Порочные (СИ)

— Не смей мне отказывать, поняла? — дернул еще раз, больнее, ощутимее, и я вскрикнула от боли.
— Кирилл, — испугано произнесла, но мужчина опять стал целовать меня. А я снова стала сходить с ним с ума…
Его жесткие губы целовали мою шею, скулы, подбородок, а между короткими поцелуями шептал:
— Поехали. Поехали ко мне, девочка…
— Нет, нет, нет…
Я не могла. Я хотела его. И это пугало меня. Я еще ни разу не чувствовала такого влечения к парням. Да и тем более на первом свидании. Я чувствовала себя грязной, потому что позволяла ему делать это со мной.
— Прошу. Кирилл, мне страшно, прошу… — тихо произнесла и посмотрела ему в глаза. Мужчина тяжело дышал, но не отпускал меня.
— Сучка, — ухмыльнулся и поцеловал меня еще раз, но потом пересадил обратно и сразу же вышел из машины. Он помог мне выйти из автомобиля. Довел до подъезда. До квартиры.
— Я завтра заеду за тобой.
Сказал. Поставил перед фактом. И ушел. Я прислонилась к двери и неожиданно счастливо улыбнулась. Боже мой.
А моя мама попала в секту. Или просто сошла с ума. Тронулась. Это я узнала сразу, как вошла в квартиру. Я вернулась домой раньше, чем должна была. Я услышала громкий стон. Сначала я подумала, что мне показалось, но после очередного женского вскрика, я заметила две пары мужской обуви. Бросив сумку на пол, я, не разуваясь, быстрым шагом направилась в сторону маминой комнаты. Но возле двери я остановилась и нерешительно схватилась за ручку.
Одно движение.
И я узнаю правду.
Одно движение…
Резко распахнула дверь…
Боже…
Мама лежала на одном из мужчин, который в руках держал какую-то книгу и, видимо, читал текст оттуда, потому что с губ незнакомца слетали незнакомые мне слова.
А вот второй…мужчина занимался сексом с мамой. И он тоже что-то шептал. И я успела заметить странные метки на лбу у всех троих.
Но «гости» не обращали на меня внимания, и вот мама открыла глаза, увидела меня…
— Карина! — выкрикнула мама и снова застонала, закатив глаза от удовольствия.
— Боже мой, — с отвращением пробормотала я, и быстро покинула комнату, громко хлопнув дверью напоследок. Может, это их приведет в чувство.
Я медленно, словно в трансе, разделась, помыла руки. Что делать в такой ситуации? Нет, я совсем чувствовала себя глупой. Зачем-то зашла в комнату к матери, пока она занималась сексом со своими любовниками. Боже. Боже мой… Что стало с ней?!
И вечер, который был прекрасным, неожиданно стал испорченным.
Я пожалела, что не поехала с Кириллом.
6
Я сидела на кухне, слушая их стоны. Просто невыносимо. Они знали, что я пришла домой, но так и не думали останавливаться. Теперь я точно была уверена, что потеряла свою маму. Только я в этом виновата. Я знала, что для мамы развод тяжело дался, но никак не поддержала ее. Упустила момент и все. Жизнь кончена. Но я не знала, что мама окажется настолько слабой. На глаза навернулись слезы, но я быстро заморгала, прогоняя их. Слезами делу не поможешь. Маму нужно лечить. И, видимо, не только от алкогольной зависимости.
Я чувствовала себя виноватой. И вина съедала меня изнутри. А еще осознание того, что я ничего не могла сделать.
Я кое-как собралась и встала из-за стола. Не время себя жалеть. Да и ничего я не добьюсь, если буду заниматься самобичеванием. Надо что-то делать. Решила, что нужно приготовить обед и ужин. Ведь мать даже не заметит, что ничего не приготовлено. Вино заменило ей еду. И дочь. Я приготовила простой куриный супчик и макароны по-флотски. Думаю, еды на несколько дней хватит.
Хлопнула дверь и послышались шаги и тихие переговоры. Я слышала голос мамы, но о чем она говорила, я так и не смогла разобрать ни слова. А хотела ли? Вдруг услышу то, что кардинально изменит мое мнение о матери?
Нет, не нужно мне такое. И так хватило.
Хлопнула входная дверь. Ушли дорогие гости, слава богу.
 
Мама зашла на кухню, чем немало удивила меня.
— Карин, ты это… — неловко мама заговорила, заламывая пальцы.
— Что? Не вовремя пришла? — недовольно пробурчала я, заваривая себе чай. Я злилась. Очень злилась.
— Доча, ну ты чего…
— Чего?! — взорвалась я и начала кричать, — это я чего? Это ты чего?! На меня плевать, но хоть о себе подумай.
Мама подошла ко мне и притронулась к моей руке. Я раздраженно отдернула руку.
— Не прикасайся. Мне противно.
Я намеренно ранила ее словами. Пусть ощутит мою боль и поймет уже наконец, что мир не вертится только вокруг ее страданий. Она обязана взять себя в руки. Хотя бы ради собственной жизни.
— Зачем ты так говоришь? — мама вновь попыталась меня обнять, но я отошла. Она выглядела жалко. И вызывала только жалость. Помятая, растрепанная. Эта женщина не была моей мамой. И все же мне было ее жалко. Но нельзя жалеть таких людей.
— Оставь меня, — кое-как взяв себя в руки, я ушла в свою комнату. Я смотрела фильмы до позднего вечера, пока в дверь не позвонили. Звонили долго. Я думала, что кто-то из маминых сектантов пришел, но мать не спешила открывать дверь.
Тяжело вздохнув, я поставила фильм на паузу и поднялась с постели. На меня вдруг навалилась такая апатия, было даже шевелиться лень. Но надо открыть. Вдруг что-то срочное?
Подошла к двери и посмотрела в глазок. На лестничной площадке стоял высокий мужчина, который в руках держал большой букет лилий и бумажный пакет нежно-розового цвета.
Кто же это?
Мужчина вновь поднял руку и постучал.
— Кто? — спросила я, не спеша открывать дверь. Наверняка, перепутали квартиры. Не было у меня поклонников.
— Карин, открой. Я от Кирилла, — низкий голос мужчины гулко отразился от стен подъезда.
Кирилл…
Не успела осознать эту мысль, а непослушные руки уже открывали дверь.
— Здрасте… — поздоровалась я, и мужчина зашел в квартиру. Я немного опешила от такого поведения, но не стала ничего говорить.
Мужчина был высоким, темноволосым и голубоглазым. И жутко похожим на Кирилла.
— Вы его брат? — вырвался вопрос у меня, но я о нем не жалела.
— Близнец, — кивнул мужчина, — Миша.
— Очень приятно… — растеряно произнесла я. Миша протянул мне букет и пакет.
— Это мне?
Михаил приподнял темные брови и подмигнул.
— Я, конечно, милашка, но букеты предпочитаю дарить, а не получать.
Я хмыкнула. Мне нравился брат Кирилла. Букет оказался тяжелым, поэтому пакет я отставила. Интересно, что там?
— Спасибо, — прошептала я, зарываясь носом в шикарные бутоны. Мне никто и никогда не дарил цветы! Особенно такие невероятные! Увидела белую карточку, которая уютно спряталась за бутонами.
Достала карточку и прочитала всего лишь одно слово.
«Улыбнись»
И как тут сдержаться? Я еще раз поблагодарила Мишу, и брат Кирилла ушел. А мне хотелось кричать от переполняемых меня эмоций. Я чувствовала себя счастливой, хотелось смеяться, бегать, танцевать: просто выплеснуть энергию, которая наполняла мое тело.
Но один человек, который уже сегодня попытался испортить мне настроение, вмешался в мир моих грез.
— Что это? — мать подлетела ко мне и схватила пакет, который стоял возле моих ног. Она перевернула пакет, и из него посыпались дорогие конфеты и шоколадки.
— Что ты делаешь? Прекрати! — закричала я и оттолкнула мать. — Что с тобой?
— Что это? Деньги?
Я смотрела ее и не узнавала.
Что с ней? Ей нужны деньги?
— Приди в себя… — устало пробормотала я, собирая сладости. Стало гадко на душе. Больше не хотелось улыбаться. Она опять все испортила.
Собрала все и ушла в комнату, громко захлопнув дверь за собой.
Поставила букет в вазу, а пакет со сладостями спрятала в стол. Потом вернулась к своему фильму и только тогда заметила, что кто-то написал мне сообщение. Номер был неизвестен, пока не открыло смс.