Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

5.
— Ну и зачем вы устроили этот балаган? — спросил меня Таусенд, когда мы повстречались возле церкви.
Я, как добропорядочный джентльмен, явился на рождественскую службу. Правда, тетушка Мейбл меня демонстративно проигнорировала, полковник Стивенсон тоже (выразительным взглядом дав понять, что он со мной совершенно согласен, но возразить супруге не может), поэтому я присоединился к Таусендам. Разумеется, это не укрылось от бдительной общественности, снова послышались шепотки.
— Исключительно по велению своего внутреннего кактуса, — невозмутимо ответил я, отогнув борт пальто: сеньор Кактус помещался у меня за пазухой.
— Ну что за ребячество, право слово, — проворчала миссис Таусенд, но, я видел, хихикнула в кружевной платок.
— В моем возрасте, полагаю, джентльмен уже может позволить себе небольшие чудачества, — серьезно ответил я. — Тем более, наш маленький спектакль ведь увенчался успехом?
— О да, — вздохнул Таусенд. — Начальство так аплодировало, что овациями меня едва не вынесло из кресла суперинтенданта, а Пинкерсона — вовсе из полиции. С волчьим билетом.
— О… — только и смог я произнести. — Но вы…
— Отбился, разумеется, за кого вы меня принимаете? Взял всё на себя, выдержал громы и молнии, а в итоге еще и выбил премию Пинкерсону за расследование череды смертей и выявление опасной преступницы. Как знать, вдруг с бродяг она переключилась бы на любителей выпивки? Или принялась бы угощать конфетами детей?
— Полагаю, мисс Тертли направили туда же, куда и миссис Дэвис?
— Совершенно верно. К слову, именно у миссис Дэвис она и научилась стряпать это сонное зелье.
— Что-то у нас тут просто клуб отравительниц, — вздохнула миссис Таусенд. — И, Виктор, миссис Ходжкин была соседкой миссис Дэвис, имейте в виду.
— Думаете, она распространяет обо мне слухи потому, что ей не с кем стало делиться свежими сплетнями? — удивился я. — И она считает меня виновным? Но, вообще-то, Тома Дэвиса вычислил лорд Блумберри, а я просто рядом стоял!
— Так-то оно так, — задумчиво произнес суперинтендант, — но люди считают, что лорд вас не просто так с собой позвал. Давно уж поговаривали, что вы умеете… что-то этакое. А теперь они еще и укрепились в этом мнении.
— В основном все считают вас добрым колдуном, — утешила миссис Таусенд.
— И на том спасибо, — пробормотал я, поймав на себе злобный взгляд миссис Ходжкин — она как раз шла мимо.
За нею я заметил вдруг знакомую фигуру и окликнул:
— Пинкерсон! Вас ли я вижу?
— Мистер Кин! — отозвался он. — Мистер Таусенд, миссис Таусенд…
— Да вы не один, — удивилась она. — Представьте же нас!
Я посмотрел на невысокую девушку в скромном платье и шляпке, задорно сидящей на рыжевато-соломенных волосах, и постарался сделать непроницаемое лицо.
— Э-э-э… это мисс Джессика Ламберт, — ответил Пинкерсон и зачем-то снял шляпу, потом снова ее надел и пояснил: — Это сестра нашего Ламберта, они близнецы. Представляете, какая незадача: она приехала навестить брата, хотела устроить сюрприз, а он, как нарочно, уехал по заданию редакции и вернется уже после Рождества…
— Очень обидно, — подтвердила мисс Ламберт. Голосок у нее был звонкий, глаза веселые, а движения — точь-в-точь птичьи. Правда что, копия нашего репортера. — Но зато я побывала в Блумтауне. Джерри у вас очень нравится, он писал, люди здесь замечательные, и я готова это подтвердить!
— Приятно слышать, — отозвалась миссис Таусенд и принялась расспрашивать девушку о том о сём, а инспектор поманил суперинтенданта в сторонку.
— Мистер Таусенд, можно попросить вас об одолжении? — прошептал он.
— Пинкерсон, вы исчерпали лимит моих одолжений на год вперед!
— Это крохотное одолжение, поверьте! — взмолился инспектор. — Пожалуйста!
— Ну что там у вас? — смилостивился Таусенд.
— Вы не позволите мне заночевать у вас во флигеле? Или хотя бы в гараже?
— Вас что, турнули с квартиры? Прямо под Рождество?
— Да нет же! — замахал руками Пинкерсон. — Просто… ну, мисс Ламберт же приехала к брату, но он уехал, а оставаться со мной в одной квартире ей никак нельзя, вы же понимаете!
 
— Еще бы, после такого вам, как честному человеку, придется жениться, — ухмыльнулся Таусенд. — Значит, вы, как порядочный джентльмен, решили оставить квартиру в распоряжении леди, а сами ютитесь по знакомым?
— Выходит, так, — вздохнул тот. — Вчера я ночевал в участке, но сегодня не выйдет, там занято…
— Ну, если супруга не станет возражать… — начал Таусенд, а она тут же вмешалась (нет, все-таки у женщин поразительной остроты слух!):
— Разумеется, я не стану возражать. Я уже пригласила мисс Ламберт к нам на ужин, и вы тоже придете, Мэтт, даже не вздумайте отказываться! Где это видано: встречать Рождество в гордом одиночестве, да еще, подозреваю, за пустым столом?
— Ну… — замялся инспектор, а я подумал, что надо бы все-таки помириться с тетушкой, не то тоже придется напрашиваться в гости к Таусендам. Не то чтобы у меня дома нечего было поставить на стол, но пировать одному, как верно подмечено, довольно грустно. — Если я вас не стесню…
— Не стесните, — отрезала миссис Таусенд. — А теперь идемте внутрь! Лорд Блумберри прибыл, служба вот-вот начнется…
Лорд в самом деле прикатил со всеми чадами и домочадцами. Вид у него был довольно мрачный, и когда к нему сунулись смутно знакомые джентльмены, он так свирепо взглянул на них, что они мигом отступились.
— Это еще кто? — шепотом спросил я у Таусенда.
— Археологи, — пояснил он. — Я слыхал, замучили уговорами предоставить им участок для раскопок. Даже пытались незаконно копать, но…
— Но?.. — с намеком повторил я.
— Отчего-то их рабочие бросили это дело, едва стемнело, — шепотом сказал мне Таусенд и ухмыльнулся. — Болтали, очень уж жутко. Воет кто-то, хотя до леса не так уж близко, а ветра, считай, и нет. Тени откуда-то наползают, колышутся, злобные крики слышны, грохот какой-то… Словом, больше к ним никто не нанимается, а сами они и снег-то не разгребут: сразу видно, тяжелее чернильницы ничего в руках не держали!
— А попробуют — я их арестую, — кровожадно добавил Пинкерсон.
Миссис Таусенд ушла вперед с мисс Ламберт, суперинтендант поспешил за ними, а я немного задержался: мне показалось, будто Пинкерсон хочет о чем-то мне поведать. Или спросить, по нему не поймешь.
— Как вам мисс Ламберт? — поинтересовался я, когда до входа в храм осталось несколько шагов, а инспектор так и не сумел собраться с мыслями. — Впервые встречаю разнополых близнецов, такое сходство!
— О да, сходство просто поразительное! — подхватил Пинкерсон. — Не только внешнее, мистер Кин, уж поверьте, мисс Ламберт и мыслит в точности, как ее брат… И неплохо разбирается в криминалистике — говорит, он подробно описывал ей все, о чем я рассказывал. Ну, знаете, по вечерам тянет посидеть у камина, поговорить о том о сём…
Я покивал. Мы уже устроились на своих местах (вернее, я-то как раз не на своем) и приготовились внимать службе.
— И вот мисс Ламберт, как и ее брат, прекрасно умеет слушать! И задавать дельные вопросы! И… и вообще она всё-всё понимает… — он перевел дыхание и продолжил едва слышным шепотом: — Я читал, что у близнецов есть мистическая связь, и даже если они разделены, с одним может происходить то же самое, что с другим, а теперь вот убедился на личном опыте! В самом деле, я говорю с Дже… то есть мисс Ламберт, но если закрыть глаза, легко представить, что это ее брат!
— Похоже, вы влюбились, друг мой, — серьезно сказал я, а он запротестовал:
— Но я ведь не хотел! Я ведь даже не видел ее никогда… Ламберт мне показывал карточку, но там поди разгляди толком… ну, как в том дельце мисс Гейт! А вот так, нос к носу… И вообще…
— Влюбились, — подтвердил я.
— Я же знаком с ней вторые сутки, о чем вы?!
— Иногда и часа достаточно, — сказал я тоном умудренного жизнью старца.
— Полагаете?.. И что мне делать?