Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)
«Эврика!» – сказал я себе и развернул машину. Это будет идеальным решением… если, конечно, все получится так, как я задумал.
* * *Я остановил авто неподалеку от церкви. Солнце припекало, но на северной стороне кладбища, в тени церкви и старых лип, царила прохлада и какая-то неприятная сырость – вот уж точно могильная. Я уверенно направился к знакомому месту и, постучав костяшками пальцев о надгробие, позвал:
– Хоггарт, вы здесь?
– Ну чего еще? – недовольно отозвался призрак, до половины высовываясь из плиты.
Судя по некоторому беспорядку в его одежде, Хоггарт неплохо проводил время. Хм, а я и не знал, что подобные радости доступны и мертвым.
Увидев мой заинтересованный взгляд, Хоггарт засмущался и принялся торопливо приводить себя в порядок.
– Чего надо? – не слишком вежливо, хоть и значительно тише, осведомился он.
Пожалуй, нужно будет в следующий раз захватить Конно-идею, в его присутствии призрак делается значительно вежливее.
– Вы так глубоко осведомлены о делах Блумтауна, – решил польстить я и осторожно, стараясь не выпачкать брюки, присел на плиту.
– Что есть, то есть, – горделиво выпятил грудь Хоггарт. – Что, захотелось поговорить с умным человеком?
В ответ я кивнул, сдерживая улыбку. Хоггарт был хитер, однако умным я бы его не назвал.
– Ну спрашивай, так и быть, отвечу! – великодушно махнул рукой он.
– Вы знаете некоего мистера Бабкока, поверенного?
– А как же! – даже подскочил Хоггарт. – Гнилой человечишка!
В устах Хоггарта такая характеристика дорогого стоила.
– И что вы можете о нем рассказать?
Хоггарт расплылся в улыбке – поболтать он всегда любил – и принялся вываливать на меня множество сплетен. Судя по рассказу призрака, мистер Бабкок никогда не был разборчив как в средствах, так и в связях – знался со всяким отребьем и легко подряжался на сомнительные делишки.
– А еще говорили, он того… – Призрак огляделся, потом приблизился ко мне и на ухо сообщил: – Мальчиков любил!
То ли от близости призрака, то ли от сообщения меня обдало холодом. Пожалуй, приставить к такому человеку мальчишек было не лучшей идеей. Конечно, Бабкок не станет набрасываться на моих соглядатаев с неприличными предложениями, да и постоять за себя они способны, однако насмотреться они могут всякого. Завтра же их отзову!
– Хоггарт, а вы не хотите прогуляться? – перебил я словоохотливого призрака.
Тот надулся и сообщил нехотя:
– Да я бы рад, только с кладбища-то мне не уйти!
– Никак? – уточнил я. – Может, имеется какое-то средство?
– А тебе зачем? – подозрительно покосился на меня призрак.
– Хотел предложить вам немного развлечься, вот и все! – развел руками я.
– Поразвлечься?! – Взгляд Хоггарта сделался совсем уж подозрительным.
– Прогуляться! – пояснил я. Хоггарт определенно подумал о чем-то непристойном или преступном – такая уж у него натура. – Я подумал, вы могли бы проследить за этим Бабкоком…
– А что мне за это будет? – тут же начал торговаться призрак.
– Увлекательная прогулка и новые сплетни, – предложил я, усмехаясь. Призракам ни к чему деньги, а вот новости у них на вес золота.
– Ну ладно, – как бы нехотя согласился Хоггарт и воспарил над плитой. – Только, чур, и подружку мою прихватишь!
– Договорились, – кивнул я и улыбнулся, вообразив романтическую прогулку двух призраков. – Только вы не пояснили, что для этого нужно делать.
– Камень нужен, в который ты меня позовешь – с миссис Грейвс, конечно, – и вынесешь за ограду! – пояснил Хоггарт, едва не подпрыгивая от радости и предвкушения. В исполнении призрака смотрелось это странно.
– Какой камень? – деловито осведомился я, оглядываясь по сторонам в поисках небольшого обломка. Увесистый булыжник сложнее нести, да и у прохожих могут возникнуть вопросы. Еще, не дай бог, вором сочтут! Недоставало мне только слухов, что один из семейства Кин опустился до воровства с церковного кладбища! И чего – камней!
– Эй, ты чего? – даже как-то обиделся Хоггарт, проследив за моим взглядом. – Эти булыжники не пойдут, они же все освященные!
– Значит, нужен любой неосвященный камень? – уточнил я.
– Вот еще! – фыркнул Хоггарт, скрещивая на груди полупрозрачные руки. – Тут понимать надо, это тебе не… – Он покосился на мой кулак и закончил уже намного вежливее: – Тут нужен нефрит или в крайнем случае коралл… Но нефрит лучше!
– Хм. – Я всерьез задумался. Ни того ни другого в моем хозяйстве не было. Мама забрала украшения с собой, а я, как и отец, не носил ничего подобного. Можно, конечно, что-нибудь купить, однако настоящий нефрит сейчас редок, в Англию его везут неохотно… А подделки тут, само собой, не годятся.
Вспомнил! У тетушки Мейбл есть прекрасные четки, подаренные ей полковником Стивенсоном. Кажется, полковник привез их из своего путешествия в Китай, а уж там за подделку нефрита полагается смертная казнь, так что даже иностранцам фальшивые камни продавать поостерегутся.
Решено, сегодня же напишу ей. Впрочем, зачем писать? Ведь можно прямо сейчас к ней заехать! На мгновение я заколебался, вообразив, как пытаюсь объяснить тетушке, зачем мне понадобились ее четки. Хм, пожалуй, стоит сделать загадочное лицо и сослаться на некие важные дела…
Ну разумеется, я в очередной раз позабыл, что с тетушкой Мейбл подобные вещи не проходят.
Едва поздоровавшись, она набросилась на меня с расспросами о Сириле, и я замучился уверять ее, что кузен ведет себя прилично, порога моего дома не переступает и вообще занят исключительно дегустацией кулинарных шедевров Мэри. Потом меня попытались усадить обедать, и я едва отбился, уверяя, что только-только из-за стола. Есть хотелось, но, прими я приглашение, визит бы затянулся надолго, а мне нужно было многое успеть сегодня. Так что на вопрос, а что, собственно, привело меня в поместье, я честно ответил: хотел лично убедиться, что тетушка в порядке, а заодно спросить, не появлялся ли снова тот премерзкий тип.
Этот тип, как выяснилось, не появлялся, а вот другой продолжал докучать миссис Вашингтон. Тетушка Мейбл уже предлагала той погостить в нашем поместье или перебраться в город, поближе к полиции, но прекрасную вдову было не так просто запугать. Если верить рассказу (за чай меня все-таки усадили, и это было меньшим из зол), во время очередного визита негодяй вооружился хлыстом, чтобы отбиваться от собак. По моему мнению, отбиться от двух обученных доберманов он сумел бы разве что бревном, и то еще не факт, но миссис Вашингтон пришла в ярость. Отозвав своих питомцев, она вышла на крыльцо, поинтересовалась, долго ли еще незваный гость намерен топтать ее землю, выслушала наглый ответ, после чего пальнула ему под ноги из двустволки. И продолжала стрелять, пока тот зигзагами улепетывал прочь…
– Надо же, я и не знал, что миссис Вашингтон умеет стрелять, – заметил я.
– И очень недурно для женщины, – заметил полковник. – Она как-то продемонстрировала. Конечно, двустволка для нее тяжеловата, но она зарядила дробью, а там не нужна снайперская точность…
– Да уж, спасибо, что не картечью, – хмыкнул я, представив, как подосланный громила выковыривает дробинки из неудобосказуемого места. – Где же она этому научилась?
– А Сирил разве тебе не говорил? – удивилась тетушка Мейбл, подливая мне чаю. – Она ведь сама из Канады. Хорошая, старинная семья…
«Да, с воспитанием у миссис Вашингтон все в порядке», – подумал я.
– Кажется, у нее в роду имелись французы, – продолжала она. – Вот почему она такая темненькая… Но это не важно, это происходило добрых двести лет назад! Увы, со средствами у них было не очень, многое приходилось делать самим…
– Могу представить, – пробормотал я, и перед моим внутренним взором встала юная Мирабелла, только-только вставшая из-за фортепиано и отправляющаяся в лес, чтобы подстрелить оленя на ужин.
– Ну и, разумеется, едва только появилась подходящая партия – мистер Вашингтон, – родители немедленно выдали ее замуж. Ну а супруг привез ее в Англию. Дальше ты знаешь, Вик, после его смерти миссис Вашингтон не захотела возвращаться на родину…