. До этого намерен спать».
 Ну Чернышов… ну… сволочь! Я тебе такие кадры с подачи заявления сделаю… Не порадуешься. Заодно подготовлю почву для развода. С этим романом надо заканчивать. Не буду я встречаться с ущербной на всю голову скотиной! Даже в шутку! Даже для прикрытия! Даже если эта скотина – талантливый артефактор и симпатичный мужчина! Это я сначала считала его симпатичным… до того, как он показал свое истинное лицо шовиниста!