Ты все равно станешь моей (СИ)
— Мне очень приятно. — заглянула мужчине в глаза. — Спасибо, правда. — поцеловала в мягкие, но такие упругие губы. Саша не сдержался и углубил поцелуй. Благо, ума не красить губы у меня хватило…
— Куда мы едем? — спросила, вглядываясь в лобовое стекло, чтобы разглядеть надписи на указателях.
— Узнаешь на месте. — он берет меня за руку, слегка поглаживая тыльную сторону ладони большим пальцем.
— Так не честно. — насупилась, елозя на сидении от нетерпения.
— Ничего подобного. — смеется. — Приехали. — оповещает, выворачивая руль на парковку.
Мы выходим из машины и спускаемся по довольно крутой лестнице к полуподвальному входу. Никаких вывесок, вообще ничего. Однако дверь оказывается открытой.
— Проходи. — придает мне направление Савельев.
На первый взгляд неприглядное помещение оказывается очень уютным внутри. Теплый тусклый свет в причудливых лампах, приятный запах кофе и выпечки, диванчики с подушками и пустая стойка администратора.
— Ты все еще не скажешь, где мы? — не то вопросительно, не то утвердительно произнесла, цепляясь за Сашин локоть, как за нечто единственно знакомое мне здесь.
— Уговорила. — целует в висок, обнимая и даря необходимое умиротворение. — Это частный кинотеатр одного моего знакомого. Для своих, так сказать. Поэтому и вывесок никаких нет. Те, кому надо, и так знают.
— Добрый день. — к нам вышла приятная невысокая женщина лет сорока-сорока пяти. — Вы от Германа Юрьевича? — спросила преимущественно Савельева.
— Да. — я бронировал «Этно». — подтвердил Саша.
— Проходите сюда. — пригласила администратор, раздвигая перед нами две плотные тяжелые черные шторы. — Приятного отдыха. — пожелала.
Я сделала несколько несмелых шагов и очутилась в невероятно красивом зале: потолок, изрешеченный теплыми, желтыми, светящимися будто изнутри, лентами, длинный широкий диван с множеством разных подушек, пушистый серый ковер на полу, тоже с пуфами, и главная деталь — огромный экран. В углу даже нашелся белый рояль с зажженными ароматическими свечами на крышке.
— Тут очень красиво! — обвела влюбленным взглядом интерьер комнаты, боясь поверить собственным глазам, в то, что это все реально.
— Рад, что тебе понравилось. — улыбнулся Саша, подводя меня к дивану. — Что будем смотреть? — спросил после того, как официант принес нам шоколадное фондю.
— Предпочту довериться твоему вкусу. — протянула, подгибая ноги под себя.
— Идет. — задумчиво отвечает мужчина, копаясь в меню.
Все те три часа, что мы провели здесь, в этом необычном кинотеатре, пролетели как один миг. Лежать на его коленях и наслаждаться красиво снятой драмой — что может быть приятнее?
— Лика? — привлек мое внимание Саша, проводя ладонями по моим волосам. Я отвела глаза от экрана и повернула голову к мужчине. — Давай съездим куда-нибудь вдвоем на майские? — предлагает, а у меня аж все ухает внутри. Что-то слишком быстро, я чисто морально не готова!
— Саш, — я нежно провожу по его колючей щетине рукой, — давай не будем форсировать события, пожалуйста. — прошу. — Я пока совсем не готова. — подкрепляю свою просьбу слегка жалобным взглядом.
— Хорошо. — поджимает губы, касаясь моей щеки подушечкой пальца. — Обсудим это еще раз после моего возвращения. — тихо заключает.
— Спасибо. — я беру его руку в свою и прижимаю к лицу. Да, знаю, никто и не обещал, что все будет легко и просто…
Вечером Саша, как и договаривались, зашел к нам домой, чтобы что-то обсудить с Ником. Они ушли в гостиную, а я осталась готовить обещанный коллеге пирог, о котором еле умудрилась вспомнить. Однако зная любовь этих двоих к выпечке, мне пришлось готовить одновременно два подноса, чтобы аппетитный аромат, витающий по дому, никого не смущал.
— Что готовишь? — поинтересовался неожиданно возникший за спиной Саша, обдавая шею горячим дыханием.
— Вишневый пирог. — сосредоточенно протянула, выгибаясь, чтобы мужчине было удобнее целовать.
— Мне? — с надеждой проурчал вошедший на кухню Ник, который видимо сегодня и еды-то не видел.
— И тебе тоже. — хихикнула, ощущая легкое покалывание щетины по нежной коже.
— Каждому по подносу, да? — щенячьим взглядом оглядел количество ингредиентов брат.
— Обойдетесь. — фыркнула. — Второй Матвею на работу. — пояснила, нарезая тесто тонкими полосками. В помещении повисла тишина, руки на моей талии напряглись, но Савельев не спешил вступать в дебаты. — Саш, — мягко начала я, — отпусти, пожалуйста, мне больно.
Хватка ослабла, и мужчина заговорил:
— Кто такой Матвей? — задал прямой вопрос. Товарищи, представляете, тут, оказывается, намечается дележка территорий!
— Мой любовник. — ляпнула чисто по приколу. Ну скучно мне жить, скучно, понимаете? А так, может что-нибудь веселенькое произойдет.
Из-за стола, за которым, подперев щеку, сидел брат, раздалось веселое кряканье.
— Ты закончила? — обведя взглядом стол, хлестко поинтересовался Саша.
— Практически. — не совсем понимая, когда я успела потерять нить разговора, отвечаю. — Нужно еще решеточку сделать. — пожимаю плечами, решив, что моя реплика каким-то чудом осталась незамеченной.
— Ничего, Ник сделает. — неожиданно раздалось рычащее. — Мой руки. — тыкает пальцем в кухонную раковину. Почему-то мне в голову даже не пришло ослушаться. Было скучно, на, Лика, получай! Правда, боюсь, весело сейчас будет точно не мне. — Пошли. — Саша хватает меня за мокрое запястье, даже не дав вытереться полотенцем.
Он заводит меня в мою же комнату и исследует долгим пронзающим взглядом, сложив руки на груди и выжидательно приподнимая бровь.
— Я пошутила. — мило хлопаю глазами и чешу раздраженный мукой нос. Саша переводит внимательный взгляд на мой нос, а потом снова вперивается в меня. Ничего хорошего это однозначно не предвещает. — Вот только не надо что-то говорить про язык тела и тому подобное. — выставляю вперед указательный палец, слегка отстраняясь от совершенно непредсказуемого сейчас Савельева.
— Да? — скалится. — Это почему же? — снова подходит ко мне в упор.
— Потому что мне мука в нос попала. — хмурюсь, задирая, я уверена, испачканный кончик носа.
— Как же тебя можно оставить? — задает риторический вопрос. — Как же все не кстати. — с сожалением шепчет, трепетно стирая белую пыль с моего лица. Мгновение, и я уже сижу на его коленях, следя за тем, как Саша будто бы пытается запомнить каждую мельчайшую деталь моей внешности. — Лика, моя маленькая. — прижимается губами ко лбу. — Целая неделя. — хрипит, притягивая еще ближе к себе за затылок.
Внутри все снова сжимается оттого, что я не могу до конца разделить его эмоций. Жестоко, очень жестоко, но я не хочу сдаваться. Сейчас я настроена как никогда серьезно. Говорят, ври, пока сам себе не поверишь. Может стоит прислушаться и попробовать?
— Это всего лишь неделя. — ободряюще провожу по коротким волосам, откидывая пряди темной челки назад и легко целуя Сашу в губы.
— Ты моя? — неожиданно серьезно спрашивает мужчина, окончательно выбив и без того зыбкую почву прямо из-под ног. Ну зачем, черт возьми, он задает такие вопросы?! Мы вместе, разве этого мало? «Убеди саму себя, потом все пойдет как по маслу.» — следуя именно этой истине, мне все же приходится ответить.
— Куда же я от тебя денусь? — улыбаюсь, проводя носом по колючей щеке.
— Ох, солнышко. — невесело усмехается Саша, видимо все еще сомневаясь. — И все-таки мне бы очень хотелось знать, кто такой Матвей. — задирает верх моего домашнего спортивного костюма и проводит ладонями по обнаженной пояснице.
— Коллега. Он меня прикрыл перед заведующей в пятницу, когда я опоздала, нужно было отблагодарить. Он попросил пирог. — успокаивающе произношу. Нет, ну Поляков, конечно, хорош, но он принц точно не из моей сказки. Все то время, что я работаю в ветеринарке, он гоняется за одной единственной девушкой, которая периодически его отшивает, а потом снова приближает к себе.
— Хорошо. — наконец выдыхает Саша, и, я надеюсь, на этом сие недоразумение можно считать исчерпанным. Мне бы с нашими отношениями разобраться, а не искать кого-то на стороне.