Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

— Простите, сеньор, я забыл, что гринго не привыкли к острому, — покаянно сказал он, глядя, как я, задыхаясь и утирая слезы, допиваю третий стакан воды.
— Скорее, с отвычки, — просипел я. — Когда-то я пил это с большим удовольствием…
Отдышавшись, я в очередной раз привел себя в порядок (и подумал, что если вдруг соберусь к Гонсалесу, придется сделать это снова) и вышел на улицу.
Городок понемногу просыпался, и хотя было по-прежнему жарко, но уже не настолько нестерпимо, как вскоре после полудня.
Я неторопливо шел по узким улочкам (Диего я отправил вперед, разузнать, где живет Варгас), глядел по сторонам и прислушивался к разговорам.
— Но где же взять сочную зелень, подумайте сами, сеньора, — устало говорила торговка. — Что привезли, тем и торгую, не сама же я это выращиваю!
— Поглядите, томаты ведь все сморщенные! Картофель мелкий и вялый! Кукуруза жесткая и сухая! — возмущалась пожилая дама. — Сколько вы все это храните? Год?
— Сеньора, только позавчера привезли! Говорю ведь, нет дождей, река обмелела, еще бы тут выросли томаты с мужской кулак и картошка с детскую голову! Сосед, сосед! Скажи, когда кум привез мне это добро? — воззвала торговка.
— Так позавчера, я разгружать помогал, — охотно отозвался седоусый мужчина с соседнего крыльца. — Вы, сеньора, правильно возмущаетесь, что овощи уже не те, только в этом не мы виноваты и не крестьяне, а…
— Молчи ты! — шикнула на него торговка и принялась выбирать пожилой даме что получше. Та тоже примолкла, хоть и хмурилась недовольно.
«Похоже, ситуация здесь хуже, чем кажется», — невольно подумал я и пошел дальше. Все-таки Кампочита изменилась, заключил я. Мне городок запомнился ярким и веселым, а теперь на улицах почти не было молодежи, и даже вездесущие опунции казались какими-то тусклыми и серыми. Должно быть, даже кактусам приходилось нелегко в такую засуху.
Сеньор Варгас ни в какую не желал принимать незваного гостя, а суровая служанка (видимо, та самая Мария, худая смуглая женщина лет сорока или больше) едва не огрела меня метлой, оберегая покой хозяина. Я знал такой типаж: скорее всего, вдова или старая дева, нашедшая себя в ревностном служении господину. Помнится, у известного австрийского новеллиста (как бишь его? Кажется, Цвейг) был рассказ о подобной служанке, готовой ради хозяина даже отравить его супругу.
Но я отвлекся.
Итак, сдержав натиск этой фурии, я велел передать сеньору Варгасу мою визитку (на обороте которой черкнул, что явился от имени и по поручению его старшей дочери) и сказать, что не уйду, пока не увижусь с ним. Если же ему будет угодно послать за полицией, только порадуюсь, поскольку очень хочу повидаться с сеньором Гонсалесом, но не застал его в участке.
После этого пассажа Мария немного присмирела, проводила меня в гостиную и скрылась в недрах дома. Через некоторое время ко мне вышел сам Варгас.
Это был высокий худой мужчина, насквозь прокаленный здешним солнцем. Было заметно, что он ведет нездоровый образ жизни: об этом говорила и желтоватая бледность, заметная даже сквозь загар, и мешки под глазами, и трехдневная щетина, и несвежая рубашка, и скверный запах изо рта. Судя по всему, Варгас совершенно перестал следить за собой, и я, кажется, мог угадать причину.
— Сеньор Варгас? — сдержанно поклонился я. — Виктор Кин, эсквайр, к вашим услугам.
— Я в ваших услугах не нуждаюсь, — мрачно ответил он и рявкнул: — Мария! Принеси еще бутылку!
— Сеньор, соблаговолите воздержаться хотя бы недолго, — попросил я. — У меня для вас важные известия.
— Ну? — он перевел на меня налитые кровью темные глаза. — Что вам нужно? И при чем тут моя дочь?
— Сейчас объясню, — уклончиво ответил я. — Для начала я хотел бы передать вам, что ваша дочь Иоанна жива и находится в добром здравии. Вам, должно быть, уже телеграфировали из пансиона?
— Да… эта мерзавка сбежала! — очнулся Варгас. — А ведь сама рвалась туда, лишь бы подальше от женишка!
— Разве не вы сосватали ему Иоанну? — спросил я.
— Я, — вздохнул Варгас и все-таки приложился к бутылке, услужливо подсунутой Марией. — Только это дело, сеньор, касается только моей семьи. Говорите, что вам нужно да убирайтесь восвояси!
 
— На вашем месте я бы немного сбавил тон, сеньор Варгас, — вкрадчиво произнес я, решив, что с этим пьяницей нечего церемониться. Вежливого обращения такая братия не понимает, принимая его за проявление собеседником слабости, а потому наглеет. — Вы что, не прочли мою визитку? Вам не ясно, кто я такой?
По правде сказать, на визитке значилось сокращенное название лондонского клуба, почетным членом которого я являлся, а также Королевского географического общества. Я совершенно справедливо рассчитывал, что Варгас в лучшем случае опознает слово «Королевский», а расшифровать аббревиатуру не сумеет. Тем более, визитка на английском.
Я не ошибся.
— Вы… из этих? — опасливо спросил он и указал подбородком куда-то в сторону океана. — И насчет Хуаниты… Что она натворила? Украла что-нибудь и сбежала?
— Почему же сразу украла? — удивился я.
— Да я приметил, что очень уж она интересуется камушками, — протянул Варгас и снова хлебнул из бутылки. — Так и выспрашивала, и вынюхивала, только стоит завести разговор о делах, она тут как тут — то выпить принесет, то закусить, а сама знай прислушивается… Я это не сразу заметил, а как заметил — перестал ее впускать.
Я отметил, что у Хуаниты, несмотря на юный возраст, достаточно смекалки и отличное чутье на обман.
— Сеньор Варгас, — продолжил я, копируя известного лондонского адвоката, о котором ходили слухи, будто он парой фраз может заставить присяжных уверовать в полную невиновность подсудимого, будь тот хоть самим Джеком-Потрошителем. — Вы должны понимать, что нам известно всё. Покамест я беседую с вами как с человеком, павшим жертвой известного мошенника, однако всё может измениться в мгновение ока, если вы откажетесь отвечать на мои вопросы. Вы меня понимаете?
— Понимаю… кажется… — протянул он и отодвинулся со стулом вместе.
— Это дело касается не только вашей дочери, затронуты интересы Короны. Вы, надеюсь, осознаете, что это означает? — добавил я, почти не солгав. Чьих рук дело все эти беспорядки, в конце концов?
— Д-да, — выдавил Варгас и даже отставил бутылку подальше. — Вы… вы спрашивайте, сеньор, хотя меня и так уже обо всем повыспросили…
— Ничего, я хочу выслушать вашу версию событий своими ушами, а не полагаться на протоколы местных властей, которые, подозреваю, принимали не последнее участие в этой истории, — выдал я, сам себе удивившись. Впрочем, не зря ведь диплом пылится на полке! — Итак, сеньор Варгас, мы остановились на том, что вы сосватали вашу старшую дочь…
— Смитессону, — бурнул Варгас. — У нас так принято, сеньор: чтобы деловые связи были крепче, неплохо скрепить их браком детей. Детей у Смиттесона не было, поэтому мы решили, что он сам женится на Хуаните, когда она немного подрастет и научится вести себя как светская дама.
— Так-так, — протянул я, — и с этой целью вы отправили ее в Британию?
— Именно. Я надеялся, что она присмиреет, а когда выйдет замуж, ее поведение станет головной болью Смитессона, не моей. Но кто же знал, что он окажется мошенником? Старый Диас к нему благоволил, ну так Смитессон мог запудрить мозги кому угодно… Надеюсь, его когда-нибудь повесят! — выдал Варгас единым духом.
— Ну, на повешенье он пока не заработал своими трудами на ниве преступной деятельности, но сидеть ему придется долго, — заверил я. — Вы же, вижу, на свободе… К вам проявили снисхождение как к обманутому, введенному в заблуждение или?..
— Или, — мрачно ответил он. — Не будь у меня, чем откупиться, меня ославили бы на всю Мексику. Ну я-то ладно, человек пропащий, но у меня ведь сын, каково ему будет? А еще и дочери, кто их потом замуж возьмет? Да и приданое нужно… И так-то на улицу не покажешься, все ведь знают, как было дело, в наших краях ничего не скроешь!
— И чем же вы откупились от слуг закона? — холодно спросил я. — Уж не деньгами ли Иоанны, которыми распоряжались, как опекун?