Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

– Не сомневаюсь, – сказал я, принюхался и отстранил от себя кузена. – Сирил, чем от тебя несет?!
– Да уж не розами… – понурился он. – Это тушеная капуста. Боже, кажется, я весь пропитался этим омерзительным запахом!
– Сирил, боже, какой вы бледный! – воскликнула миссис Вашингтон, утирая счастливые слезы кружевным платочком. – С вами все в порядке? Вас не били?
– Нет, – ответил он, подумал, решил, видимо, что так потеряет часть романтического ореола, и печально добавил: – Ну, почти…
– Ах, бедняжка!
– Я смертельно голоден… – продолжал играть узника кровавых палачей Сирил.
– Если бы я знал, то оставил бы тебе половину сандвича, – сказал я.
– А ты все слопал сам? – покосился на меня кузен. – Вот так всегда…
– Я не подумала, что вы будете голодны… Я полагала, даже… даже в таких заведениях кормят! – пролепетала миссис Вашингтон.
– Да, – печально сказал Сирил. – Тушеной капустой и еще какой-то гадостью, к которой я не смог даже прикоснуться! Мне делалось дурно от одного взгляда на… на это!
«Если бы ты хоть одним глазом увидел то, что порой приходилось есть мне, – подумал я, – ты наверняка хлопнулся бы в обморок. Знаешь ли, когда крыса или там жаба считается за деликатес, а обычно голод приходится утолять гусеницами или что еще под руку подвернется… И что? И ничего. Проголодаешься – и не такое проглотишь!»
– Едем в гостиницу, – сказал я.
– О да, да! – воскликнул Сирил, живо запрыгивая в машину. – Мне необходимо принять ванну! Ми… миссис Вашингтон, умоляю простить за то, что оскорбил ваше тонкое обоняние этой ужасной вонью!
– Ах, пустое! – махнула она платочком. – Прошу, приезжайте ко мне на ужин, и…
– Простите, но я сегодня же возвращаюсь в Блумтаун, – покачал я головой. – Сирила нужно срочно вернуть матери, иначе она заподозрит неладное: денег на столь продолжительную гулянку в Лондоне у него быть не могло! Кстати, ты достал то, зачем она тебя посылала?
– Не успел, – вздохнул кузен.
– Ладно, я сам куплю, пока ты будешь приводить себя в порядок, – вздохнул я. – Миссис Вашингтон…
– Думаю, я составлю вам компанию в пути, – очаровательно улыбнулась она. – Что делать в этом сером городе? Не сочтите за труд позвонить, когда будете выезжать!
Ну что мне оставалось делать? Только согласиться!
Уже под вечер к воротам нашего поместья подкатила целая кавалькада: во главе шел мой автомобиль, следом – сияющая алым лаком машина миссис Вашингтон, а замыкал колонну чихающий и рычащий драндулет Сирила. Убейте, не представляю, как он умудряется в самые кратчайшие сроки довести любую машину до такого непотребного состояния!
Миссис Вашингтон обитала немного дальше, но решила остановиться и поболтать с тетушкой Мейбл – они успели сойтись накоротке еще на приеме у лорда Блумберри. Ну и заодно, решили мы, прикрытие кузену не помешает…
Однако планам нашим не было суждено сбыться. Стоило нам заглушить моторы, как дверь распахнулась, и на пороге появилась тетушка Мейбл, воинственно потрясающая одним из самых тяжелых своих зонтиков.
– Сирил! – воскликнула она. – Ах ты негодяй!..
– Мама, ну я немного задержался, Виктор же тебя предупредил! – начал он, явно не осознавая всей опасности.
– Вик постоянно тебя покрывает, но с ним я поговорю позже, – воинственно произнесла тетушка и направилась к сыну. – Как ты мог! Какой позор!
– Ай! – воскликнул Сирил, не успев увернуться от удара зонтиком пониже спины (этот прием у тетушки был давно отработан). – Мама! Ну не при миссис же Вашингтон!
– Ничего, пускай все видят! Все и так знают, что ты… позор на мои седины!
– Мама, у тебя нет седины! Ай!..
– Иди сюда, хватит бегать вокруг машины! Я не настолько молода, чтобы гоняться за тобой!
– Мама, ты еще… очень даже ничего! Ты в прекрасной форме!
– Полковник, что происходит? – спросил я Стивенсона, с интересом наблюдавшего за воспитательным процессом.
– А… – махнул он рукой, миссис Вашингтон придвинулась поближе, чтобы тоже послушать. – В полицию пришел запрос относительно Сирила. Из Лондона. Дескать, не замечен ли в противоправных деяниях, каких взглядов придерживается, интересуется ли политикой… Ну ясное дело, шила в мешке не утаишь, кто-то кому-то сболтнул – и вот. Весь Блумтаун в курсе. Кажется, Сирила уже записали в международные террористы…
 
– О боже! – воскликнула миссис Вашингтон, заламывая руки. – И это все из-за меня! Миссис Стивенсон, умоляю, остановитесь! Это полностью моя вина! Если бы Сирил не согласился помочь мне донести покупки, он не оказался бы в том месте и не стал бы жертвой полицейской облавы! Они же хватали всех подряд, не разбираясь… О, вы только представьте, что пришлось вынести вашему сыну за это время! Допросы… ужасная еда… грязная камера… какие-то бандиты рядом… А он даже не понимал, чего от него хотят! И разумеется, они решили, что Сирил запирается, и любой ценой пытались добиться признания…
Я одобрительно хмыкнул. Язычок у прелестной вдовы был хорошо подвешен, даже тетушка Мейбл остановилась и прекратила преследование (хотя, возможно, она просто запыхалась).
– Вик, это правда? – спросила она строго.
– Да, тетушка, – ответил я. – Это произошло на глазах у миссис Вашингтон, и она немедленно бросилась ко мне за помощью. О-о-о… Эти ужасные порядки! Сирила еще год продержали бы в клетке, пока разобрались бы, что он не имеет никакого отношения к этому… этому движению! Я убеждал их как мог!
– Ах, если бы не вы… – вздохнула миссис Вашингтон.
– Если бы не Виктор… – вторил ей Сирил с безопасного расстояния.
– Какой кошмар, – сказала тетушка Мейбл, опираясь на зонтик.
– Все беды от бунтарей! – Полковник рубанул ребром ладони воздух. – Независимость им подавай!
– Дорогая, идемте в дом, – сказала тетушка, – выпьем по чашечке чая. Сирил, ты тоже иди сюда. Нет, я больше тебя не трону, не беспокойся… Ты и так уже сполна расплатился за свою безалаберность! Вик, ты к нам присоединишься?
– Боюсь, нет, – отказался я. – Мне нужно еще заехать к Таусенду, он тоже беспокоился из-за Сирила…
– По-моему, мне в самом деле пора остепениться, – буркнул кузен, прощаясь со мной.
– Например? – заинтересовался я, склоняя голову к плечу.
– Ну… – Кажется, Сирил всерьез задумался, потом выдохнул, словно бросаясь в омут: – Женюсь!
И добавил задумчиво:
– Может, супруга хотя бы зонтиком меня бить не будет?
– Надейся, надейся, – усмехнулся я.
Бури и грозы, в прямом и переносном смысле пронесшиеся над головой моего кузена, кажется, заставили его задуматься. Воистину хагалаз – драматические перемены! Только надолго ли?
Поехал я, разумеется, прямиком домой, Таусенду можно и позвонить, а мои малютки наверняка соскучились без меня!..
Некоторое время Блумтаун еще бурлил, но постепенно все успокоилось. Сирил сидел тише воды ниже травы, что устраивало меня как нельзя больше: хоть какое-то время я мог не думать о том, что он выкинет в следующий момент.
А через пару недель в гости ко мне заявился О’Ши.
– А вы не торопитесь за своим гонораром, – сказал я после приветствия.
– Не ближний свет, – пожал он плечами. – Вообще-то я еду к лорду проведать его лошадей, а по пути решил заглянуть к вам.
– Что ж, тогда идемте…
Я провел его в кабинет, открыл секретер и достал кинжал. Простой формы, довольно грубо выкованный, он тем не менее притягивал взгляд и внушал опасение. Кромка листовидного лезвия и сейчас еще была бритвенно остра. Я посмотрел на навершие рукояти и невольно передернул плечами: впервые увидев кинжал, я подумал, что, должно быть, в это углубление был когда-то вставлен камень, да выпал… Однако я ошибался: у навершия странной формы (вообще-то оно здорово напоминало ложку) имелось особое предназначение, в чем я вскоре и убедился…
– Вот, берите, – сказал я, протягивая кинжал О’Ши.
Тот, однако, не торопился прикасаться к нему, разглядывал, то отступая, то подходя поближе и чуть ли не утыкаясь носом в клинок.