Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)
Она присмотрелась: а и правда, казалось, будто по блестящему шелку… ан нет, скорее по волнам или даже по густой траве идут кругами волны. Только не расходятся, а, наоборот, концентрируются в одной точке, и…
— Это лучше, чем ничего, — заметила Шегарин, глядя, как полупрозрачное нечто, больше всего похожее на птицу, поднимается к самым сводам. — И в любом случае поразительно: я полагала, ваши методы нам так и не покорятся…
— Вы переборщили с силой духа, — ответила Вера. — Подбавьте-ка огоньку!
Глава 19
— Ну что, госпожа, когда же вы пойдете вразумлять ректора? — поинтересовался Керр, когда ученики разошлись по своим покоям, а они вернулись к себе.
Пришлось еще потратить время и силы на то, чтобы временно блокировать им возможность упражняться самостоятельно. На благоразумие шиарли Вера положиться могла, но вот поверить в то, что открывшие в себе новые способности подземники удержатся и не примутся экспериментировать — нет. О людях и говорить нечего: как пить дать, попробуют что-нибудь отчудить! А чем приставлять к каждому общежитию Гайя (и то в одиночку за двумя дюжинами учеников не уследишь, а оставаться вовсе без охраны Вера не желала), проще лишить опекаемых шансов устроить погром. Потерпят как-нибудь до утренних занятий.
— Я сказала — перед ужином, а до него еще прорва времени, — ответила Вера, скинула туфли, камзол и со стоном облегчения плашмя рухнула на кровать.
— Будете отдыхать?
— Да. И вам советую.
Керр понятливо убрался с глаз долой, прикрыв за собой дверь, а Вера, полежав минул десять в полной прострации, все же встряхнулась и встала.
— Триан, — позвала она, — покажи-ка мне отчеты.
— Сей момент, хозяйка, — отозвалось зеркало. — Может, вы меня поближе подвинете? Неудобно ведь так читать!
— Я придумала кое-что получше, — ответила она. — Ну-ка, давай первый лист…
Вера не была уверена, что задуманное получится, но… в мире, где существует и широко используется магия, возможно и не такое. Зрелище получилось презанятное: повинуясь ее жесту, слова в запечатленном отражении будто начинали двоиться, потом отлеплялись от гладкого стекла и нескончаемым черным мушиным роем плыли к заранее приготовленному листу бумаги…
«Хорошо, что у Арлиса почерк разборчивый, а императорские делопроизводители вообще пишут, будто печатают!» — подумала Вера, разглядывая документы: копирование прошло быстро и успешно.
Неужели никто прежде до такого не додумался? Соль Вэра, во всяком случае, о таком не знала. Может, просто не было нужды использовать подобный прием?
Это навело еще на одну интересную мысль, но Вера решила заняться ею попозже, пока хватало более насущных дел.
Итак, годовые отчеты… Все в полном порядке, просто-таки радужно: конфликтов не случалось (только между учениками-людьми, но их пресекли в зачаточном состоянии), кое-какой прогресс наметился… да так и остановился, едва сдвинувшись с мертвой точки.
Вера пролистала бумаги: изначально инородцев было намного больше, Дэр сказал правду, но постепенно их число значительно уменьшилось. У команды шиарли при этом еще и менялся состав: наверно, они подыскивали более подходящие кандидатуры для освоения человеческой волшебной науки. С их уровнем развития магии проще определить, кто из соплеменников лучше подойдет. Подземникам вот приходилось действовать наобум, и в итоге большинство учеников покинуло школу Примирения, решив не терять время понапрасну. А вот людей не только не убывало, но даже понемногу прибывало: за прошедший круг число учеников увеличилось на десять душ.
Вера снова порылась в бумагах: изначально всех было по две дюжины! И Дэр сказал, мол, осталось только пятеро самых стойких… Шиарли шестеро, причем двое прикидывались слугами. Но людей-то должно быть заметно больше! Но нет — двадцать три человека, Вера сама их пересчитывала. И где еще одиннадцать? Неужели все-таки решили бросить так называемую учебу и хоть в батраки к кому-нибудь наняться? Работа тяжелая, но простая и понятная, а здесь можно всю жизнь просидеть, да так и не уразуметь, чего от тебя добиваются! Кое-кому такое, конечно, по нраву: крыша над головой есть, тепло, сухо, кормят опять же…
«О, может, они ушли именно тогда, когда на столе пусто сделалось? — подумала Вера, роясь в бумагах. — Жить на всем готовом и бездельничать — это одно, а вот существовать впроголодь не каждому захочется».
Но нет: никаких сведений об ушедших самовольно, отчисленных и уж тем более окончивших обучение не нашлось. Однако список имен есть, весь наличный состав Вера сегодня видела, а значит, переписать отсутствующих труда не составляло.
— Лио! — позвала она, зная, что он сейчас дежурит в гостиной.
— Да, госпожа?
— Сходи к ученикам и узнай, куда подевались вот эти одиннадцать человек и когда, — велела Вера, отдав ему список. — Тут отмечено, кто в каком году пришел в школу, а мне нужно знать, когда они отсюда ушли.
— Большинство — первого набора, — задумчиво произнес Лио, и глаза его потемнели. — Может, выпустились?
— Тогда об этом говорилось бы в отчетах, а там ни слова. Иди, не теряй времени. Если люди ничего не скажут, наведайся к инородцам, может, они что-нибудь вспомнят. И заодно расспроси, как попадали сюда ученики в последующие за основанием школы годы. Тот же Данис… Прислали их сюда, или они сами пришли. И если сами, то откуда узнали об этом месте. Словом, сообразишь!
— Подозреваете, что даже если эти вот, — Лио взмахнул листком, — взяли и бросили учебу, далеко они не ушли?
— Я этому не удивлюсь, — вздохнула Вера. — Местечко… хм… дикое. Конечно, в такую мерзкую погоду они вряд ли бы отправились восвояси, но…
— Но погоду тут в прямом смысле делает хозяин школы, — хмыкнул он. — А может, просто не нужно было, чтобы они рассказали о том, что творится внутри. На проект-то, как я понял, возлагали большие надежды, а он…
— Не взлетел, — согласилась Вера и тут же выругала себя: нездешнее же выражение, не говорят так в Империи! — Но тогда этих учеников не стоило и выпускать за стены замка. Лови их потом по горам и лесам.
— Да куда ж они денутся? — без тени улыбки сказал Лио. — Тут вон два ночных хищника обитают, и что-то мне подсказывает — человека той же Тан Хассе задрать не сложнее, чем зайца.
— Кстати, о совах тоже расспроси. И об исчезновении слуг, — велела она. — И о том, как эти несчастные справляются с мытьем и стиркой хотя бы. Вроде бы выгребной ямой ни от кого не несет, но…
— Да руками и стирают, — фыркнул он, — не успели избаловаться! Воды тут, хвала Великому Солнцу, хоть залейся, колодец глубокий и не замерзает, огонь в очаге не гаснет, так что мойся да стирайся сколько угодно. Но, должно быть, им все же сделали внушение на этот счет. Сами ученики наверняка бы поленились.
— Верно, ходить замарашками перед инородцами не следует… — пробормотала Вера. — Может, учителя даже помогают.
Тут она представила, как седобородый Реннис Тин выстраивает учеников в шеренгу и старательно очищает их одежду и тела, и ухмыльнулась. Интересно, парней с девушками отдельно обрабатывают или всех скопом? И только один учитель, или же это общая повинность?
Поняв, что увлеклась фантазиями, Вера решительно встряхнулась и выпроводила Лио на задание, сама же занялась личными делами учителей.
В особенности ее интересовал Арлис: Соль Вэра никогда о нем не слышала (очевидно, Ханна Соль не обсуждал в присутствии дочери дела школы, а может, она просто не обращала на это внимания). Послужной список у ректора оказался небогатый: когда-то он закончил Императорский корпус, мог бы получить неплохое место — не в Созвездии, конечно, и даже не в столице, но в одном из крупных городов. Например, в многочисленных портах, где вечно не хватало магов широкого профиля, или даже на корабле — склонности подходящие.
Однако Арлис отказался от скучной карьеры и решил заняться исследованиями: опять-таки не под эгидой Императорского научного собрания, а в одиночку. С одной стороны, его можно было понять: никто не отправит вчерашнего выпускника в экспедицию на поиски неведомо чего, сперва придется поработать на подхвате, выбрать направление и руководителя — все как у Веры дома. С другой — вольному искателю неоткуда взять финансирование. Судя по личному делу, Арлису удалось собрать небольшую сумму на свои изыскания. Еще что-то он сумел скопить за несколько лет работы секретарем в том самом Собрании, а затем попросту растворился на просторах Империи.