Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

Этикет, правда, все-таки пострадал: в последующие несколько лет многие отмечали, что начали допускать друг с другом (и даже, о ужас, с Императором!) необъяснимые вольности, за что, однако, не следовало никакого наказания. Потом выяснилось, что самому Императору обрыдли чересчур пышные церемонии, и он не нашел ничего лучше, чем упразднить их, а случилось это аккурат после приснопамятного пожара.
«Как знать, не было ли это инсценировкой, — подумала Вера. — Может, отец давно научился использовать способности Соль Вэры в своих целях? Правда, она могла проклясть не этикет, а самого распорядителя, тут ведь не угадаешь — что первым на ум придет, тому и достанется! Нет, скорее уж Император использовал это стечение обстоятельств, чтобы упростить церемониал. А может, какие-то части придворного этикета действительно… сгорели синим пламенем, поэтому Император сделал это вынужденно. Теперь не узнаешь, как именно обстояло дело!»
— Это было красиво, — заметила шиарли. — Я очень жалела тогда, что не имела возможности познакомиться с обладательницей уникального дара, но надеялась, что судьба рано или поздно сведет нас на перекрестьях земных дорог. Вообразите же мое изумление, когда вчера я услышала ваше имя!
— Вы не были в курсе, что в школе ожидается пополнение?
— Нам не докладывают о подобном, — ответила та, — а по своим каналам я подобной информации не получала.
— Правильно ли я понимаю, что ваши связные зеркала действуют на дальних расстояниях? — сделала охотничью стойку Вера.
— Действовали, — произнесла Шегарин после паузы. — До вашего прибытия.
— Вот как…
— Судя по вашему тону, не только нас лишили возможности общения с близкими?
— Именно так, — сказала Вера, не видя смысла лгать. Другое дело, что о недокументированных возможностях Триана она рассказывать не собиралась. — Не знаю, правда, как обстоит дело у подземников, но надеюсь выяснить.
— Выходит, я не ошиблась, — удовлетворенно вздохнула Шегарин, и глаза ее снова замерцали серебром. — Ваш приезд запустил некий процесс, и остается только гадать, чем это может обернуться!
— Полагаете, дело во мне?
— В ком же еще? Повторюсь, я была крайне удивлена, услышав ваше имя, но гораздо более того — увидев, как вы действуете и говорите. Вы и та, кого я видела во время того инцидента во дворце, — два совершенно разных человека!
«Кажется, сейчас я как никогда близка к провалу», — подумала Вера и с усилием выдавила загадочную улыбку.
— Неужели?
— Вне всякого сомнения, госпожа Гайяри. Боюсь, мне остается лишь расписаться в полной своей несостоятельности: я играю чужие роли, наверно, дольше, чем вы живете на свете, но по сравнению с вами, — Шегарин развела руками, — я дилетант.
Вера нашла в себе силы собраться с мыслями.
— Дело именно в том, что вы играете роль, а не живете другой жизнью. Скажите, госпожа Шеганаи, как по-вашему, которая я — настоящая? Та гневливая девица из Созвездия или нынешняя?
— Затрудняюсь ответить. Ведь я знаю вас лишь понаслышке, а на основании того краткого наблюдения и нынешней беседы не могу сделать обоснованного вывода.
— Тогда не стану ходить вокруг да около, скажу просто: это не маски, не личины, — совершенно серьезно произнесла она, — а лишь многочисленные грани одной и той же личности. Возьмем для примера алмаз — я не страдаю от лишней скромности. Согласитесь: чем искусней огранка, чем больше граней у бриллианта, тем ярче он сияет!
— И тем сложнее различить за этим сиянием истинное лицо? — негромко спросила Шегарин.
— Именно так. Конечно, бывает, что за внешним блеском больше ничего нет…
— …но это определенно не ваш случай.
— Я же сказала, что скромность занимает далеко не первое место среди моих достоинств. И все же, госпожа Шеганаи, позвольте спросить: чему я обязана такой откровенности с вашей стороны? Если вы сами… — Вера сделала выразительную паузу, — то не следовало ли вам сохранять инкогнито?
— Думаю, это уже бесполезно, — вздохнула шиарли. — В школе Примирения творится что-то настолько странное, что последние два года я только и ждала, когда же наконец появится облеченный властью и полномочиями человек, чтобы довериться ему! Волею судеб это оказались вы, госпожа Гайяри.
 
— Довериться… человеку? — не веря своим ушам, переспросила она. — Однако не ожидала услышать подобное из ваших уст… Не вы ли всегда относились к людям с большой настороженностью, если не сказать грубее?
— Именно так. Но мы согласились принять участие в этом… эксперименте, назовем его так, возлагая на него определенные надежды. К сожалению, надежды эти не только не оправдались, а даже преломились странным и неприятным образом, словно отражение в кривом зеркале.
— Госпожа Шеганаи, — твердо сказала Вера, — предлагаю прекратить выражаться обиняками, раз уж вы решили говорить начистоту. В противном случае я рискую заночевать в вашей гостиной, а мне еще предстоит разнос у ректора!
— О, я заранее ему сочувствую, — без тени улыбки ответила Шегарин. — Господин Арлис — неплохой человек, насколько я могу судить, но в последнее время он откровенно манкирует своими обязанностями, равно как и другие учителя.
— Об этом вы непременно расскажете мне во всех подробностях, — кивнула Вера. — Но начните, очень вас прошу, именно со странностей! Я сама уже насчитала их немыслимое количество, но я здесь впервые, а вы живете не первый год. Шиарли всегда славились вниманием к деталям, поэтому, полагаю, вы сумеете меня удивить.
— Постараюсь, во всяком случае. Думаю, говорить можно и за завтраком, как полагаете?
— Всецело согласна.
— В таком случае сейчас подадут на стол, а я покамест начну рассказ. Но для начала спрошу: что удалось заметить вам?
Вера переглянулась с Раном и коротко описала странности, бросившиеся им всем в глаза. Правда, теорию о подпитке источника силы замковой защиты за счет учеников она пока придержала. Мало ли, пригодится…
— Пока это все. Вы, госпожа Шеганаи, ответьте на один вопрос: если вы уже давно заметили, что в этих стенах творится неладное, то почему не сообщили об этом своим соплеменникам?
— Я сообщала, однако они не нашли это достойным беспокойства, — покачала головой шиарли и вдруг добавила вполголоса: — Пни старые…
Ран издал непонятный звук — то ли поперхнулся, то ли задавил смешок, — а Вера подумала, что с этой шиарли, пожалуй, удастся столковаться. Хотя бы временно! Они, в конце концов, в одной западне! С другой стороны, из брошенных в бочку крыс выживает только одна… Оставалось надеяться на то, что разум возобладает.
— А уведомить кого-то с нашей стороны вы не могли, верно? — уточнила Вера.
— Конечно. Как бы это выглядело, сами посудите? Это территория людей, их школа, и вдруг — мое сообщение! Вдобавок я понятия не имею, кто стоит за всем этим. Вернее, я знаю, кто горячее всех ратовал за создание школы и добился этого, но…
— Кто это, кстати?
— Ваш отец, — удивленно взглянула на нее шиарли. — Во всяком случае, так гласит озвученная нам официальная версия.
— Вот как… Именно поэтому, узнав о моем появлении, вы решили, что отец наконец-то прослышал о происходящем здесь?
— Я искренне на это понадеялась и рада убедиться, что не ошиблась.
«И что теперь делать? — в панике подумала Вера. — Ханна Соль — вдохновитель этой вот авантюры? Это совсем не вяжется с его характером… Нет, не верю! Он мог поддержать такую идею, он всегда говорил, что людям нечего делить с инородцами, но вряд ли выдвинул бы ее лично… Но это-то ладно! Вдруг он в самом деле организовал это, чтобы развязать большую войну с инородцами? Мало ли что говорил Правый полумесяц, на деле все может оказаться с точностью до наоборот! Ох, Соль Вэра, хорошо тебе! Сбежала от этого безобразия, а я разбирайся…»
— Тогда, госпожа Шеганаи, начните с того, какую именно официальную версию озвучили лично вам. Очень может статься, что она расходится с известной мне, а в деталях кроется самое важное.
— Согласна, — кивнула шиарли, помолчала, пока прислуга подавала на стол, а когда они вновь остались втроем, продолжила: — Переговоры начались полтора круга назад…