Порочные (СИ)
Не ответила. Еще не мгла прийти себя, и его голос доносился до меня, словно сквозь вату. Тогда он уложил меня на свою грудь. Шлепнул по бедру.
— Поняла?
— Поняла…
Еще один поцелуй, и я провалилась в сон.
32
Это утро не предвещало беды. Я встала довольно-таки поздно, тело приятно ломило, самочувствие было отличное. Я даже позавтракала, и меня не вырвало. Успех.
Ваня и Вика уехали по важным и неотложным делам. Именно такое сообщение на зеленой бумажке, прикрепленной к холодильнику. Усмехнулась. Интересно, какие у них могут быть дела? Я все еще переживала за Вику и ее состояние. Да и мои сомнения вернулись… Я не знала, что делать. Страхи опять вернулись, когда Ваня ушел. Налила себе зеленого чая и задумчиво уставилась в окно. Как быть? Я запуталась. Вчера я еще решительно была настроено уйти от него. Ради моей безопасности и безопасности моего ребенка. Я даже о Вике забыла. Мне стало стыдно за то, что хотела бросить малышку. И просто не понимала, что мною двигало. И сейчас в моем сердце появилось желание уйти. Но теперь я хотела еще забрать с собой Вику. Понимала, что эти мысли вообще из разряда бреда…
Мои размышления прервал громкий хлопок двери. Пришли, наконец-то. Вот и поговорим. Спокойно. Ваня и Вика ввалились на кухню. Весело переговариваясь, будто вчерашний день был просто дурным сном. Но пусть лучше будет так.
— Привет! — поздоровалась с ними, а Вика тут же бросилась меня обнимать. Этот ужасный случай сблизил нас. И я была безумно этому рада. Она запрокинула свою милую мордашку, чтобы посмотреть на меня и подарить яркую и искреннюю улыбку.
— Моя красавица, — не выдержала, наклонилась и поцеловала ее. — Где вы были?
Отец и дочь обменялись лукавыми взглядами, а потом Ваня залез в карман пиджака, в который он сегодня почему-то вырядился, и достал сложенный листок. Протянул его мне.
— Что это? — развернула бумагу.
Этого не может быть. Как он смог?!
— Вот твои новые документы. С новой фамилией. И кольцо.
И все. Меня накрыло. Без меня — меня женили. Я почему-то разозлилась.
Ваня оформил наш брак. Без моего согласия.
Теперь мы были женаты. И я официально принадлежала ему.
Вот только радости я не испытывала по этому поводу.
Внимательно еще раз перечитала документ. Нет, это не могло быть правдой. Он не мог так со мной поступить.
— Это что? — спросила я без эмоций. Вдруг навалилась такая усталость. Такая апатия. Меня очень разочаровал этот поступок. Ваня не спросил, хочу ли я за него замуж. И вообще… Может, я праздника хотела. Платья. Но теперь он все испортил. Похищение и принудительная женитьба…. Эти два события отвернули меня от него.
А я ведь думала, что любила его или начинала любить… Но ведь мои страхи и обиды сильнее этого. Значит, любовь была не такой сильной. А была ли она вообще? По сути, если бы я не забеременела, то мы бы не были вместе. Случайный секс в туалет. Вот как началась наша «любовная» история. Стыдно и смешно.
Ваня сразу понял, что я не рада. Но я не заметила грусти, злости или огорчения в его взгляде. Он присел перед Викой и тихо сказал ей:
— Иди, поиграй в своей комнате. Хорошо? Нам с Полиной нужно поговорить.
Девочка коснулась моей руки, коротко улыбнулась и тут же умчалась в комнату, где было только ее царство.
Мы остались наедине.
Костылев усмехнулся и скрестил руки на груди.
— Теперь точно не уйдешь от меня.
Что он сказал?
— Ты… — я просто потеряла дар речи. Он сделал это специально. Не из любви ко мне, а просто чтобы привязать меня к себе. — Зачем?
Ваня прислонился к столу и посмотрел мне в глаза.
— Не поняла? Думала, можешь просто уйти от меня? Ты — мать моего ребенка. Будешь жить со мной. Хочешь ты этого или нет.
А я смотрела на этого человека и не узнавала его. Он даже внешне изменился. Морщинки на лице стали глубже, а кожа посерела. Под глазами залегли темные круги. Ваня выглядел уставшим, истощенным.
Как я не замечала эти изменения раньше?
— Ваня, что с тобой происходит? Почему ты так ведешь себя? Я не узнаю тебя… Ты…
Он не дал мне договорить. Быстро придвинулся ко мне и прислонил
— У меня сейчас столько проблем, Полина… Хотя бы ты побудь лапочкой…
— Вот именно! — не выдержала я и закричала, откинув его руку в сторону. — Я не хочу так жить! Не хочу жить с тобой, если твои проблемы будут касаться меня и детей!
Он замер. Затаился. Я узнала этот взгляд. Черный взгляд. Костылев разозлился. Очень разозлился.
— Жить со мной не хочешь? — почесал заросший подбородок, — Можешь валить на все четыре стороны… Как только родишь. Ребенка оставишь мне, а сама проваливай. Поняла? Такой вариант тебя устроит?
Это было слишком. Что, черт возьми, с ним происходило?! Это не мой Ваня. Что с нами стало? У нас только все наладилось. Только зародилась наша семья, Вика привыкла ко мне, а теперь мы оба рушим все.
— Ты не посмеешь! — медленно произнесла я, неверующе качая головой. Он не мог сказать мне такие слова. Не мог.
— Хочешь проверить? — вскинул бровь Костылев и потянулся ко мне. Я ударила его рукам, но он быстро скрутил меня, обнял, не причиняя вред моему животу. — Ты не ценишь хорошего отношения, Полина. Разве я мало для тебя сделал? Да, я признал свою ошибку. Но я хорошо запоминаю уроки. Раз я сказал, что ты со мной в безопасности, то, значит, так и есть… А ты мне не веришь. Своему мужчине не веришь. И это, сука, меня невероятно злит. Не слушаешься меня. Истеришь. Я все эти месяцы терпел. Может, хоть раз пойдешь ко мне навстречу?
Я просто не верила своим ушам. Он хотел забрать у меня ребенка. Я больше ничего не слышала. Только эти слова молотом били по голове. Я просто не могла в это поверить. Не могла и не хотела. Ваня прижимал меня к своей груди, и я ощущала, как быстро билось его сердце.
— Не забирай у меня ребенка… — прошептала, вцепившись в его рубашку. — Не забирай, прошу тебя. Все, что захочешь сделаю. Только не забирай.
Смотрела в его карие глаза, надеясь, увидеть в них хоть каплю жалости. Но не видела ничего, кроме вселенской усталости. Сильные руки продолжали гладить меня по спине, а затем соскользнули на талию и круглый живот. Малыш тут же толкнулся, почувствовав своего папу. Ладонь, теперь уже моего мужа, гладила живот, и лицо мужчины постепенно разглаживалось.
— Ваня… — позвала его тихо, но Костылев продолжал гладить мой живот и ничего не говорил. — Ваня, пожалуйста, не молчи…
Костылев наклонился и поцеловал меня в щеку.
— Иди, отдыхай.
Хлопнул меня по попе и забрал мои документы. Быстро засунул их в карман пиджака. Теперь я боялась каждого его действия.
— Ваня! — позвала мужчину и понеслась за ним. На глаза навернулись слезы. Что он собрался делать? — Ваня!
Разрыдалась и вцепилась в него.
— Ваня, Ванечка! Ты куда? — я держала его за руку и не хотела его отпускать. Я боялась любого его действия. — Зачем ты забрал мои документы? Что ты… Что ты собрался делать?
Ваня смотрел на меня немного удивлено.
— Не плачь. Поняла меня? Не плачь.
— Не буду, если ты скажешь мне, что собрался делать с документами?
— Как что? Развод оформлять. Ты же не хочешь стать моей женой.
Теперь пришла моя очередь удивляться.
Что за детский сад?
Но Ваня уже не мог остановиться.
— Да еще и уйти от меня хочешь. Ведь так?
— Теперь не хочу… — прошептала я, всхлипну. Ваня провел пальцем у меня под носом подтирая мои сопли. Я боялась, что если по документам мы не будем женаты, то он точно заберет ребенка. Плевать, что он женил нас. Я привыкну. Ради ребенка. Стану ему идеальной женой. Ведь чувства к нему все равно есть. — Пожалуйста, прошу тебя. Не надо!
Слезы вновь покатились по щекам. Мне было страшно. Очень страшно. Но я не боялась Ваню. Я боялась, что мои слова могли все испортить.
— Я сказал, не плачь.
Провел ладонями по моими мокрым щекам.