Порочные (СИ)
— А кем Ваня работает? — поинтересовалась я, откусив кусочек от песочного печенья. Рука еще пульсировала, но мазь уже стала действовать. И слава Богу. Ноющая боль просто сводила с ума. И я была слишком сосредоточена на своем плече, но все равно заметила, как напрягся Андрей. Это мне не понравилось. Тут явно что-то не так.
— Пусть он сам решает, что тебе говорить… — тихо ответил Андрей и опять нахмурился.
— Он не работает? — задала я вопрос, внутренне напрягаясь. Это была первая мысль, которая пришла мне в голову. Он не работал. А все это время, когда якобы «трудился», проводил с другой… Неожиданно эта мысль больно обожгла сердце, и на мгновение стало трудно дышать. Неужели это ревность? Да быть этого не могло… Но разум упорно твердил, что да… Это она. Госпожа ревность на одну секунду взяла контроль над моим разумом. И все же я привыкла, что Ваня всегда был рядом со мной, и пусть даже я отталкивала его из-за своего упертого характера. Он всегда уделял все свое внимание мне и дочке. Он всегда был… Моим. А вдруг нет? Я молилась, чтобы я ошибалась. Я просто уже не представляла, чтобы Ваня был с другой, чтобы он не был рядом. Я без его присутствия уже не смогу нормально жить.
— Работает… — Андрей поднялся из-за стола и посмотрел на часы, расположенные на его правой руке, — Мне пора. Тебе что-нибудь еще нужно?
На мгновение задумалась. И поняла да, что мне еще понадобиться его помощь.
— Да, — тоже поднялась и стала быстро убирать со стола, — ты не мог бы отвезти меня к Ване?
Если моя просьба удивила его, то он никак это не показал. Лишь дал мне пятнадцать минут для того, чтобы собраться. Я уложилась в тринадцать. Быстро собрала самые необходимые вещи и с радостью поспешила на улицу. Но в лифте уже вспомнила о своей еще одной просьбе.
— Андрей, — подергала его за рукав куртки, — только не говори Ване. Хочу сделать ему сюрприз.
Мужчина тяжело вздохнул и закатил глаза.
— Обещай!
— Обещаю.
Но когда сели в машину, у меня возникли новые планы. Мне было жутко неловко отнимать время Андрея, но он лишь отмахнулся от меня.
— Ты не отнимаешь мое время. Если я согласился, значит, я свободен.
Ага, значит, он решил уйти от вопроса, ссылаясь на «срочные» дела, когда я спросила про работу Вани. Угу. Брат за брата. Все ясно…
Мне казалось, что я не могла просто так приехать в дом, где живет ребенок. Обязательно надо было купить ей что-нибудь вкусное. А что? Я не знала, поэтому Андрей был полезен вдвойне. Он хорошо знал свою племянницу и ее предпочтения. Справились мы за десять минут. Вика любит шоколадные яйца, шоколад «Milky way» и мармеладных червяков.
— Все? — спросил Андрей, когда я расплачивалась на кассе. Он даже хотел сам заплатить, но подарок был от меня, значит, деньги буду тратить я.
— Ага, спасибо большое! — искренне поблагодарила его я.
Пока шли по парковке к машине, то заметила, несмотря на жуткий шрам Андрея, он все равно привлекал внимание противоположного пола. Но мужчина словно их не замечал. Наверное, просто у него уже была возлюбленная. И, как назло, я сегодня чувствовала себя хорошо, не тошнило, поэтому любопытство разыгралось не на шутку.
— Ты женат? — ужас, я никогда не была такой бестактной, такой любопытной Варварой, сующей нос в чужие дела. Но гормоны скачут, а, прописная истина, беременным нужно удовлетворять свои желания…
— Еще нет, — теперь на лице мужчина появилась легкая улыбка, я бы даже сказала мечтательная.
— Значит, ты влюблен? — Андрей покосился на меня, но, к счастью, отнесся нормально к моему буйству.
— Ох, Поля, — он ловко щелкнул меня по носу, — почему интересуешься?
Пожала плечами.
— Просто интересно. Но если не хочешь не отвечай… — сделала небольшую паузу, — Как ее зовут?
Мужчина тихо рассмеялся и все же ответил:
— Василиса.
Доехали мы быстро, и Андрей опять проводил меня. Когда же Ваня открыл нам дверь, то на его лице я не увидела ожидаемого мной удивление. Андрей сообщил ему, что мы ехали! Накуксилась и недовольно покосилась на Костылева-младшего. Мужчина лишь усмехнулся, поднял ладони вверх и быстро скрылся в лифте. Вот предатель! Он же обещал!
— Заходи, — Ваня втащил меня в квартиру и сразу же стал стягивать с меня пуховик. — Как твоя рука?
— Не болит.
— Полина, — мужчина строго посмотрел на меня, и пришлось сознаться.
— Немного болит. Но мазь хорошая! Скоро пройдет…
Костылев покачал головой, а потом взял пакеты, с которыми я пришла, и повел меня в другую комнату. В гостиной я увидела Вику, которая сидела на коленках на толстом ковре возле детского столика и что-то усердно рисовала, высуну язычок.
— Вика, привет, — девочка вскинула голову и посмотрела на меня. Я улыбнулась и приветливо махнула ей рукой. Признаюсь, и я, и Ваня замерли, в ожидании реакции Виктории. Малышка отвернулась и продолжила рисовать.
— Пливет, Паина, — все же ответила девочка и покосилась на меня.
— Малыш, Полина тебе кое-что принесла, — Ваня потряс пакетом с вкусняшками, привлекая внимание дочки.
— Мне? — удивленно переспросила Вика и попыталась встать, облокотившись об стол.
— А кому еще? — подыграл малышке мужчина. Девочка прошлепала к нам, на ходу вытирая нос. Ваня подал ей пакет, и она с радостью приняла его. Кряхтя, она дотащила пакет, таща его по полу, до середины комнаты и плюхнулась на попу. Несколько секунд девочка копалась в сладостях, и мы слышали ее восторженный вздохи. А потом произошло то, чего никто не ожидал. Вика достала маленькую шоколадку, сжала ее в пухлом кулачке и опять поднялась на ножки. Отдернула задравшееся голубое платье и направилась к нам. А когда подошла, то вдруг взяла меня за руку и дала мне шоколадку.
— Шпасибо! — тихо пробормотала Вика, чуть покраснев, и тут же бросилась прочь от меня.
— Пожалуйста…
Я замерла. Для меня это был огромный шаг. Конечно, я прекрасно понимала, что Вика обратила на меня внимание только из-за сладостей. Но мне уже было приятно, что она не проигнорировала меня. Для меня этот поступок был крайне важен. И я была благодарна ей за это. Я хотела стать ей другом. Даже если не получится стать ей мамой… То нам нужно хотя бы стать друзьями.
— Пойдем, — негромко позвал меня Ваня, потянув за локоть.
— Угу, — нехотя пошла за ним, оглядываясь на Вику. Все-таки Ваня был хороший отец, и дочка у него была просто чудесная.
Мужчина привел меня в большую комнату, и я сразу поняла — это его спальня. Поняла по запаху сигарет и одеколона, витающему в воздухе. Я буду ночевать здесь?
— Я всего на одну ночь! — быстро проговорила я, замахав руками, — Можно было бы постелить мне в гостиной…
Ваня приблизился ко мне, обнял меня за талию и притянул к себе настолько близко, насколько позволял округлившийся живот.
— Уверена?
— Несомненно, — немного пафосно проговорила я, вскинув голову. — У меня есть жилье. Пусть и съемное. Завтра проснусь и поеду обратно.
— Угу, — кивнул он, наклоняясь ко мне. Я знала, что он хотел меня поцеловать. И, в кой-то веки, я сама хотела этого. Губы горели, нуждаясь в ласке. Обхватила его за шею, притягивая его к себе.
Первое прикосновение было невесомым, едва заметным. Но таким притягательным и чувственным. Эта невинная ласка побуждала во мне новые эмоции, заставляя хотеть этого мужчину еще больше. Ваня медленно, но верно пробуждал во мне страсть. И я больше не хотела сопротивляться этому желанию. Хватить. Пусть будь, что будет. Думаю, что Ваня уже доказал, что ему не все равно на меня, что он надежный. И что мы дорогие ему.
— Поцелуй меня… — выдохнулся ему прямо в губы, и на лице Костылева появилась улыбка победителя. Но нашим желаниям не суждено было осуществиться. Пока не суждено. Позади нас тихо скрипнула дверь, а затем раздался звонкий голосок:
— Папоська, а сьто вы делаете?
26
Счастье — вещь хрупкая. Уронишь — и все. Нет ничего. Только осколки. И эти осколки впивались в тело, оставляя глубокие раны, которые кровоточили и гноили. А душа… Нет ее больше.