Мужчины для наслаждения (СИ)

Значит, Астра не просто оказалась в другом мире — она полностью заблокирована. Ни щелочки, ни просвета.
Руки дрогнули.
Неужто Астра умерла?
Тогда почему Амарант не сказал об этом?
Неро сходил с ума и должен был как-то прекратить безумие. Он бросился к столу, выхватил плотный лист бумаги и начал рисовать на нем черные деревья резкими отрывистыми движениями.
Получались некрасивые колючие елки со множеством тонких острых иголок. Неро скомкал рисунок, но рука по-прежнему выводила только иглы. Горы на заднем плане, а перед ними хвойные. Сплошные уродливые зубцы.
Неро взял красный цвет и принялся рисовать шарики и гирлянды.
Взглянул пристальнее: над рисунком будто голову кому-то отрубили, и капли краски напомнили брызги крови во все стороны.
Глава 23. Страхи и нежность 
АСТРА 
Кровь опасно стучала у меня в висках, а ослабшие ноги совсем не держали. Я обессиленно опустилась на диван. Амарант перенес меня домой. В родные покои.
Только все стало иным. Нет больше «папы». Он исчез. Растворился в испепеляющем танце душ.
Есть только Амарант, который до боли жаждет того же, что и я. Надо поговорить с ним. Надо сейчас же объяснить, что так нельзя. Он обязательно меня поймет.
Я поднялась с дивана, но не успела и шагу ступить — Амарант появился из ниоткуда и крепко меня обнял. Не как поле, а как невесомая сеть.
Мы не можем быть вместе, но он меня не отпустит.
Я и раньше часто с ним обнималась, но совершенно иначе — тепло, нежно и уютно. Сейчас голова сладко закружилась от близости.
Хорошо, что у Амаранта нет Дара — надо убрать его руки и отойти. А все мое существо умоляет — обними его в ответ, прижмись теснее, узнай его до конца.
Нельзя… иначе мы зайдем слишком далеко. Нельзя поворачивать к нему лицо… а то вдруг поцелует… а у меня и так нестерпимо горят уши.
Я попросила:
— Дай мне день. Спустя сутки объявляй Миэле, что хочешь. А пока я должна морально подготовиться и придумать, что сказать Неро.
Амарант покачал головой.
— Что сказать Неро, мы придумаем вместе. Зачем тянуть? Думаешь, я не защищу тебя от Миэлы?
Вместе — сейчас даже это слово прозвучало иначе.
— Нет. Уж в том, что ты защитишь, я нисколько не сомневаюсь. Только…
Его красивые хищные брови сошлись к переносице, а складка между бровями стала резче.
— Что бы мы ни поняли друг насчет друга, Астра, Мэли не заслуживает обмана. Ей и так достанется.
Он любит Миэлу… конечно, пока он очень сильно ее любит. А в моем сердце провернули зазубренный нож.
И уже не соврать, что я не люблю Амаранта. Я заблуждалась насчет других мужчин, но с ним все совершенно иначе.
— Ясно. Ты будешь давить, а я должна безропотно тебя слушаться, да?! Вот и все отношения?! Нет уж, дорогой, если ты хочешь быть со мной, придется и меня послушать.
— Какая ты уже взрослая. А я и не замечал. Неужели ты такая же страстная?
Ох. Амарант запросто флиртует со мной, словно мы делали это всю жизнь. Не боится, а у меня все внутри переворачивается от мысли сделать неверный шаг.
Оттолкнуть его или поддаться?
На самом деле я не представляю, какой он в отношениях. Пылкий и нетерпеливый или вдумчивый и нежный?
Губы сами произнесли:
— Я очень страстная. Сейчас обожгу тебя, и будешь знать.
Зря я это сказала.
Амарант совершенно не испугался. Наоборот, приблизил лицо почти вплотную к моему.
— Хочу тебя, Астра. Сгораю от желания попробовать тебя и обжечься. Я должен знать, за что умирать.
— Прекрати. Ты не умрешь, — я быстро прижала ладонь к его губам.
Вновь зря, потому что моя рука тотчас попала в плен. Щеки обожгло жаром, настолько пылкими и нежными были поцелуи.
— Я не люблю тянуть, Астра. Незачем ходить вокруг да около. Не важно, согласишься ли ты добровольно или побьешь меня и возненавидишь, тебе в любом случае будет сладко. А мне — как ты решишь.
Он, что, возьмет меня прямо тут?
Сердце ухнуло вниз.
Нет. Ни в коем случае. Он дико горячий, но я не прощу ни себе ни ему, если все случится именно так. Жестко. Быстро.
 
— А Миэла… Вдруг она войдет?
— Никуда она не войдет. Я попросил ее разобрать кое-какое дело по работе.
— Ты, что, ее обманул?
Амарант насмешливо приподнял бровь.
— Нет, Астра. Миэла просила дать эту работу ей, и я уступил. Дразнишь меня, да? Заводишь и играешь? Не выйдет.
Я попробовала увернуться, но он крепко меня держал. Я всхлипнула:
— Просто не хочу вот так сразу. Давай потом… когда ты уже расскажешь Миэле.
Амарант опасно ухмыльнулся.
— Ты — моя, Астра. Беги и прячься — я догоню и найду. Ты могла отказаться один раз, в шатре, но ты согласилась. Не бойся за меня, цветочек.
Его запах обволакивал ноздри. Кажется, я сейчас кончу от одного этого запаха… а дальше…
Проще остановить коня на полном скаку, чем Амаранта. Особенно, когда я не хочу его останавливать.
— Не надо, пожалуйста… нет… — я таяла в его руках и вздрагивала от каждого горячего поцелуя сквозь ткань платья. — Хватит… ооох… ммм…
Синие глаза ярко блестели, и я слышала мысли Амаранта. Дикое, сумасшедшее удовольствие: его пьянит, что я так раскинулась и млею, но еще сопротивляюсь ему. Пока не разогретая, сомневающаяся и совершенно невинная.
— Люблю тебя всю. Каждую твою черточку. Ты меня с ума сводишь, Астра…
— А я обожаю твой… голос…
— Только голос?
— Не только… ты мне… полностью…
Юбки сползли вверх и открыли колени.
Меня вело от его поцелуев в щеки, шею и плечи и от того, как он уверенно и нежно гладил меня… всюду…
Как же хочется поддаться искушению… Сорвать с Амаранта одежду и узнать на вкус и на ощупь его великолепное тело.
Амарант же не… бросит меня? Или прямо сейчас попробует, наиграется и… выкинет?
Сколько женщин вот так уступали его ласкам, а потом теряли его, а с ним и смысл жизни? Амарант не рассказывал об этом сам, но слухи не спрячешь.
Горячие губы целовали мне колени, кожу в вырезе платья и голые руки.
Амарант просто играет мной, как хочет, а я уже боюсь его потерять.
— Звездочка… любимая…
Пока все почти невинно. Мы еще не перешли черту.
Только я уже никому не позволю трогать себя. Ни одному другому мужчине. Этот гадкий Правитель уже владеет мной полностью, хотя даже не подозревает, насколько прав, называя своей.
Я — его. Что он ни попросит, сейчас я не смогу отказать… Тело предательски горит и выгибается навстречу его рукам и губам.
Амарант неожиданно остановился. Навис надо мной на локтях и выдохнул:
— Хорошо, Астра… Если не хочешь, у меня другое предложение.
Грудь бурно вздымалась, мне не хватало воздуха.
— Я люблю тебя… Мне очень-очень хорошо с тобой…
Он недоверчиво посмотрел на меня.
— Ты не здесь. Не со мной. Закрываешься и не даешь любить себя.
Ох. Я успешно отвлекла Аламбре и Неро, но Амаранта невозможно провести. Может, я чего-то не знаю, и у него все-таки есть Дар? Или он чувствует меня, как никто другой, и понимает, даже не читая мысли?
Именно поэтому сейчас я должна быть крайне осторожной и ничем себя не выдать. Иначе мой план провалится.
— Прости… Все очень неожиданно… я не готова. Сначала поговори с Миэлой, а я схожу, попрощаюсь с Неро.
Амарант со стоном выдохнул:
— Жестокая ты женщина. Учти, я запомнил, как ты меня мучаешь. Не надейся, что прощу. Ладно… — он отнес меня на руках в свои покои и зажег ароматическую курильницу. — Пока не выполнишь норму по поцелуям, я тебя не выпущу.
Не выпускай, милый. Иначе мне будет слишком не хватать тебя, и я не смогу сделать то, что задумала.
* * * 
Так странно вдруг осознать, что то, что ты искренне считаешь любовью — ошибка. Я поняла, лишь когда столкнулась с нашим бесконечно нежным, страстным и приятным безумием на двоих.