Предатель. Ты недостоин нас (СИ)

— Что ты приперся?! — вызверилась я с порога, глядя на беспечно улыбающегося без пяти минут бывшего мужа.
— И ты его еще тут пирогами кормишь?! — это уже маме.
Мама с испугом и удивлением смотрит на разъяренную растрепанную ведьму в которую превратилась ее дочь и бочком отступает:
— Ну вы тут поговорите, а я с внучкой посижу.
Я провожаю ее злым взглядом и поворачиваюсь к негодяю.
— Уходи!
— И снова здравствуй, жена! — Слава протягивает мне огромный букет роз.
Я швыряю его ему в рожу и с удовлетворением вижу, что одна роза глубоко царапнула по гладко выбритой щеке.
Слава удивленно приподнимает бровь, вытирает капельки крови большим пальцем и смотрит на него, затем он делает то, что никогда не позволял себе за все годы нашего брака…
Никогда за все годы нашего брака я не видела своего мужа таким. Он медленно поднимается, в глазах холодная голубая ярость. Я вдруг обращаю внимание какие они пустые, бесцветные как у рыбы, а ведь раньше считала их самыми прекрасными. Его рот кривится, красивые черты лица искажаются от злости. В этот момент он по настоящему уродлив.
Он хватает меня за плечи и припечатывает к стене, от неожиданности я стукаюсь головой и прикусываю язык.
— Пус-с-с-ти! — шиплю я и тщетно пытаюсь вырваться из цепких лап.
Ну почему я такая слабая? Почему вместо того чтобы заниматься йогой я не занималась боевыми искусствами!? Мне оставалось только кипеть от злости и смотреть в мерзкие водянистые глаза.
— Послушай меня — цедит сквозь зубы — побесилась и хватит! Я Снежану никуда не перевозил, она воспользовалась моментом, когда я отправил ее к нам домой за важными документами и нацепила твой дурацкий халат, а тут и ты приперлась. Я провел с ней беседу. Ты больше ее не увидишь! Возвращайся домой и не беси меня!
Я вдруг успокаиваюсь, понимаю, что мое сопротивление только раззадоривает его, не хочу доставлять ему удовольствие своим бессилием и застываю как каменная статуя.
— Хочешь сказать и ребёнка ей не делал? — усмехаюсь как можно язвительнее.
— Делал — кивает он, — но тебя это не касается. Я не собираюсь с тобой разводиться. Все будет как раньше, я буду заботится о тебе и Еве.
— Слава! Ты в своем уме?! Ты собираешься жить на две семьи и хочешь, чтобы я приняла это? — у меня не укладывается в голове, то что он предлагает.
— Ну жила же ты так все это время и не жаловалась — цинично усмехается он. — только не говори, что ты ничего не замечала. Я изменял тебе всегда, прямо у тебя под носом и сейчас для тебя ничего не изменится. Живи как раньше.
Я во все глаза смотрю в его лицо и удивляюсь, как же раньше я не замечала, что живу с таким подонком. Где были мои глаза?!
— Об этом не может быть и речи! Я развожусь с тобой! — выплевываю ему в лицо.
— Об этом не может быть и речи — передразнивает он меня — развод ты не получишь, это плохо скажется на моем бизнесе! Последний раз прошу! Бросай свои истерики и возвращайся домой! Пой свои мантры, выращивай цветочки, воспитывай дочь.
— А что скажет твоя матушка, когда приедет из Израиля и узнает что у тебя ребенок на стороне? — бью по больному, пытаюсь я пробить его броню, знаю, что мать он очень любит, и боится ее огорчить, а сейчас когда у нее проблемы с сердцем, особенно внимателен.
— Не смей! Говорить! Моей! Матери! — чеканит мне в лицо — Я сам разберусь!
— Это невозможно! Не собираюсь жить с гнидой вроде тебя! — вздергиваю подбородок, хотя внутри все трясется от страха и ярости.
— Тогда я заберу у тебя дочь — мерзко ухмыляется он.
При этой угрозе у меня падает планка! В глазах все темнеет, ярость придает мне сил и я со всей дури бью ему коленкой в пах. С удовлетворением вижу в его глазах боль и растерянность! Не ожидал?!
Слава отпускает меня и хватается за свое мужское достоинство.
— Ах ты с-с-с-с-с….- вырывается из-за стиснутых зубов
Я отталкиваю его, хватаю с плиты сковородку и встаю к двери в комнату, где спит моя дочь. Сейчас я как львица, готова драться, до последней капли крови за своего детеныша. Пусть только попробует подойти! Адреналин бьет по мозгам и венам побуждая драться или бежать. И я выбираю драться.
 
Слава с трудом разгибается и делает шаг ко мне.
— Не подходи! Убью! — кричу я в надежде что мама выйдет на шум, но мама и не думает помогать мне.
Муж останавливается видимо размышляет надавать мне хорошенько или не опускаться до драки с ослабленной, кормящей женщиной, матерью своего ребенка.
Не удивлюсь если решит вступить в бой, но из-за стресса совсем не боюсь, только поудобнее перехватываю ручку сковороды, намереваясь сделать из него отбивную.
Видимо какое то чувство собственного достоинства у него еще осталось и он отступает.
— Василиса! Ты дура! — зло кричит он, — я не позволю тебе тебе уйти и забрать мою дочь!
— Иди, иди, сама разберусь — я замахиваюсь сковородкой.
Слава материться сквозь зубы и уходит, на пути крикнув моей маме:
— Валентина Семеновна, образумьте вашу дочь!
Дверь громко хлопает и я бессильно опускаюсь на пол. Сковорода с громким лязгом падает на пол, у меня больше нет сил ее держать. Мама выходит и молча поднимает сковороду, ставит на место, укоризненно покачивая головой.
— Ты почему не вышла? Вдруг бы он меня прибил? — еле ворочаю языком от усталости, как будто и вправду битву отмахала.
— Ну ты не кричала “убивают”, а даже наоборот — она пожимает плечами. — Милые браняться только тешаться. Вы потом помиритесь, а я крайняя останусь. И вообще…
Вдруг раздается громкий звонок.
  
Глава 13
 
— Алло — осторожно отвечаю я.
— Привет, как дела?
— Привет, все хорошо — на автомате отвечаю я.
— Я тут вещи твои собрал, говори адрес, куда отправить? — командует Егор.
— А, спасибо большое! — я называю адрес.
— Уверена? — в некотором замешательстве спрашивает Егор.
— Вполне, почему ты спрашиваешь?
— Ну, ты в клинике нам другой адрес называла…
— А, ну…Я у мамы в гостях — выкручиваюсь я.
— Окей, жди.
Я снова благодарю и кладу трубку. Ну хорошо, хоть какие-то вещи у Евы будут. На первое время хватит.
— И вообще… — мама оказывается не забыла наш разговор и намерена продолжать.
— Мам, не сейчас, — устало говорю я. — давай лучше чай попьем с твоими чудесными пирожками.
— Пей одна, я пойду прилягу, давление у меня. Ты меня в могилу загнать хочешь. — мама не клюет на лесть и громко топая уходит, а я ставлю чайник.
Ох, много всего мне предстоит выслушать, но это сейчас беспокоит меня меньше всего.
Есть совсем не хочется, меня еще потряхивает от напряжения, но я должна подкрепиться, для своей маленькой куколки. Жую пирожок, но вкуса не чувствую, в голове крутятся слова мужа "Я заберу у тебя дочь".
Неужели он сможет забрать у меня мою девочку. У него конечно деньги и связи, но ведь она еще такая маленькая! Ей мама нужна! Разве можно забирать таких маленьких?
Вот почему я не училась на юриста? Вот, что действительно пригодилось бы мне сейчас, а не разметка сада и свойства растений.
Чувствую, что подступает паника, пытаюсь размышлять разумно, но как ни размышляй, выходит, что Слава вполне может отобрать у меня ребенка, если я не соглашусь на его условия.
Так, сама я не справлюсь, придется подключать Марго. У моей своеобразной подружки уйма знакомых и она точно знает грамотного адвоката. Я уже тянусь к телефону, чтобы позвонить Марго, но меня отвлекает звонок в дверь. Подхожу к двери и смотрю в глазок и вижу только букет цветов.
Опять?! Как только у Славки совести хватило?! Хотя, как оказалось, у него ее никогда не было, ну уж нет!
— Пошел вон, урод! — кричу я, — пока сковородкой по своей тупой башке не получил!
За дверью раздается недоуменное покашливание, цветы освобождают глазок и я вижу Егора. Ой!
Поспешно открываю дверь.
— Эммм, извини, это я не тебе.