Ты все равно станешь моей (СИ)

Время — половина шестого, а никаких признаков моего ближайшего родственника в нашей квартире так и не обнаружилось. Пришлось искать маркер и выводить послание на стикере:
«Мой любимый Ник, я, как самая лучшая в мире сестра, пришла навестить тебя, но, увы, так и не дождалась.
Теперь взамен себя я оставляю тебе еду (в холодильнике) и чистую квартиру.
P.S. Можешь не благодарить!
P.P.S. Ночую у Елагина.
P.P.P.S. Нам нужно серьезно поговорить.
Лика»
— Извините, а можно окно открыть? — интересуюсь у таксиста, потому что обычный специфический машинный запах влияет на меня как огромное помойное ведро.
— Да, конечно. — кивает дедок лет шестидесяти, внимательно поглядывая на меня через зеркало заднего вида. — Беременная, что ли? — «со знанием дела» усмехается.
— Нет, — мотаю головой, — просто укачало.
— На, — протягивает мне мятый полиэтиленовый пакет, — мало ли, пригодится.
— Спасибо. — сдавленно бормочу, с троекратным усилием продолжая вдыхать свежий прохладный воздух.
К Соньке захожу уже практически вернувшаяся в нормальное состояние: с небольшой бутылочкой нашего любимого сливочного ликера и ягодным тортиком. Все остальное Елагина обещала приготовить сама.
Подруга открывает дверь, а мне в нос ударяет резкий запах рыбы.
— Сонь, — я чересчур вежливо улыбаюсь радостной девушке, — я, конечно, помню, что все, что ты готовишь — нереально вкусно, но, боже, почему она так воняет? — морщусь, прикрывая нос и без зазрения совести распахивая в кухне окно.
— Мещерякова, очнись! — возмущается подруга, вероятно не понимая, что сегодня со меной происходит. Да я и сама не знаю, если честно. — Нормальный запах, да и тебе он всегда нравился вроде. — недоуменно пожимает плечами, таращась на меня словно на восьмое чудо света. — Слушай! — Сонин взгляд в мгновение становится фанатичным. — А ты не беременна часом? — Елагина сворачивает голову набок, будто попугай в ожидании чего-то интересного.
— Да что ж вы заладили! — психанула я. — Таксист по пути, теперь ты. Не беременна я. Не беременна! — буквально по слогам произношу последнюю фразу, чтобы быть уверенной, что в блондинистой голове подруги все точно уложилось по полочкам.
— Таксисты знают больше меня и тебя вместе взятых! — с видом знатока, объясняющего несмышленому ребенку прописную истину, Соня роется в ящике и выуживает оттуда уже знакомую мне коробочку с тестом. — Иди, делай. — девушка кивает головой в сторону санузла, а я недовольно закатываю глаза.
— Не пойду, Сонь! — отмахиваюсь от приставучей Елагиной как от назойливого комара.
— Иди, я сказала! — пропихивает меня в коридор та. — А то я Леше позвоню. — для пущего эффекта подруга напоследок решает погрозить мне своим братом.
— Ты точно кукушкой поехала. — я возмущенно кручу пальцем у виска, даже не сомневаясь в том, что она бросила это так, для устрашения.
Стоять и ждать результатов — процесс немного скучный, поэтому я со спокойной совестью уселась разглядывать собственный маникюр на бортик ванны, пока Соня скреблась под дверью.
— А ребенок от Леши? — тихо шепнули за стенкой.
— От Леши, от кого же еще. — на автомате ответила я, а потом отборно выругалась. — Сонь, иди-ка ты далеко и надолго! Какой еще ребенок?! — устав бороться с ветряными мельницами, лениво протянула.
— Ну сколько еще? — раздалось жалобно-любопытное.
— Минута. — отчиталась, сверившись с наручными часами.
— Блин, — я прям почувствовала, как по лицу Сони расплылась блаженная улыбка. М-да, кажется, она подсела на что-то запрещенное, — ты только представь, еще какая-то минута, и я смогу узнать, что стану тетей.
— Сонь, прекрати употреблять! Ты становишься странной. — пожаловалась. — Иди ликер достань, сейчас будем праздновать отсутствие второй полоски. — скомандовала, подходя к раковине, на которой сиротливо лежало доказательство того, что я попала. Встряла окончательно и бесповоротно.
Молча открываю дверь и смотрю на притихшую Елагину. Та также в ответ хлопает глазами, но не осмеливается произнести и слова.
 
— Я беременна. — цокаю языком, возвращаясь на кухню и садясь на стул, чтобы не свалиться на пол от такой неожиданной новости. — Что делать? — бормочу, пытаясь загрузить в собственное сознание хоть немного мыслей. Тщетно.
— Сказать Леше. — пожимает плечами Соня и садится за стол, откупоривая ликер и наливая себе значительную порцию. — А потом пеленки, распашонки… — мечтательно перечисляет девушка, в то время как я наконец-то начинаю соображать. Елагин. Заставит сделать аборт? Не хочу. «У нас бы получился красивый ребенок!» — идиотская самоуверенность неожиданно выводит меня на истеричный смех.
— А если ему не нужен никакой ребенок? — задаю резонный вопрос, наконец-то с аппетитом откусывая зеленое яблоко. — Имеет право. — привожу неопровержимый аргумент.
— Как не нужен?! — Соня вскакивает со стула и с чувством скачет по кухне. — Как не нужен?! — еще более истерично повторяет девушка. — Очень даже нужен! — убедительно кивает.
Вот тебе и суббота!
Так и не сумев полностью расслабиться после такого огорошивающего известия, я уехала от Сони раньше, чем планировала. Подруга весь вечер счастливо щебетала и вгоняла меня в еще большее уныние — ведь ничего еще не известно, поэтому причин для особого восторга лично мне не виделось.
Открываю дверь квартиры своим ключом и сажусь на пуфик в прихожей. Свет практически везде выключен, но гостиная отсвечивает теплыми бликами, а значит Леша дома. Мою руки и прохожу в комнату: он сидит спиной ко мне и что-то печатает в ноутбуке, видимо настолько погрузившись в процесс, что не замечает никаких звуков вокруг.
— Привет. — тихо здороваюсь, опуская руки на напряженные мощные плечи.
— Привет, Лисенок. — мужчина откладывает ноутбук и притягивает меня к себе. — Ты скучала по мне? — лукаво прожигает взглядом, сам уже зарываясь в мои волосы и подтягивая меня за затылок к своим губам.
— Скучала. — на выдохе произношу, мгновенно разомлев в ласковых руках любимого.
— И я скучал. — признается, сладко целуя. Как в довершение домашней идиллии на диван запрыгивает Кузя и пытается влезть между нами.
— И тебе привет, мое пушистое солнышко. — с особым трепетом глажу мягкую шерсть все еще котенка.
— Пойдём поедим, я ужин приготовил. — предлагает Лёша, проводя носом по моей шее.
— Я переоденусь в домашнее и подойду. — обещаю, возвращая себе устойчивое положение.
Лёша с подозрением смотрит на меня, едва ли не давясь собственным цыплёнком, пока я с наслаждением вдыхаю аромат обычного зеленого чая. В какой-то момент он не выдерживает и за ножку пододвигает мой стул к своему.
— Почему не ешь? — испытующе смотрит, вынуждая как на духу выложить все, что беспокоит, но я не сдаюсь.
— Я у Сони наелась. — правдоподобно вру, отщипывая вилкой кусочек белого мяса и протягивая его Леше.
— Как она? Неделю от неё ничего не слышно. — мужчина качает головой, все же накалывая мне на вилку курятину. Есть-то хочется, да и у Сони я так практически ничего не съела, но, увы, аппетита ничего не вызывает.
— Хорошо. Очень даже. — усмехаюсь я, вспоминая как подруга мне в красках вещала про какого-то врача, с кем она познакомилась в клинике.
Весь остаток вечера я провела как на иголках. Все валилось из рук, и даже огромное сообщение от Ника, где брат искусно смешивал благодарность за сытую жизнь и злость за то, что я снова исчезла из дома, не принесло удовлетворения.
— Ты какая-то сегодня сама не своя. — прозвучало непонимающее. Я легла в кровать, заползая Елагину под крылышко, но не спешила начинать разговор. В конце концов, кто такие вещи сообщает на ночь глядя? Вот и я не буду.
— Лисенок, — Лёша крепко прижимает меня к своему телу, мягко поглаживая пальцами по волосам, — скажи мне, что у тебя случилось, и мы со всем обязательно разберёмся. — доверительно обещает, а я понимаю, что больше не могу и не желаю скрывать от него этот факт.