Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

– Да от тебя не отвяжешься, пристанешь ведь, как репей… – пробурчал Чарим и переглянулся с напарником. – Расскажем, ясное дело, потому как путь у нас впереди еще долгий, не угадаешь, с кем столкнешься.
– Знаете, – произнесла я, почесав в затылке, – я тут подумал… Да что вы смеетесь?! Умею я думать! Так вот, это самое… может, мне с вами дальше пойти, за перевал?
– Ты ж боялся.
– Мало ли чего я боялся… Там, вы говорите, всякое-разное водится, но вас оно до сих пор не съело, значит, не такое уж оно страшное, если все по правилам делать, да?
Вител молча кивнул, ухмыляясь в усы. Видимо, мои умопостроения его забавляли.
– А тут непонятно, что дальше делать, – завершила я мысль. – Что мне, обратно с перевала возвращаться, что ли? Ну, вернусь… А найду я Данвор, не найду, а если найду, разрешат ли мне там остаться… Может, того рыцаря давно в живых нет, а наследники о семействе Тор и слыхом не слыхивали и прогонят меня поганой метлой! И как быть? Денег, – тут я побренчала остатками медяков, – в обрез, а есть-то охота… и коня кормить опять же. Если только продать его, но кто купит? Это ж не рабочая лошадь, в телегу если и запряжешь, толку не выйдет…
– Ишь ты, как складно болтаешь, – сделал мне комплимент Чарим, посмеиваясь. – Чего еще скажешь?
– Да все уже, – пожала я плечами, – вот, с вами прошусь. Тут мне точно никак не устроиться, а за перевалом, может, на что и сгожусь!
– Думаешь, в чужом краю медом намазано? И такого нескладеху с распростертыми объятьями примут?
– Что-то меня и в родном краю не особенно привечают, так что невелика разница! А вдобавок еще и голод, если странник не соврал… Что ж мне, совсем пропадать? Или побираться идти? – Я перевела дыхание и попросила как могла более жалобно: – Возьмите меня с собой, может, я вам еще пригожусь!
– Уж не прогоним, – хмыкнул Вител, – думаешь, мы б тебя и без твоих речей отпустили неведомо куда, бестолочь этакую?
– А чего тогда слушали столько времени?! – возмутилась я.
– Больно складно говоришь, – ответил Чарим. – Вот, кстати, мог бы своими сказочками на хлеб зарабатывать…
– Это если б слушателям самим того хлеба хватало. А когда брюхо пустое… сказками сыт не будешь. Но на будущее учти, – вздохнул Вител, – за перевалом тоже любят послушать складные враки. Может, тем и перебьешься, а может, пристроим тебя к кому-нибудь в подмастерья.
– Или у себя оставим, – хохотнул Чарим. – Не знаю, правда, пойдем ли сюда на будущий год, похоже, проку от этого не будет… Ну так давно собирались разведать еще кое-какие пути-дороги, вот случай и подвернулся. Лишний человек всегда пригодится. Тем более ты, Ленни, похоже, удачливый.
– Это как?
– А так. До того как мы тебя подобрали, все наперекосяк шло. И торговли никакой, и погода дрянь, и вол захромал… А теперь гляди-ка! Оно, конечно, прибыли все равно не видать, но хоть с неба не льет, вол до сих пор не пал, готовишь ты съедобно, да и болтовней своей развлекаешь. От скуки, знаешь ли, волком взвыть можно. А уж если настроение поганое, погода такая же, а кругом одни и те же унылые рожи… – Он махнул рукой. – Так и тянет за топор схватиться!
– Это уж ты маху дал, с топором-то, – вздохнул Вител. – Но в главном прав: в дальней дороге с таким настроем – хуже не бывает.
– Угу, – вставил вдруг Бурин, – то уныло было, кругом серо и сыро, а тут будто кто-то костерок запалил. Сразу на сердце полегчало!
– Ну вы уж скажете, – пробормотала я, отводя глаза. – А я это… В одиночку совсем уж тоскливо. Страшно – это ладно, можно пережить, да и Се… Красавчик в обиду не даст, но все ж таки… А с вами и спокойно, и всяко веселее, чем одному!
– Да ты и впрямь повеселел, – сказал Чарим уже без улыбки. – Когда я тебя на постоялом дворе увидел, так удивился: не парнишка, а… слов-то не подберу! Что тощий да бледный, понятно, жил небогато, потом в такую передрягу угодил… Вот только еще какой-то… тусклый, что ли? Не просто тень человека, а уже и тень тени!
– Ишь, как заговорил, – уважительно произнес Мак. Они с Мароном обычно помалкивали, но слушали внимательно. – А и я заметил. Похоже, просто отъелся наш Ленни да выспался – прежде, должно быть, вполглаза дремал, каждого шороха пугался, а? Ну и повеселел, сказки рассказывает, и вон, даже волосы завились, как у девчонки!
 
– И правда что, – пригляделся Вител и дернул меня за хвост. – Этак усы отрастишь погуще, подкрутишь по-молодецки, синий глаз прищуришь, кудри распустишь – все девицы твои будут! Может, даже горная ведьма влюбится, чего б нет?
– Издеваетесь… – протянула я с тяжелым вздохом, и они загоготали.
Чарим был прав: походная жизнь нелегка, однако я бралась за любое порученное дело, вспоминала то, чему учили меня дома, забывала придворное обхождение и могла уже отбрить какого-нибудь шутника так, что он не враз находился с ответом. Словно маска сползала с меня клочьями – не серебряная, другая. Та, что наросла на лице за годы жизни в княжеском дворце и превратила меня, как точно выразился Чарим, в тень тени, подобие прежней меня…
«Он сказал «синий глаз прищуришь»! – вдруг сообразила я. – Но я ведь… Глаза должны быть карие, как у князя Даккора! Неужели я отвлеклась, и маска… Да не может быть такого, утром ведь гляделась в воду – все было как надо!»
– Дядя Чарим, – не выдержала я, – у меня глаза карие вообще-то, чего вдруг ты про синие заговорил?
– Правда, что ль? – удивился он. – Показалось, значит. Видно, как распогодилось, небо отразилось, вот я и решил…
Показалось ему, как же! Таким, как Чарим, никогда ничего не кажется, а если вдруг и померещится невесть что, так они это нечто со всех сторон рассмотрят и ощупают, чтоб не ошибиться! Но он не приглядывался ко мне слишком уж пристально, я бы обратила внимание. Может, в самом деле небо отразилось? Как рыцарь Раве говорил – глаза у меня синие, но очень темные, цвета грозовой тучи, когда ее солнце немного подсвечивает, и вот, наверно…
– Вот, добрые люди, отмыл, – выдохнул странник, грохнув котел возле костра.
Мак заглянул внутрь, придирчиво поскреб стенки пальцем и удовлетворенно кивнул – чисто, мол.
– Ну держи, заслужил. – Вител плеснул ему в плошку из своей фляги, странник жадно глотнул и надрывно закашлялся, когда огненное пойло обожгло простуженную глотку. – Вот видишь, на пользу пошло! Закуси-ка…
– Это я на завтра приберегу, – просипел тот, схватив хлеб с сыром, – а то неизвестно еще, когда удастся брюхо набить. А может, добрые люди, взяли бы вы меня с собой? У меня руки нужным концом приставлены, за скотиной ходить умею… А у вас, гляжу, работников-то маловато!
– Э, нет, – ответил Чарим, – у нас уже имеется нахлебничек, этот вот дурень малолетний. Второго не надобно. У костра можешь погреться, и будет с тебя.
– Тогда я уж лучше к своим пойду, – тяжело вздохнул странник, проводив взглядом флягу. – Может, не прогонят вдругорядь, еще чего-нибудь расскажут… Благодарствую за угощение, добрые люди!
– Иди, иди с миром, – кивнул Вител и молчал, пока он не скрылся из виду, а потом негромко сказал: – Пойду лошадей проверю. Ленни, идем-ка со мной, поможешь.
Я встала и двинулась следом, недоумевая: чем я помочь-то могу? У напарников лошади смирные, упряжные – тем более, а Серебряного я еще засветло обиходила…
Правда, я в темноте хорошо вижу, но сейчас-то тучи разошлись, и луна светит во всю силу, хоть иголки в траве собирай!
– Вот что, Ленни, – тихо произнес Вител, когда мы подошли к его серому мерину, – у тебя жеребец захромал.
– Разве?
– Да. На заднюю левую. Так что замотай-ка ему ногу как следует, да и вторую тоже – мало ли, застудил. Породистые лошади нашим не чета, от ветерка, бывает, хворать начинают. Завтра в поводу пойдет, ясно? И накрой его как следует. Эту вот попону возьми, что ли, она получше твоей дырявой тряпки будет. И смотри, чтоб не сползала.
– Дядя Вител…
– И без разговоров! – немного повысил он голос. – Может, это я на старости лет собственной тени пугаться начал… Но лучше делай, как сказано. И гриву с хвостом подмажь…