Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 (СИ)

Наверно, последние слова Вэл произнес вслух, потому что Талли довольно ухмыльнулась и ткнула его в плечо карандашом.
– А, ну да, конечно… – кисло произнес он и покосился через плечо. Туда, где возвышались горы. – Не надоели тебе эти сказки?
– Это не сказки. Во всяком случае, здесь, – Талли топнула ногой. – Прабабка Эйглы сама видела. И не просто видела, иначе в кого бы внучка уродилась такой красивой?
– Мало ли, кто тут бывал, – проворчал Вэл.
Что говорить, Эйгла была бы очень хороша без этой своей раскраски. Светлая кожа не редкость у местных уроженцев, а вот изумрудно-зеленые глаза откуда? И волосы: не прямые черные, а волнистые каштановые с медным отблеском – на солнце так и горят! В сочетании со своеобразными чертами лица, высоким ростом (чуть не на полголовы выше отца) и статной фигурой – действительно, красавица.
– А ты слышал, чтобы кого-нибудь из наших парней к себе в шатер пускали? – не осталась в долгу Талли. – Плясать и обниматься – это одно, а…
– В войну всякое бывало, – обрезал он. – И потом, зачем в шатер-то? Там родни толпа… Мало будто кустов вокруг?
– Да ну тебя, вечно все опошлишь!
Они собрали вещи, особенно тщательно упаковали термосы с образцами, отправились обратно в лагерь. Генератор пашет еле-еле, да, поэтому холодильные камеры – в приоритете, а всякие мобильники – по остаточному принципу. Хорошо, горючего хватает…
Воздух в долине прозрачный до такой степени, что расстояние определить очень сложно. Дымок генератора – ерунда, его тут же сносит ветром с вершин.
Вэл прищурился: до лагеря идти вроде бы всего ничего, а на самом деле… На самом деле – часа два. Тяжелые сумки с термосами он взвалил на себя, не на Талли же – она тащит журналы записей и уйму прочего необходимого барахла. Можно было одолжить у местных лошадь, но ни он, ни она не умели обращаться с вьючными животными, а потому отказались. Проще самим донести.
– Вэл, гляди! – Талли дернула его за рукав, развернула в сторону гор.
Над самыми вершинами парил словно бы осенний лист, золотой и багряный в лучах заходящего солнца.
– И что? – не понял он.
– Это же со стороны Алой долины!
– И что? – повторил Вэл. – Дельтапланерист, наверно. Их туда пускают, забыла?
– Так высоко? Смотри, он ведь над пиками! И, кажется, летит прямо сюда…
– Ну, взлетел, дурак, и не рассчитал, ветер-то в нашу сторону, да еще как крутит… Может, сюда и шлепнется, – мрачно ответил он. – Если не разобьется, конечно.
– Да чтоб тебе язык прикусить!
Ну и, конечно же, Вэл споткнулся и прикусил язык. Случайность, ясное дело…
Вэлу не нравилась одержимость подруги этой Алой долиной. Можно было и не спрашивать, зачем их сюда занесло: Талли хотелось оказаться поближе к таинственному заповеднику, а он – куда же без названой сестры? Разве можно ее оставить? Выросли бок о бок, сидели за одной партой, вместе дрались с обидчиками, вместе окончили школу и поступили в университет. Вэлу было все равно, на какую специальность, и когда Талли решила – на биологию! – он только плечами пожал. Вымирающие виды так вымирающие виды, генетика так генетика. Мозгами Создатель не обделил, справится.
Родители, правда, вздыхали: шел бы лучше в юриспруденцию или там финансы, от этой биологии никакого дохода! – но Вэл отмахивался. Доходов хватало, спасибо дедушке – достаточно завещал любимому внуку, а тот был бережлив, если не сказать, прижимист. Откуда столько добра? Да как-то успел скопить за долгую жизнь. Изначально кое-что осталось от родителей, потом, в последнюю войну дед был летчиком и дослужился до немалого чина, получал немалые премиальные за сбитые вражеские самолеты и разбомбленные транспорты, несколько раз ходил на таран, за что тоже был награжден, затем преподавал до глубокой старости…
Вэл очень походил на деда в юности, если судить по выцветшим карточкам, только не умел так бесшабашно улыбаться. А еще – боялся высоты.
Ну ладно, не вовсе уж панически боялся, но не любил. Многоэтажные здания – еще туда-сюда, они все-таки достаточно надежные, а в окна выглядывать не обязательно. Горы тоже – если не влезть сдуру на осыпь и не лазать по карнизам, на которые и коза не заберется, тоже не очень страшно. Даже если упадешь – все равно есть шанс выжить. Ну сломаешь ногу-другую, впредь будешь осторожнее… В любом случае, покорять вершины Вэл и не собирался, а здешние отроги были не такими уж высокими. Но вот в аэроплан он каждый раз садился с таким чувством, словно голову под топор палача подставлял.
 
Осознание того, что под ним бездонная пропасть, и что он ничего не контролирует – нет ни лестницы, ни страховки, ни даже шаткого камня или жалкого кустика, за который можно зацепиться, – заставляло покрываться ледяной испариной и дрожать мелкой дрожью. Талли – та не боялась, всегда садилась возле иллюминатора и то и дело дергала Вэла за рукав, чтобы посмотрел на необычное облако, закат или город внизу, но он не открывал глаз…
– Завтра выходной, – сказала вдруг она. – Давай сходим на перевал?
– В выходной я хочу только спать.
– Сколько можно спать? Ну давай, а? Местные говорят, будет тепло и ясно, может, разглядим что-нибудь? Я и бинокль с собой взяла…
– Может, лучше купим экскурсию в эту твою долину? – безнадежно спросил он. – Ведь не дороже денег… Нет, я помню, что ты не хочешь выделяться, я тоже не хочу, чтобы кто-то знал, какое мне наследство досталось, но… Ведь никто не узнает, если мы на каникулах туда рванем! Хотя ты же не удержишься, снимками захочешь похвастаться…
– Не в этом дело, Вэл! Ну как ты не понимаешь? – Талли подпрыгнула на ходу. – Экскурсия – это для всех! Ничего интересного там не покажут. Всё есть на фото и даже на видео, в сети полно роликов! Красиво, конечно, когда кругом цветы, замок еще этот старинный. И на гидроплане могут покатать, говорят, только это очень дорого… Но… но…
– Ты хочешь заглянуть в чердачное окошко. Вдруг хозяева занимаются чем-то непотребным, пока никто не видит, так? Ну… По-моему, это неприлично.
– Ну и пускай неприлично! И пускай мы ничего не увидим… Но я хоть буду знать, что попыталась, а ты… а ты как не верил, так и не верь! И вообще, не ходи со мной, сама справлюсь. Тут идти-то всего ничего…
– С ума сошла? Чтобы я тебя одну хоть куда отпустил?!
– Даже на свидание не отпустишь? – ядовито спросила Талли и припустила вперед так, что Вэл едва за ней угнался.
Когда они добрались до лагеря, сдали образцы и записи, а потом отправились обедать в становище, там уже всё бурлило.
– Да ничего со мной не случилось! – уверял невысокий рыжеватый паренек с отменным фингалом под глазом. – Не первый раз падаю… До чего у вас тут ветра коварные!
– Скажи спасибо, заметили тебя и подобрали, – проворчала пожилая женщина и сунула ему полную миску мясной похлебки. – Ешь! Не то тебя любым сквозняком унесет до самого океана!
– Спасибо, бабушка Ынсай, – весело ответил тот и схватился за ложку. – Проголодался – сил нет…
Та мимоходом погладила его по голове жесткой, как стиральная доска, ладонью и снова принялась мешать в котле, оделяя на сей раз практикантов.
– Опять весь день не евши, – ворчала она, – скоро станете невесомыми, как этот вот…
– Брось ругаться, бабушка, – отозвался незнакомец. – Лучше плесни добавки, уж больно вкусная похлебка вышла!
Вэл был уверен, что в такого мальчишку и первая плошка не поместится, но нет – он умял еще три.
– Вот теперь я очень даже весом, – довольно сказал тот и покосился на Вэла с Талли. – А крыла моего никто не видел?
– Унесло, поди… Ветер крепчает, – ответила Эйгла, подсев поближе. – Поищем – может, на пастбище где лежит…
– Буду благодарен, а то мне ведь голову оторвут – недешевая вещь. Да, а почему не знакомите с гостями?
– Штуденты, – нарочито прошамкала Ынсай и подала юнцу дымящуюся пиалу с чем-то душистым.
– Практиканты, – поправила Эйгла. – Из столичного университета. Овец наших изучают.
– О, и я оттуда же! – обрадовался юнец. – Альтор, пятый курс юридического. А вы, значит, биологи?