Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

Райн наклонил голову. Темнота вокруг словно бы сгустилась, даже свет моего огонька-спутника не помогал.
– Лауринь, не двигайтесь, – сказала я сквозь зубы, почувствовав, что капитан обернулся. – Ради всех богов, не двигайтесь… – Я снова крикнула Райну: – А второй раз ты их зачем вызывал?
– Я не вызывал, – удивился он. – Они пришли сами, я не звал, я просто шел на мельницу. Наверно, волк был поблизости, и они явились меня защитить…
«Как бы не так!» – подумала я.
– А теперь я женюсь на Сане, – сообщил Райн. – Мы с ней счастливы будем. Главное, чтобы никто не узнал! Поэтому…
Они явились. Точно такие, как я запомнила: здоровенные темные псы, корноухие, тупорылые… Безглазые морды обратились в нашу сторону, приоткрылись страшные пасти – на этот раз добычу не нужно было загонять, она пришла сама…
Я прижалась спиной к спине Лауриня, почувствовала, как его рука дернулась к эфесу, перехватила его ладонь, стиснула изо всех сил. Оружие тут не подмога.
– Не шевелитесь… – повторила я и почувствовала ответное пожатие.
Гончие подходили все ближе. Казалось, даже редкий снег стал падать медленнее, такой ужас разливался в морозном воздухе. Я ощущала, как вздрагивает спина Лауриня, и отчаянно надеялась, что ему хватит выдержки не броситься прочь сломя голову, как это сделал Ильзор. Меня и саму пробирала дрожь, подгибались колени.
– Сана не пойдет за тебя замуж! – сказала я Райну. Он моргнул, уставился на меня. – Ты что, не понял? Ты убил человека, которого она любила! Она и сейчас его любит, его, не тебя! Ты ее несчастной сделал, понимаешь?
Что-то дрогнуло в застывшем лице мальчишки.
– Несчастной? – тихо переспросил он и сам себе ответил: – Она так плакала… Сана…
Он то ли вскрикнул, то ли всхлипнул и вдруг бросился бежать, увязая в глубоком снегу, то и дело падая и поднимаясь.
Гончие остановились, насторожили уши. Они все еще окружали нас с Лауринем, и я изготовилась поставить защиту, когда они бросятся. Чтобы справиться с ними, потребуется время и немалые силы, и жаль, что я не одна, – придется смотреть, чтобы они не добрались до капитана!
Слепые псы все еще стояли неподвижно, а потом самый крупный – вожак, должно быть, – испустил вой, от которого у меня сердце ушло в пятки, а уж что творилось с Лауринем, боюсь даже представить… Свора, повинуясь этому сигналу, ринулась прочь от нас.
Бежать псам пришлось недалеко – они словно стелились над сугробами бесплотными тенями и легко нагнали Райна. Своего хозяина…
Вожак сбил мальчишку с ног – когда нужно, Гончие могут быть вполне материальными. Свора слилась в один темный клубок.
Я не расслышала ни звука. Если Райну повезло, он умер от страха…
Минута, может, чуть больше, и свора исчезла. Только на снегу осталось темное пятно, и меня не тянуло подходить ближе.
– Лауринь. – Я повернулась, отчаянно сдерживаясь, чтобы не стучать зубами. – Лауринь, вы как?
– Флоссия… – На капитане лица не было, но держался он молодцом. – Если вы… как вы сказали… в юном возрасте вызвали это…
– То что?
– Я, право, не знаю, кого больше бояться – их или вас… – прыгающими губами выговорил Лауринь.
Я подавила нервный смешок.
– Собаки, – напомнил Лауринь. – Они… они что, растерзали хозяина?
– Да, – коротко ответила я. Сняла с пояса фляжку, початую Бакко, хлебнула, сунула капитану. – Я же говорила, они повинуются не только прямым приказам, но и неосознанным желаниям. Райн очень хотел убить, а когда это у него получилось, потихоньку начал ненавидеть себя самого за этот поступок. Помните, он сказал, что второй раз Гончие явились сами? Тогда это его чувство было совсем слабым, поэтому свора ушла, не тронув Райна. А сегодня… – Я отхлебнула еще. – Сегодня, кажется, он осознал, что натворил. Не с Ильзором даже. Со своей обожаемой Саной…
– Как он мог видеть смерть Ильзора? – задал вопрос Лауринь. – Неужели подкарауливал его?
– Это же несложно, – усмехнулась я. – Он проследил за Бакко, когда тот отправился в имение. Я же говорила, для местных тут пути всего ничего, если напрямик, на лыжах, они и конного обгонят. В деревне сказал, что на мельнице будет, на мельнице – что в деревне… Сошло, видать. О том, что Ильзор поедет к другу, он мог слышать на той же мельнице. Вот, наверно, засел где-то на дороге, а когда увидел этих двоих, спустил свору…
 
– А где теперь Гончие? – тихо спросил Лауринь. – Все еще… где-то поблизости?
– Нет, – устало покачала я головой. – Если не изгнать Гончих из этого мира, они уйдут только со смертью хозяина. Видите, как вышло…
– Удачно… – передернулся Лауринь. – Идемте, Флоссия. Тут… мерзко.
Верное слово подобрал капитан…
На мельнице нас ждали. Мельник кинулся было с расспросами, но я ничего не сказала. Незачем ему знать, что именно случилось с мальчишкой, которого он обучал ремеслу. И Сане не нужно слышать о том, что парень, которого она считала братом, убил ее любимого… А все следы до утра занесет снегом.
– Любезный, – задержалась я в воротах. – Райна не ищите. Кажется, он знал что-то и в бега ударился. Объявится…
– Непременно сообщу! – На лице мельника была написана решимость. – Неужто подслушал, паршивец, как нейр про поездку свою толковал, да протрепался кому? Ох…
Отлично, пусть так и думает.
– И еще, – добавила я, наклоняясь с седла. – Дочка у вас славная. Берегите ее. И внука тоже. Будете его своему делу учить.
Мельник так разинул рот, что я поняла – он и впрямь не знал.
– А как же… – сказал он, справившись с удивлением. – Да завсегда… Нейр щедрый был, неужто не хватит внучка на ноги поставить! Это уж вы не беспокойтесь, госпожа Нарен! Это уж мы сами…
– Да языком не трепите понапрасну, – предостерегла я.
– Неужто! – нахмурился мельник. – Нейра, она того… если узнает, со свету сживет!.. Это вы не волнуйтесь, госпожа Нарен, мы уж помалкивать будем. Может, и вовсе в город переберемся, брат троюродный давно зовет…
– Удачи, – усмехнулась я и пришпорила кобылу.
– Лучше бы это дело оказалось политическим, – мрачно сказал Лауринь, когда я догнала его и гвардейцев.
– В кои-то веки я с вами согласна, – ответила я, и дальше мы ехали в молчании…
  
Глава 9
 
Беглец
 
До столицы добрались вполне мирно. В отчете даже врать особенно не пришлось: какой-то деревенский парень, обиженный нейром Ильзором (тот то ли хлыстом его стегнул, то ли конем стоптал, то ли подружку изобидел), вызвал Гончих. Вот только справиться со сворой не смог, они его самого и растерзали. Бабки Райна в живых уже не было, можно не беспокоиться о том, что опасное знание попало еще в чьи-то руки… Впрочем, по деревням – даже и не глухим, а тем, что недалеко от столицы, – можно обнаружить такое, что волосы дыбом встанут. Порой и коллежские маги не знают, как это классифицировать, не встречается в их реестрах подобного, просто потому, что деревенские ведьмы были слишком осторожны на протяжении сотен лет, и только глупые их потомки дают себя обнаружить и изловить…
По возвращении в Арастен я не сразу отправилась домой, сперва заехала в охранное отделение (резиденция помещалась через улицу от сыскного, я там не раз бывала), получила причитающийся мне гонорар, включая те злосчастные три ара. Глава отделения, полковник Олвер, казался вполне довольным нашей с Лауринем работой. Это был высокий тучный старик, я помнила его еще по прежним временам: хороший служака, но с воображением у него дела были плохи. В руководители он выбился только благодаря ревностной службе и, пожалуй, отточенному мастерству интриги. Как-то у него получалось присваивать чужие заслуги, да таким образом, что их истинные владельцы не видели в этом ничего дурного. Не самое худшее качество, но и не самое приятное… Начальником Олвер был хорошим, охранное отделение при нем процветало, но подчиненные, насколько я могла судить по нескольким обрывочным репликам гвардейцев, его недолюбливали. А любили они капитана Лауриня, вот только стать начальником отделения ему светило еще очень и очень не скоро, он и руководителем своего подразделения сделался слишком рано…