Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

– Бросить много-много мелких предметов, пока они все соберут и пересчитают… – припомнила я.
– Но у нас ничего такого нет… Разве что снова жемчуг, но его не настолько много, верно?
– Ну да, там еще одна нитка, но это, считай, им на пару минут.
– Рассыпь овес, – приказал герцог, хлопнув по вьюку. – Сколько-то ведь там осталось? Браст и так дотянет до конюшни. Ему приходилось голодать, а тут хоть подножный корм есть!
Агата горстями расшвыряла овес, стараясь рассыпать его как можно дальше по кустам. Мне герцог так и не позволил спуститься наземь.
– Все… – выдохнула она. – Ну… идем?
– Бежим! – сказал Волк, схватил ее в охапку и ловким движением забросил Агату себе на спину. – Не бойся, не уроню… За мной!
Даже в человеческом облике он бежал вровень с Брастом, шаг у него был широкий и легкий, настоящий волчий скок.
– Вон там ручей… – выдохнул он, поудобнее перехватив Агату у себя на закорках. – За него им хода нет, давайте поскорее! Гони вперед, я, если что, по кустам уйду, они в ветках запутаются…
– Сестра! – вскрикнула Агата, когда герцог пришпорил Браста, и тот поднялся в галоп.
Позади уже слышны были азартные вопли преследователей: то ли их было слишком много и зерна они собрали быстро, то ли наша уловка не помогла. Так или иначе, я ничего не могла поделать, разве что свалиться с коня на полном скаку, потому что герцог гнал Браста во весь опор, а меня вовсе не слушал. Лишь бы Волк не бросил Агату!
Холодные брызги попали мне на руки, и я вздрогнула – ручей оказался широким, и герцог послал коня вброд. Там оказалось Брасту по брюхо, так что ручей вполне заслуживал звания небольшой речки.
– Подождем, – сказал Винсент, спешившись, взял тяжело поводящего боками Браста под уздцы и повел вдоль берега туда и обратно. – А ты сиди. Скажешь, если что увидишь.
Я молча кивнула и сняла повязку. Пока ничего особенно страшного вокруг не было. Так, перешептывались деревья, сновали в ветвях какие-то незнакомые птицы, хотя уже смеркалось и им давно пора было уснуть, а вот кровососов я не видела и не слышала.
Браст всхрапнул и замер как вкопанный. Герцог не убирал руки с рукояти меча, мигом выхватил клинок из ножен, и…
– Это я, – выдохнул Волк, вывалившись из кустов совсем не с той стороны, с которой мы его ждали, и скинув на траву Агату. – Ух… еле ушел…
Тут уж я без спросу соскочила наземь и схватила сестру в охапку.
– Цела? Сильно напугалась?
– Нет, я не успела, – выдохнула она, тоже обняв меня. – А так… поцарапалась немножко ветками, Волк очень быстро бежал, а у меня никак не выходило уклоняться…
– Да, мне тоже по морде нахлестало, – фыркнул тот, напившись из ручья. Нос у него в самом деле был исцарапан. – Ну да ничего, главное, живыми ушли! Идем дальше, света пока довольно, небо ясное. Жаль, луны нет, да я и так выведу… Утром как раз к болоту подойдем. Сдюжите?
– Конечно, – сказал герцог и подсадил Агату в седло. – А ты…
– Я сама дойду, – отпрянула я. – Нечего коня зря трудить, он и так, бедняга, некормленый.
– Тогда дай руку, – левой Винсент взял Браста под уздцы, правую протянул мне. – Идем, Волк. Ты-то сам как? Может, перекусишь?
– Мне не впервой неделями голодным бегать, – осклабился тот, снова перекинувшись зверем. – Переживу. Идем!
Скоро стемнело, и хоть на этой тропе, по заверению Волка, было почти безопасно, в том, чтобы идти, не видя, куда ставишь ногу, приятного мало.
– Огниво у нас есть, но ты же говорил, что огня лучше не разводить? – спросила Агата, угадав мои мысли.
– Не стоит, – вздохнул Волк. – Тут, правда, на огонь разве что ночные бабочки прилетят или летучие мыши, а вот в других местах может и кто покрупнее пожаловать. Да и лес этого не любит.
Агата вздохнула и пошла дальше, держась за загривок Волка, а я вдруг вспомнила:
– Сестра, про перо-то мы позабыли!
– Какое… И правда! – она сдернула шапку и вытащила перо. В темном лесу будто фонарь зажегся – теплый мягкий свет не резал глаза, но прекрасно позволял видеть тропинку, и круг этого света расстилался достаточно далеко. – Вот и пригодилось… Волк, мне с ним вперед пойти?
 
– Еще не хватало, – ответил вместо него герцог и забрал у Агаты перо. – Вот так диковина! Лучше сделаем вот что…
Помудрив, он пристроил перо на оголовье Браста, как плюмаж. Конь все же повыше человека, так сделалось еще лучше видно, и идти стало куда веселее! Даже как-то и не думалось об усталости, тем более Волк сказал, что к утру мы должны выйти из чащи.
Так и получилось: едва начало светать, как лес поредел, а там мы и вовсе вышли на опушку.
– Смотри, вон тот дуб! И яблоня! – Агата схватила меня за руку и потащила к деревьям. – Доброе утро, уважаемые!
– Гляди-ка, старый, – проскрипела яблоня, качнув ветвями. – Живые вернулись, да не одни!
– Спасибо вам, добрые деревья, – искренне сказала я. – Выручили, и не раз. Внуки ваши теперь у старого лешего из Серого леса, а дети…
– Уж будто мы не знаем, – буркнул дуб. – Не пропадать же им было, вот и пришлось клич бросить, даже ясень, дурень, откликнулся. Ну а там уж… корень за корень, так и добрались, помогли вырастить потомство, долго ли умеючи. Ну и грибница, ясен пень, помогла, без нее так просто с дальней родней не свяжешься!
– Леший обещал феям веселье устроить, – сказала я, – что он имел в виду, не знаете?
– Да пошалит маленько, – ответила яблоня. – Раз теперь в тех чертогах не только мертвые да волшебные деревья есть, ему туда ход найдется. Хотя бы пошумит… слыхали, как он шумит-то?
– Ох, слыхали, – невольно поежилась Агата. – Пускай повеселится! Лишь бы деток ваших не срубили…
– Срубят – заново вырастут, – злорадно сказал дуб. – Желудей, передают, там уже изрядно нападало, орехов тоже, а яблоню руби не руби – отрастет. Дичка же!
– Вот-вот, – хмыкнула яблоня. – Уж покоя феям не дадим… А которого вы выручать-то ходили?
– Шли за тем, что с конем, а заодно и Волка нашли, – невольно улыбнулась я. – Теперь вот надо домой идти. Пропустит нас болотник?
– Куда он денется, старый хрыч! – прогудел дуб. – Вон она, гать. Я с этого берега ее корнем подпер, а там уж пройдете.
– Благодарствую, уважаемые, – сказала я. – И всем вашим сородичам низкий поклон за помощь. Идем, Агата!
Волк сидел на траве и бросал в трясину камешки. Там недовольно булькало, видимо, болотнику это было не по нраву.
– Ну что, – сказал он, поднимаясь на ноги и подходя к нам. – Готовы выслушать мое желание?
Мы переглянулись и кивнули. Герцог тоже подошел ближе.
– Бурый был прав, я бирюком живу, – продолжил Волк. – Надоело. Так что одной из вас придется остаться.
Агата приоткрыла рот, а я невольно вспомнила свою мысль: «Вот захочет тебя в жены, будешь знать!»
– Я… – начала я.
– Я останусь! – опередила меня Агата. – Я, и не спорь, Маргрит.
– А как же…
Сестра только улыбнулась, взяла меня за руку и отвела в сторону. Мужчины провожали нас взглядами.
– То была сказка, – сказала она негромко. – Красивая волшебная сказка, я ее запомню и буду рассказывать детям. Но… Маргрит, пока мы бродили по этим лесам, она сделалась ненастоящей, будто из книжки. Принц веселый и добрый, но этого мало…
– А Волк?
– Он – настоящий.
– Агата, но… как ты будешь жить в лесу? Ты об этом подумала?
– Почему в лесу? – удивилась она. – Волк же сказал, что у него дом есть. Уж устроимся как-нибудь, только… Волк!
– Ну что? – спросил он нетерпеливо.
– Я останусь, решено, только не дашь ли ты мне отсрочку? Хочу попрощаться со всеми, ну и приданое какое-никакое из дому прихватить, что же я, в одном платье к тебе в дом войду? Соседи засмеют!
Тот задумался.
– Ну хорошо, – сказал он наконец. – Даю тебе три дня и три ночи. Если на рассвете не придешь…
– Ты умрешь? – со страхом спросила Агата.
– С чего бы? Просто я больше никогда не стану помогать людям, – спокойно ответил Волк, обратился зверем и потрусил обратно в лес, бросив через плечо: – Я буду ждать на этом месте.