Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)
Этот лес был мертвым. Наверно, когда-то это была настоящая чащоба, густая, зеленая, усеянная яркими цветами, но… Лес умер, не заснул по осени, а был убит жестоким морозом. Я могла разглядеть листья на ветвях — они не успели опасть! Такое бывает, если по осени неожиданно ударяют заморозки, но за ними обычно идет оттепель, и деревья освобождаются от летнего одеяния. Здесь же они просто застыли, будто стужа грянула внезапно и никогда больше не ослабевала.
Теперь я вовсе ничего не понимала.
— Бабушка была любопытна и упряма, — сказала ведьма, опустив меня в воду. Клянусь, подо льдом было намного теплее, чем снаружи! — Первый раз она плыла три дня и три ночи, решив, что где-нибудь льды закончатся. Увы, они становились лишь толще, уже и полыньи не попадались. В другой раз она выбрала иное направление и провела в пути семь суток, но вновь не нашла ничего и никого.
— Как так? — поразилась я. — Ведь даже в самых холодных краях в воде есть хоть какая-нибудь жизнь!
— А здесь ее не осталось, — произнесла ведьма. — Бабушка натыкалась на вмерзших в лед рыб и китов, на их остовы на дне, на затонувшие корабли, полные мертвых матросов — они не были тронуты падальщиками, над ними поработали только время и соленая вода. Снаружи на льду лежали птицы, словно замерзшие на лету и упавшие с неба, видела бабушка и животных… Дальше она не поплыла, побоявшись навсегда остаться в этом мертвом царстве.
— Что же, этот мир замерз в одночасье? — шепотом спросила я. — Здесь даже солнце холодное!
— Прадед говорил, когда они добрались до фей в этих краях, здесь не было жарко, но и льда такой толщины не видали даже зимой. Да и в холода тут кипела жизнь: он рассказывал прабабушке о кораблях на полозьях, чтобы скользить по льду, как сани. В общем, это и были сани, только очень большие и под парусами, — улыбнулась она. — А еще по морям ходили тяжелые корабли с огромными, окованными металлом таранами впереди и по бортам: они могли крушить едва вставший лед, а за ними шли суда полегче. Конечно, это получалось не всегда и не везде, но ты оцени красоту затеи!
— Да, пожалуй… — кивнула я. — Киты ведь пробивают лед снизу, чтобы глотнуть воздуха, отчего же кораблю не сломать льдину сверху, чтобы пройти? Но ты опять отвлеклась! Что же здесь случилось?
— Когда феи поняли, что преследователи висят у них на хвосте, они решили не принимать бой, а открыть проход в другой мир.
— В наш?
— Именно. Я говорила тебе, что просто так это не делается. Феям требуется огромное количество сил, чтобы справиться со стражами и отворить врата, и, не подкрепившись как следует, они на подобное неспособны.
— Постой, не хочешь же ты сказать, что они… — я невольно запнулась, — они вытянули жизненные силы из целого мира?!
— Не думаю, что из всего, это уж чересчур даже для них, — покачала головой ведьма. — Однако сама я забиралась только за полторы дюжины дней пути, и там все мертво. Может быть, где-то на материках еще теплится жизнь, но туда мне не добраться…
— Значит, феи открыли проход и смогли уйти? А прадед со своим отрядом прорвался следом?
— Да. Спасать этот мир было уже поздно, но впереди фей ждал другой, юный и полный жизни… Наш. — Она замолчала, потом сказала негромко: — Теперь ты понимаешь, почему нужно остановить их?
— Когда не станет защитников, пусть даже они сами уже не помнят, что именно и от кого защищают, — произнесла я, подумав, — феи высосут наш мир, как жадные пиявки, чтобы набраться сил и открыть дорогу дальше… И не будет иметь значения, русалка ты, человек или распоследняя рыбешка — все равно вмерзнешь в лед и останешься так на веки вечные!
— Да, ты все поняла верно, — кивнула ведьма. — А теперь плывем, я покажу тебе стражей. Когда я навещала их последний раз, жизни в них почти не осталось, но, может быть, они все еще живы?
— Стражи? Ты упоминала о них, но кто это?
— Увидишь, — ответила она и нырнула, объясняя по пути: — Поскольку проход не был закрыт, когда у нас земля поменялась с морем местами, здесь тоже кое-что сдвинулось с места. Мой грот ушел под воду, здешний клочок суши, с которого феи отправились в путь, — тоже, иначе как бы мы проплыли по тоннелю? Гляди!
Я присмотрелась: пещера, из которой мы выплыли, таилась под утесом. Наверно, когда-то это был совсем маленький островок, однако на нем росли деревья, да какие! По-моему, они целиком занимали всю его поверхность…
Я насчитала несколько стволов: они так тесно сплелись, что их легко можно было принять за один. На ветвях не было ни листьев, ни плодов, и оставалось лишь гадать, что это за деревья. А может, я и вовсе не знала таких. Я и у себя-то на побережье далеко не каждый кустик могла назвать по имени, что уж говорить об этих гигантах!
— Вот они, стражи, — сказала ведьма, прикоснувшись к мертвенно-серой коре. — Сперва их ударило морозом, и они не смогли сдержать исход фей, а землетрясение и морская вода совсем их доконали.
Я нырнула глубже, чтобы поглядеть на основание ствола. Вблизи хорошо было видно, что это в самом деле сплелись деревья разных пород — рисунок коры и форма ветвей отличались.
Внизу, где могучие корни вцепились в камень, вздыбив породу, я нашла нору какой-то мелкой зверюшки — от нее не осталось даже косточек. А вот в дупле, где, наверно, обитал кто-то вроде белки, а может, и птица, мне попался орех. Никогда не видела таких: в наших краях они узкие и длинные, с пористой белой скорлупой, из-за моря привозят крупные, в толстой серой кожуре, из которой детвора мастерит лодочки, и глянцевые коричневые, а где-то совсем в дальних краях растут волосатые орехи размером с голову! Говорят, внутри у них нежная мякоть, из прочной скорлупы местные жители делают посуду, а из покрывающих орехи волокон ткут циновки, ткань для одежды и даже паруса…
Этот же был небольшим, с ноготь размером, не больше. Я пошарила в дупле еще, но только взвихрила муть. Правда, нашелся еще один орешек, продолговатый и гладкий, а еще какие-то семечки, уж не знаю, от какого растения.
— Ну, насмотрелась? — окликнула ведьма, и я поспешила к ней, машинально зажав добычу в кулаке.
— Они уже замолчали, — сказала она, когда я подплыла поближе. — Дюжину лет назад я еще могла ощутить слабый ток жизни, но теперь… Стражей больше нет. Но они сослужили свою службу: несколько фей уж точно полегло, пытаясь прорваться!
— Спите с миром, большие деревья, — прошептала я, погладив серую кору. — Тетя, а твои хищные полипы — они тоже вроде стражей?
— Да, только охраняют они всего лишь мое жилище, — усмехнулась она. — Этот проход феям уже не нужен, здесь им делать нечего. Они ищут новое место Силы, а может, уже нашли, пока избавлялись от наследников.
— Но что же это за место такое? — спросила я.
— Прадед говорил, что когда-то их отмечали кругами камней, но кто и почему придумал такое, он не знал. Никто не знал. Возле них и внутри феи были почти что всесильны, а прочим созданиям лучше было не приближаться к таким кругам, чтобы не остаться навсегда в чертогах фей…
— А потомки Короля-чародея могли знать, где и как искать места Силы?
Ведьма покачала головой:
— Вот уж вопрос так вопрос! На него у меня нет ответа. Прадед не знал. Прабабушка думала, он рассчитывал, что феи сами приведут его к тому месту, а тогда уж он возьмет их за жабры!
— А может, так и случилось? То есть место нашлось, но потом… — Я запнулась, подбирая слова, затем окончила мысль: — У фей не хватало сил, и они решили выжидать, а потомки Короля-чародея постепенно забыли, кто они такие и что именно охраняют!
— Все возможно, — вздохнула ведьма. — Плывем скорее назад, здесь слишком холодно… Вдобавок скоро мое зелье перестанет действовать и что, прикажешь тащить тебя на буксире?
— Конечно, надо возвращаться, — кивнула я и устремилась за нею следом.
После ледяного моря в мертвом мире грот показался таким теплым и уютным… А уж после глотка из ведьминой фляжки я и вовсе согрелась!
— Ну что? — спросила она, устроившись на прежнем месте. — Теперь веришь, что я не просто так хочу заполучить юную русалочку себе в ученицы?