Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

— Следовательно, — заключила она, — вы опознали линии силы Рана…
— В точку! — воздел палец незнакомец. — Опять-таки, я никогда не видел его самого, но он настолько похож на Риалу, что, право, я мог бы уверовать в переселение духов, если бы вчера не повстречал Миару.
— А кто это?
— Вы что, даже не удосужились узнать, кто есть кто в этом… гм… осином гнезде? — удивился он.
— Зачем? — в свою очередь удивилась Вера. — Если они не имеют отношения к делу, то мне нет разницы, кого как зовут!
— Подход в своем роде уместный, но не в моем случае, — решил мужчина. — Я привык узнавать все и обо всех, кто попадает в сферу моих интересов. Так вот, Эдор Миара — это младшая внучка покойного, дочь его второго сына.
— Кажется, я поняла, о ком вы, — кивнула она, припомнив выкрик девушки, здорово похожей лицом на Рана. — Да, рисунки линий силы у них имеют определенное сходство, и неудивительно, они же близкие родственники. А если я верно поняла ваше высказывание, то и нравом девушка удалась в бабку.
— Похоже на то. Чужая кровь явно не перешибла в ней ту, что текла в жилах Риалы, а значит…
— Сдается мне, сейчас начнется самое интересное, — перебила Вера, подумав, что этот человек никак не моложе Ханна Соля, а потому с ним нужно быть поосторожнее, как и вообще с людьми намного старше и опытнее тебя самой. — Однако я не хочу выслушивать это в одиночестве. Раз уж вы, уважаемый, — до сих пор не имею чести знать вашего имени, — решили открыться мне, вам придется сделать это и для моих Гайя, от которых у меня нет секретов. А если учесть то, что ваша информация, судя по всему, касается одного из них, я тем более настоятельно прошу вас пройти со мной!
«Тебя ни разу в жизни не задерживали даже для проверки документов, откуда этот протокольный язык?» — мелькнуло в голове.
— Могу ли я сопротивляться такому напору? — усмехнулся он. — Где вы изволили оборудовать допросную, госпожа Гайяри?
— Что, доводилось бывать в застенках?
Не дождавшись ответа, Вера вернулась к покоям Риалы и толкнула дверь.
— У нас гость, — сказала она, когда Гайя разом повернулись на звук. — Швыряться в него ничем не надо. Пока не надо.
В руках Лио был тяжеленький с виду сундучок, так что предупреждение явно оказалось не лишним.
— А, вижу, портрет вы еще не дочиста обобрали? — весело спросил гость. — Рекомендую заглянуть за корсаж и тем более под юбки — там может оказаться масса интересного!
— Сундучок как раз оттуда, — хмыкнул Лио. — Госпожа…
— Этот господин давно собирается назвать мне свое имя, но увы, — вздохнула она, — покамест оно остается безвестным. Но, судя по всему, он знал Риалу и вдобавок имеет определенную заинтересованность в ее наследстве.
— Побрякушки меня не занимают, — сказал тот.
— Вот мы и обсудим, что вам нужно…
Вера жестом пригласила его проходить и заперла дверь понадежнее. И еще пару заклятий навесила, чтобы уж наверняка: теперь подслушать разговор снаружи было нереально. Сильный волшебник сумел бы, но она бы почувствовала.
— Новая школа, — заметил незнакомец, бесцеремонно усаживаясь на край кровати, — у нас действуют иначе. Но вышло красиво, этого не отнять!
— Уважаемый, может быть, перейдем к делу, а разницу приемов старой и новой школы волшебства обсудим в другой раз? — вежливо попросила Вера.
— Я, право, не знаю, с чего и начать…
— Представьтесь, — предложил Керр. Взгляд его сделался сосредоточенным и не слишком-то добрым.
— А что вам даст мое имя? — развел руками незнакомец. Судя, по всему, он получал несказанное удовольствие от этой беседы. — Я могу назваться кем угодно, вы все равно не сумеете этого проверить, даже если станете пытать меня всерьез. О, я верю, что вы на это способны, но зачем?
— Ради искусства, — пробормотал Ран.
— Гм… Пожалуй. Все-таки нехорошо заставлять даму ждать. Тем более она готова поджарить меня на месте, испепелив заодно бесценное шиарлийское покрывало, будто я не чувствую…
— Эта унылая тряпка — шиарлийское покрывало? — не поверил Лио. — Да вы шутить изволите!
 
— Выверните его наизнанку, — ухмыльнулся тот и встал, чтобы помочь. — Ну, что скажете теперь?
— Скажу, что вы, не иначе, были завсегдатаем этой спальни, — не удержалась Вера.
Покрывало оказалось двойным: выверни его, как пододеяльник, и перед тобой окажется не унылая серая основа с черным узором, а поразительной красоты тканая картина! Леса и горы, реки и долины были изображены так тонко, с таким тщанием, что казалось — наклонись ниже, и провалишься в этот вытканный мир… Такую вещь — только в раму и на стену, а не на кровать стелить!
— Вовсе нет, просто это покрывало — мой подарок Риале, — сказал мужчина. — Ну а надежно прятать все самое ценное либо показывать посторонним только изнанку — это, наверно, у нас семейное.
— Да скажите наконец, кто вы такой! — не выдержала Вера.
— Родился я далеко отсюда, — начал он, — но это не имеет значения. Теперь я обитаю за проливом, как говорят в ваших краях, а когда был моложе, не сидел на месте. При рождении мне дали имя Файрани Нар Рен…
«Вот почему его лицо показалось тебе знакомым, балда! — подумала она. — Ты каждый день видишь похожее в зеркале! Точно кто-то из старой знати… Впрочем, такой фамилии я никогда не слышала, и поди пойми, сам он ее придумал или… Или предки придумали, да. А если переводить имя, получится „хитрый зверь“, а вернее, даже „бестия“. Шутники были его родители, ничего не скажешь!»
— Но объяснять местным, что из этого имя, что фамилия, обычно недосуг, — продолжал он с улыбкой, — а потому в Арр-Асте и окрестностях меня в свое время величали Пройдохой Фаем, а теперь зовут попросту — старина Наррен. Я не возражаю, лишь бы платили вовремя и сполна.
— Это очень интересно, господин Файрани, но какое отношение вы имеете к Риале? — спросила Вера, привычно устроившись на подоконнике. С этого ракурса дама на портрете выглядела немного озадаченной, а из-под края ее шлейфа выглядывал еще один сундучок, и Вера указала на него Рану.
— Да самое прямое!
— Вы что, дедушка Рана? — прямо спросил Лио.
— Именно так, молодой человек, — ответил Файрани и выдержал паузу, откровенно наслаждаясь реакцией собеседников. — Только не родной, нет. Троюродный, вроде бы так выходит. Мы с Риалой кузены.
— Вот так дела… — выдохнула Вера. — Где же вы раньше-то были?
— В Арр-Асте, говорю же! Живу я там, — фыркнул он. — Так вот… Звали Риалу, конечно, иначе. Мы с нею родились в один день, хоть и с разницей в год, а потому нам дали одинаковое второе имя. Я — Нар Рен, а она — Ала Рен.
— Умный зверь? — негромко спросил Ран, и Вера с недоумением покосилась на него.
Прежде он никогда не давал понять, что хотя бы немного знаком с полузабытым языком. Хотя в библиотеке и такого можно набраться по крупицам, а Соль Вэра частенько отправляла туда Гайя выяснить что-нибудь, если самой было недосуг (или попросту лень).
— Да. Потом, когда она решила остаться на этих берегах, то просто переставила буквы в имени… и взяла другую фамилию, конечно же. Наша в те годы была слишком уж на слуху, — сказал Файрани.
— А ее муж и сын куда подевались? — поинтересовался Керр.
— Уехали в странствие и не вернулись, — был ответ. — Собственно, муж — это я. Нет-нет, не в том смысле… Я хочу сказать, мы представлялись мужем и женой — удобно, фамилия одна…
— Чей же у нее был ребенок?
— Мой, чей еще? Троюродный кузен — это не родной брат, — ухмыльнулся Файрани. — Ваша знать и на более близких родственниках женится, а мы так… Забавлялись при отсутствии других кандидатур и как-то однажды оказались слишком беспечны. Так или иначе, Риалу не слишком расстроила осечка, раз уж она решила родить этого ребенка… И не ошиблась: Рен Тарр — человек весьма успешный и известный, скажем так, в узких кругах. И — вижу, вы хотите спросить об этом — он жив и здоров, а не явился сюда лично только потому, что немного занят где-то по другую сторону океана. Ну а родственников ближе нас у Риалы нет. Не считая внуков, конечно же, но…