Ты все равно станешь моей (СИ)

  
Ты все равно станешь моей
 
Элина Сафронова
   
Глава 1
 
— Лика, выручай! — пробасил Никита, с ноги закрывая входную дверь. Нехотя поставила фильм на паузу, сняла наушники и скинула с себя теплый плед. Заботливые городские власти поспешили отключить отопление в нашей с Ником квартире, а тут аккурат вдарило похолодание. Теперь (в прочем, как и обычно) нам остается только спасаться чаем и дополнительными слоями одежды.
— Что у тебя опять случилось? — недовольно пробурчала, опираясь спиной на косяк и поеживаясь от прохладного ветерка, залетевшего в нашу обитель вместе с растрепанным мужчиной.
— Ты же знаешь, как я тебя люблю? — он скорчил умилительную гримасу и протянул мне коробочку с моими любимыми ягодными пирожными. М-да, как говорится, это «б-ж-ж» не с проста.
— Прекрати! — протянула, с аппетитом оглядывая заветную упаковку. — Выкладывай. — вперилась взглядом в блондина.
— Я к пяти часам ребят позвал. Как обычно: посидим, поиграем. — обаятельно улыбнулся тот.
— Мне из дома уйти, что ли? — поморщилась, думая о том, как сильно мечтала не выходить на улицу в единственный выходной.
— Малявка, нет конечно! — потрепал меня по волосам и подхватил ранее незамеченные мною пакеты из продуктового магазина. — Просто будь зайкой и приготовь нам те замечательные крылышки в панировке. — помахал двумя упаковками сырой курицы у меня перед носом.
— И почему я снова на это повелась? Не знаешь? — открыла пирожные и вдохнула свежий запах десерта.
— Потому что ты любишь меня и их. — усмехнулся, примеряясь загребущими лапами к моей выпечке.
— Поменяй местами: их и тебя. — оскалилась. — Будет звучать более правдоподобно. И да, мытье посуды за тобой. — напомнила.
— Сейчас это не играет ровно никакой роли, сестренка. — откусывая кусочек бисквита, пробубнил. — В общем, я купил все, что тебе может понадобиться. — оповестил, закрывая дверцу холодильника.
— Благодарю за твою сердечную доброту, Ник, и очень надеюсь, что твоя жена будет уметь готовить. — ехидно улыбнулась, видя, как брат закатил глаза.
— Сама посуди, зачем мне жена? — начал рассуждать. — Ты замечательно готовишь, так сказать, вносишь уют в нашу скромную лачугу. Да и ко всему прочему, девочек много, а я один. — самодовольно заявил.
— О да, как же! — рассмеялась я. — Как думаешь, сколько несчастных детей ты уже успел оставить без отца?
— Мелкая, не борзей! — рыкнул. — Я всегда осторожен. — покачал указательным пальцем.
— Все-все. — примирительно выставила руки, все еще не в силах сдержать лукавую улыбку. — Вон с моей кухни и иди прибери гостиную. — раздала указания.
— Слушаюсь, капитан! — захватил меня сзади в объятия и чмокнул в макушку.
Наши с братом отношения всегда были очень близкими. Он — моя душа, защита и абсолютная поддержка. Я знаю, что он сделает все для меня, но, что самое главное, я осознаю, что, не раздумывая, отвечу ему тем же.
Мы потеряли родителей очень рано: чудовищная ошибка техников унесла сразу три жизни: наших родных и пилота. Они отдыхали у своих знакомых, один из которых владел несколькими коммерческими вертолетами. История чересчур проста: недостаточно тщательно проверили оборудование перед взлетом, и вертолёт просто рухнул в горах.
Несмотря на то, что многие друзья моих родителей были весьма обеспеченными людьми, мы таковыми не являлись: нет, наша семья не бедствовала, просто жили мы как самые обычные люди.
На тот момент мне только-только исполнилось тринадцать, Никите — семнадцать. За душой — только переделанная двушка в одном из старых, невысоких панельных домов столицы. Нас взял к себе дедушка. Посоветовавшись с нами, он продал свою однушку и нашу квартиру, и мы купили полноценную просторную трешку в новом доме, в котором мы сейчас и проживаем.
Не было ничего проще, чем найти общий язык с дедом. Я не знала человека мудрее, начитаннее, разностороннее. Казалось, что он умеет все на свете, и за это мы его практически боготворили.
 
Но, как бы грубо не звучало, у дедули все же был один существенный недостаток — старость. Когда мы свалились ему на голову, он уже был довольно слаб, но он все равно сделал все для того, чтобы оставить нас в семье.
К сожалению, мы не пробыли с дедом так долго, как бы хотели. Он ушел из жизни ровно в ночь моего совершеннолетия. Тот день я помню буквально по секундам: в один момент ты понимаешь, что твой мир снова рухнул. Представьте себе картину, где юная девушка, только начинающая познавать эту жизнь, в очередной раз сталкивается с её ужасным антиподом — смертью. Что может быть утопичнее?
В тот момент нам с Ником пришлось окончательно повзрослеть и осознать, что теперь жизнь выкинула нас в свободное плавание. Как два маленьких лягушонка, мы осознанно шагнули в глубокую реку и стали барахтаться ради друг друга и собственного будущего.
Когда-то дедушка запихнул бунтующего Никиту в один из лучших институтов страны на веб-дизайн, увидев, что брат дни напролет проводит за созданием макетов. Несмотря на то, что на тот момент деду было уже чуть больше восьмидесяти, он оставался очень активным и удивительно прогрессивным для своего возраста.
Когда мне стукнуло восемнадцать, Ник уже стал активно карабкаться по карьерной лестнице: иногда он приходил домой за полночь, уставший и весьма помятый. Я прекрасно знала, что он не пропадает с девчонками на тусовках, а пашет как проклятый, чтобы нам было, что есть.
Я же как раз заканчивала школу, и мне нужно было выбирать ВУЗ. Мозгами я никогда обделена не была, всегда много чем интересовалась, но понимала, что если всерьез браться за учебу, то брату помочь я ничем не смогу. Мысленно я уже видела, как поступаю на заочное и иду работать хоть куда-нибудь, лишь бы не быть ему обузой.
Даже вспоминать не хочу, какую взбучку мне потом устроил Никита. Я ревела, он возмущался, стены дрожали. В общем, ровно до конца института я была прилежной девочкой и ежедневно ходила грызть гранит науки, пока Ник один тянул нас обоих.
Когда я училась на третьем курсе, моя жизнь снова дала резкий поворот. К нам на факультет перевелся новенький из Санкт-Петербурга. Олег был тайной, угрюмой, но от этого не менее привлекательной. Отрешенный, хмурый и серьезный, он был немногословен и всегда отвечал лишь по существу. Наверное, именно этим он и покорил мое неопытное девичье сердце.
Мы всегда сидели рядом, и я периодически ловила на себе его взгляды. Однажды я пришла на пару безумно не выспавшаяся и нечаянно уснула, уткнувшись ему в плечо. Странно, но с тех пор все как-то и закрутилось.
Вспоминая сейчас тот период наших отношений, я понимаю, что была безумно счастлива. Я буквально парила над облаками, смотря на все через призму своей любви. Чем ближе мы становились друг к другу, тем сильнее мне открывался Олег. Его неподдельная нежность, забота очень подкупали, и я всегда старалась ответить ему тем же.
Воспоминания нашего прошлого резко бьют по мозгам, и я вцепляюсь пальцами в кухонную столешницу:
«Он проводит рукой по скуле. Так легко, но так чувствительно и осязаемо. Тепло кончиков его пальцев ощущается приятными покалываниями. Я краснею, смущенно отвожу взгляд, а потом набираюсь смелости и снова смотрю прямо в его глаза. Они затуманены страстью, и я прекрасно понимаю, что он чувствует, потому что не могу противиться собственным подобным ощущениям.
— Лика. — тянет мое имя, и я в очередной раз наслаждаюсь тем, как оно звучит из его уст. — Ты такая красивая. — мужские руки на моей талии нежно ласкают уже полностью обнаженную кожу.
— Я люблю тебя. — доверчиво выдыхаю, прижимаясь ещё теснее к горячему, твердому телу.
— Посмотри на меня. — шепчет на ухо, даря невероятную смесь жгучего наслаждения и трепета. Слегка отстраняюсь, поднимаю голову и утыкаюсь в такой родной взгляд, сейчас искрящийся всем спектром положительных эмоций, которые только способен испытать человек. — Я люблю тебя, — непоколебимо произносит, целуя в губы, — и хочу, чтобы ты помнила, что я всегда рядом. Хорошо? — зарывается руками в мои волосы, притягивая за затылок ещё ближе к себе.