Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

Покончив с ужином, я поднялся в кабинет и какое-то время убил на разглядывание глобуса, вспоминая все места, где когда-то побывал. Хотя куда проще было вспомнить, где я не бывал. На меня вдруг навалилась острая тоска по прошлому. Было так замечательно мотаться по свету, чуть ли не каждый день открывая для себя что-то новое! Мир казался полным тайн и прелести, опасностей и приключений… А ведь можно, скажем, отправиться в Австралию, навестить дядю!
Я мотнул головой, отгоняя неуместные сожаления. Да уж, опасностей на мою долю выпало предостаточно! Особенно в последнем путешествии. Когда-то я был молод, восторжен и полон уверенности, что со мной ничего дурного не может случиться. Мне пришлось дорого за это поплатиться, и если бы только мне!
После Рождества я пытался разыскать Палмера, но он как сквозь землю провалился. Надо думать, засел в какой-нибудь норе и зализывает раны.
Машинально потерев искусственный глаз, я потянулся к своему тайнику. Хватит думать об этом! А Палмер никуда от меня не денется. Невеселые воспоминания прогнали ностальгию. В прошлое вернуться невозможно, как бы порой ни хотелось…
Десять минут спустя я прихлебывал кактусовку, словно воду, и мрачно разглядывал выпавшую руну. Йера – всему свое время. Действительно, весьма прозрачный намек! На вопрос же о проблеме мистера Фейна ответ был весьма уклончивым: каждый получит то, что заслужил, и все встанет на свои места.
Признаюсь, роль наблюдателя всегда была мне по вкусу. Наблюдать за бушующими вокруг страстями и тайнами… Что может быть интереснее?
В тот момент мне было весьма любопытно, чем закончится история мистера Фейна. Надо думать, он сам больше не будет держать меня в курсе происходящего. Вообразить же, как я прячусь у хлева, чтобы самолично увидеть все происходящее, я не мог при всем желании. Впрочем, для этой цели в рукаве у меня имелся туз, даже целых два туза – благо я как раз собирался дать им поразмяться…
Отдав необходимые распоряжения, я отправился спать. Этой ночью мне снились исключительно сумасшедшие сны: то я скакал верхом на Майлин, а над нами весело скалилась безумная полная луна; то нырял в заячью нору, преследуя ведьму; то с видом нашкодившего ученика обещал священнику, что больше не буду превращаться в кролика и воровать капусту…
Словом, проснулся наутро я с ощущением, будто всю ночь на мне верхом катались черти. Не успел я толком протереть заспанный глаз, как в спальню просочился сквозь стену полупрозрачный силуэт.
Хоггарт столбиком замер у постели, вперив в меня мечтательный взгляд. Признаюсь, столь пристальное внимание меня несколько нервировало.
– Здравствуйте, Хоггарт, – заговорил я, украдкой проверяя, все ли пуговицы на моей пижаме застегнуты, и для надежности набросил еще сверху халат.
Он не отозвался, продолжая томно пялиться в пространство.
– Хоггарт, – позвал я осторожно. – Что это с вами?
Но молчанье в ответ, лишь молчанье в ответ.
– Да влюбился он! – сообщил раздраженный женский голос, и в комнате стало на одного человека… хм, на одно существо больше.
До крайности раздосадованная миссис Грейвс подплыла поближе к приятелю и от души влепила ему затрещину.
– Какая женщина! – выдохнул Хоггарт, переводя взгляд на свою подругу. Я не рискнул уточнять, кого именно он имел в виду, однако миссис Грейвс такой нерешительностью не страдала.
– Кто?! – рявкнула она, надвигаясь на Хоггарта, по-прежнему имевшего осоловевший вид.
– Она! – так нежно сообщил он, что у бедняжки миссис Грейвс просто опустились руки (что, надо думать, спасло Хоггарта от еще одной затрещины).
Отвернувшись, она украдкой смахнула слезы и обиженно отлетела в угол.
Признаюсь, сцена ревности в исполнении призраков выглядела весьма поучительно, однако пора было утихомирить бушующие страсти.
– Расскажите все по порядку! – велел я, усаживаясь поудобнее. – Простите, миссис Грейвс, надеюсь, вас не шокирует мой вид?
Она только мотнула головой, Хоггарт же никак не прореагировал.
Пришлось немного его припугнуть:
– Хоггарт, если вы немедленно не придете в себя, я повешу вашу серьгу на кактус! – Я давно вернул тетушке ее четки, а чуть позже обзавелся аляповатыми нефритовыми серьгами. Сделал я это намеренно, чтобы у Хоггарта и миссис Грейвс имелись отдельные вместилища и при необходимости можно было разделить эту сладкую парочку. Теперь же представился именно такой случай.
 
Хоггарт вздрогнул и посмотрел на меня затуманенным взглядом.
– Ну, – протянул призрак, кажется, с трудом выныривая из любовного дурмана. – Она такая, такая!..
Страшная мысль постучалась в мою несчастную голову.
– Хоггарт, – начал я осторожно, – помнится, я велел вам провести ночь в сарае и никуда оттуда не отлучаться. Вы так и сделали?
– Ну да, – буркнул призрак с неохотой.
– Тогда… – Я потер лоб и признался: – Я ничего не понимаю! Ведь не в корову же вы влюбились! – Я внимательно посмотрел на помрачневшего Хоггарта. – Или…
– Да ты что?! – Это предположение наконец заставило призрака встряхнуться. Он взмыл к потолку и несколько увеличился в размерах. – Да ты! Как ты! Ты!
Кажется, его заело, как испорченную пластинку.
Хоггарт еще немного попыхтел, потом обиженно отвернулся.
– Так! – Я решительно хлопнул по постели ладонью. – Расскажите мне наконец толком, что там произошло!
– Да ничего такого, – не оборачиваясь, мрачно сообщил Хоггарт. – Сначала Фейн со священником какую-то траву в хлеву жгли, это ты и сам застал. А потом они в лопухах засели – в засаду, мол.
– Дальше! – коротко велел я.
– Да ничего такого дальше не было! – выдавил Хоггарт, но я отчего-то ему не поверил.
– Было! – возразила миссис Грейвс. Хм, любопытно, может ли призрак причинить какой-нибудь вред другому призраку? Если может, то Хоггарт в серьезной опасности. – Рассказывай уже о своей крале!
– Ну… – Хоггарт резко спустился вниз и, кажется, попытался поковырять паркет носком ботинка. Потом признался неохотно: – В общем, до полуночи было тихо, а потом пришла она!
Миссис Грейвс ревниво засопела, но прерывать не стала.
– Дальше, – снова подбодрил я, видя, что Хоггарт опять впал в мечтательную задумчивость.
– О, эти томные глаза с поволокой! И длинные ресницы! И, эта… эта… – Хоггарт изобразил что-то руками.
– Вымя? – спросил я. Он вздрогнул и воззрился на меня. – Да, Хоггарт, я вас понимаю, призовые коровы очень красивы… по-своему.
– Коровы?! – непонимающе произнес он, а миссис Грейвс в своем углу залилась смехом.
– Коровы! Ой, не могу! – Она покатывалась от хохота, а Хоггарт непонимающе и обиженно переводил взгляд с меня на нее.
– Да как вы могли о таком подумать?! – возмутился он наконец, только теперь уразумев, о чем шла речь. – Вы! Я о Сисси!
– Не обижайтесь, Хоггарт, – примирительно произнес я. – Я просто пошутил. Итак, что делала там эта… Сисси, правильно? Кстати, вы знаете, кто она?
Он кивнул.
– Дочка Фейна!
– Хм… – Я задумчиво склонил голову набок, вспомнив наконец девушку с вилами. – Любопытно, что она там делала?
Неужели спешила туда на свидание? Относительно невинности милой Сисси у меня имелись некоторые сомнения – достаточно припомнить, какими глазами она на меня смотрела. Мне доводилось встречать каннибалов, и взгляд Сисси в тот момент подозрительно их напоминал…
– Ха! – Миссис Грейвс приосанилась. – Она чем-то вымазала коровье вымя!
Надо думать, лицо мое выразило крайнее удивление. Даже если допустить, что Майлин действительно умышленно заразили, сложно предположить, что злоумышленником была единственная дочь ее хозяина!
– И Фейн ее на этом поймал? – поинтересовался я с искренним любопытством.
– Ну да, – вмешался Хоггарт. – Я же говорю, они со священником в лопухах засаду устроили, так что милашку быстренько сцапали. Уж как она рыдала, как прощения просила!
Он причмокнул. Кажется, любовные чувства на время уступили место обычному для него злорадству и желанию позлословить.