Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

– Раз или два в неделю, – пожав плечами, подтвердил Сирил.
– Хорошо, – задумчиво проговорил я, размышляя. Теперь мне было известно, кто такой таинственный «А.» и как между ним и леди Блумберри завязалась переписка. Однако что теперь делать с этими сведениями? Положим, я расскажу лорду Блумберри и что потом?
Сирил смотрел на меня выжидательно.
– Ну, что скажешь? – не выдержал он наконец.
– Признаю, ты хорошо поработал! – похвалил я кузена. Пожалуй, один я решать не вправе. Пусть лорд Блумберри сам разбирается со своими семейными отношениями.
– Еще бы! – самодовольно подтвердил Сирил. – Тебе бы Арчи точно ни слова не сказал!
– Разумеется, – подтвердил я, улыбнувшись кузену. – Но я уверен, что ты тянул время нарочно, лишь бы побыть подальше от отчима… Я прав?
– Ничего подобного! – заявил он с таким жаром, что любому стало бы ясно – он лжет. – Ну… если только самую малость…
– Ладно, – вздохнул я. – Договаривались мы на неделю, ты управился раньше, так что можешь остаться еще на пару дней.
Было у меня предчувствие, что Сирил мне еще пригодится…
– Виктор, ты временами бываешь таким… щедрым! – ухмыльнулся он, пружинисто вскочил, потянулся и бодро сообщил: – Тогда я пошел!
Его явно манили удовольствия, коим мой легкомысленный кузен собирался без устали предаваться в ближайшее время.
– Не пропадай насовсем! – окликнул я. – Думаю, для тебя найдется еще кое-какое поручение!
– Хм… ну, если оно будет оплачено так же щедро, то я согласен, – кивнул он и зацепился за опунцию. – Ай-й… Виктор, ну почему именно кактусы?! Почему бы тебе не выращивать узамбарские фиалки, они такие милые, пушистенькие…
– Кактусы тоже бывают пушистыми, – сказал я. – Вот, смотри, Сирил совсем не колючий…
– А?.. – Кузен вытаращил глаза.
– Э-э… – протянул я, ставя Cephalocereus на место. – Ну, видишь ли, я назвал его твоим именем.
Я даже помнил почему: за красоту цветов и их неописуемый… хм… аромат. Правда, Сирилу я об этом говорить не собирался.
– Ну спасибо, – буркнул он и испарился, а я смог поразмыслить.
По правде говоря, выхода из неприятной ситуации я пока не видел. Как вырвать леди Блумберри из плена вредных мечтаний?
Леди Блумберри я знал слишком мало, чтобы с уверенностью судить о ее поведении. Разумеется, окончательное решение было за ее мужем, однако мне уже самому стало интересно, как лорду и леди Блумберри выйти из положения с наименьшими потерями.
Поэтому я заперся в кабинете наедине с бутылкой своего любимого напитка и шахматным столиком со всеми его потайными отделениями…
Хм… а прелюбопытная получалась картина. Не зря ведь говорят, что от любви до ненависти один шаг. Дело за малым – заставить леди Блумберри этот шаг сделать!
Я отправил лорду короткую записку, в которой предлагал ему увидеться назавтра на том же месте и в тот же час, где мы встретились недавно. Оставалось только ждать…
Когда я подъехал к точке рандеву, лорд Блумберри уже был там, на этот раз на прекрасной гнедой кобыле, если не ошибаюсь, арабских кровей. Кобыла мирно паслась, а лорд прохаживался взад-вперед, в нетерпении похлопывая стеком по сапогу.
– Мистер Кин! – развернулся он ко мне, едва заслышав урчание мотора.
– Добрый день, милорд, – сказал я, заглушив двигатель и выбравшись наружу. – Как ваши дела?
– Дела по-прежнему, – хмуро ответил он. – Вот прогуливаю Ласточку. Третий день прогуливаю, застоялась она…
– А миледи?.. – осторожно спросил я.
– Все так же, – буркнул он. – Правда, в сад пока больше не ходила. Я приказал Дейзи присматривать за госпожой и докладывать мне, чуть что заметит.
Ну, ясно. Последние несколько дней Сирил поил всех приятелей, и Арчибальду было затруднительно добраться до имения Блумберри. Интересно, как это доктор Милтон не выставил его, увидев поутру после очередной попойки? Или вспомнил юность и пожалел? Но не важно!
– Вам удалось что-нибудь узнать, мистер Кин? – тревожно спросил лорд.
– Да, – ответил я. – Как я и говорил, мой кузен оказался совершенно незаменим в этом деле. Имя воздыхателя – Арчибальд Уэйн, он стажируется у доктора Милтона. Красота вашей супруги поразила беднягу в самое сердце…
 
– Плевать на сердце! – вспылил тот. – Да я его!..
– Милорд, будет скандал, – мягко сказал я. – Не стоит принимать скоропалительных решений. Вы ведь не желаете огласки?
– Ни в коем случае, – вздохнул он. – А у вас есть какие-то предложения?
– Пока лишь очень расплывчатый план, – покачал я головой. – Нужно сделать так, чтобы ваша супруга сама отказалась от… хм… романтических грез. Но я совершенно ее не знаю и не представляю, как она может отреагировать на то или иное действие!
– Что вы имеете в виду? – спросил лорд.
– Ну, к примеру… – Я присел на нагретый солнцем камень. Лорд, даже не задумавшись, уселся на траву, как я в прошлый раз, и теперь я созерцал именитого собеседника сверху вниз. Забавно, что и говорить. – Допустим, вы и впрямь дадите супруге понять, что вам известно о ее увлечении и этой переписке. Допустим также, что она откажется от нее. Здесь я еще могу как-то спрогнозировать развитие событий: скорее всего, в ее памяти эта история останется как трагедия влюбленных, разлученных непреодолимыми обстоятельствами. Вы сами говорили – придется доживать век чужими людьми. Разве вы этого хотите?
– Разумеется, нет! – воскликнул он. – Как бы там ни было, я люблю Миллисент, а эта глупость… На то она и глупость, чтобы простить ее и никогда больше не упоминать об этом!
– Это вы так думаете, – сказал я. – Но, повторюсь, вы сказали, что забыть не сможете. И супруга ваша не сможет. И трещина между вами будет становиться все шире и шире… – Я помолчал, сплетая из травинок косичку. – А что, если появится еще какой-то романтически настроенный юнец? Вы можете представить, как поступит ваша супруга? Я – нет.
– Боюсь, что я тоже не представляю, – мрачно сказал лорд. – Черт побери! Выходит, я совершенно не знаю собственную жену!
– Но что-то вы представляете более или менее четко, – заметил я. – Скажите, милорд… Что сделает миледи, если этот молодой человек вдруг предложит ей бросить все и бежать с ним?
– Да я же его!.. – задохнулся он.
– Спокойнее. Я говорю о ней, а не о нем.
– Это скандал, – покачал головой лорд. – Безнадежно испорченная репутация, развод… И бедность, конечно. Миллисент из далеко не богатой семьи, своих средств у нее нет. А кроме того – дети! Она же души в них не чает! Не представляю, насколько сильны должны быть ее чувства к этому… мерзавцу, чтобы она отказалась от возможности видеться с детьми!
– Проблема в том, милорд, что чувств как таковых у нее и нет, – заметил я. – Это просто красивая сказка. Вы сами сказали, что миледи вышла за вас замуж совсем юной. Она не успела толком наиграться в сказочную любовь и прочие девичьи глупости, как вдруг сделалась супругой уважаемого знатного человека, вдобавок намного старше ее самой. Вот она и доигрывает… Я не думаю, что миледи испытывает к Уэйну по-настоящему серьезное чувство, она ведь его почти не знает! Для нее это приключение, как в детстве: записки в бутылке, в дупле, секреты, смешные шифры… Все то, что заставляет сердце биться чаще, пусть даже и страшно, что родители узнают и накажут.
– И вы хотите проверить, так ли это? – глухо спросил он.
– Я не вижу другого выхода, – покачал я головой. – Или – или.
– Как вы намерены это устроить? – взял лорд быка за рога.
– У меня есть кузен, – пожал я плечами. – Он способен убедить кого угодно в чем угодно. Ну, если не считать меня и его отчима. Пожалуй, Уэйну действительно стоит предложить вашей супруге побег.
На лице лорда Блумберри отразилась целая гамма чувств, потом он глубоко вздохнул и кивнул.
– Пускай, – сказал он. – Хотя бы все прояснится… потому что долго я так не выдержу! А если я сорвусь, то выложу все Миллисент. Дальше – понятно… Вот только один щекотливый момент, мистер Кин…