Порочные (СИ)

Но сейчас его тревожило кое-что другое. Он набрал Игоря, и как только тот ответил, Ваня произнес:
— Что это значит?
— И тебе доброе утро, — Игорь усмехнулся, — а это Полина Михайлова, двадцать лет. Сейчас она на приеме у гинеколога. Скорее всего, ты во второй раз станешь папашей, друг.
Ваня замер. Что за херню он несет?!
— Ты опять набухался?! — зло проговорил Ваня, желая прямо сейчас встретить этого мудака и оторвать его пустую голову.
— Пошел ты. А у меня достоверная информация. Но если тебе не интересно, то…
— Рассказывай, — устало сказал мужчина, потирая переносицу.
— Расскажу. Слушай. Месяц назад ты трахнул девку в туалете. Этой девкой оказалась Полина. Подруга моей Насти. И сейчас есть большая вероятность, что Полина беременна.
Иван хмыкнул. Он все понял. Уже проходили. Уже знаем. Пару раз телки пытались повесить на него чужих детей.
— И что? Не факт, что ребенок мой. Раз она мне сразу дала в ту ночь, то, скорее всего, в ней уже много побывало чл… — Иван оглянулся на дочь, — парней.
Игорь рассмеялся. Вот сука!
— Настя мне все рассказывает про свою подружку. У нее за этот месяц никого не было. А до тебя у нее был только один мужик. Но и там точно отпадает.
— С чего такая уверенность? — продолжал настаивать на своем Ваня.
Игорь устало и раздражено вздохнул.
— Хорошо. Слушай еще раз. Полина трахалась со своим первым парнем в презервативе, после него ее трахал ты. Все. И трахал ты ее без защиты.
— Это все тебе рассказывает Настя? — удивленно спросил Ваня, прислонив телефон ухом к плечу и заваривая Вике чай. Просто охренеть, какие у них доверительные отношения!
Теперь Игорь вздохнул обреченно.
— Любовь зла, сука.
Точно. В этом Ваня был согласен с ним.
— Долго она еще будет на приеме? — спросил Ваня.
— Минут сорок точно. Настя вроде так сказала.
Мужчина призадумался. Успеет ли?
— Адрес.
Он принял решение.
Игорь врать не будет.
Но, а вдруг эта Полина просто решила выдоить из него деньги? И ребенок точно не его? Ситуация сложная. Он должен сам разобраться.
Друг назвал адрес, и Ваня тут же стал собираться. Попросил пожилую соседку присмотреть за дочкой. Он доверял этой женщине. Ведь именно она, которая похоронила единственную дочь, помогала с Юлей, а потом и с Викой. Таких людей он ценил и уважал.
Собрался быстро, поцеловал дочь и спустился во двор. Пока ехал дворами по назначенному адресу, то позвонил нужному человеку. Точнее не нужному, а тому, кто был сейчас свободен из его группировки. Он называл это так. Три семьи. Три клана. Костылевы, Князевы и Соколовы. Иван и Андрей. Руслан и Артур. Кирилл и Михаил. Они доверяют только друг другу. Хоть Игорь и считался другом, но он не был «своим».
Позвонил Иван Руслану. И тот не отказал. Обещал к вечеру собрать всю информацию на эту Полину Михайлову, двадцати лет отроду.
Ехал, а в душе было спокойно. Он не волновался. Не переживал. Но был уверен, что ребенок не его.
Но сейчас…
Она стояла перед ним. Маленькая. Наивная. Невинная. Ее черные волосы выбились из-под шапки, а голубые глаза сверкали из-за непролитых слез.
Ее глаза были голубыми. И Ваня тонул в них.
А потом он понял.
Сон был вещим.
Белый снег резко контрастировал с его черными волосами. Я сразу узнала его. Хоть я видела его всего лишь раз в жизни. Но запомнила надолго. И не только его…
Как только посмотрела в его карие глаза, то тут же сразу все поняла. Он приехал из-за меня.
И это мне не понравилось. Я возмущено посмотрела на Настю и уже хотела спросить, почему она так поступила, но подруга, казалось, тоже ничего не понимала.
— Вы кто? — она не помнила его. Игорь потянул ее за руку и что-то прошептал ей. Подруга выслушала его, а затем перевела растерянный взгляд на меня.
— Но…
— Пойдем.
Я же просто не понимала, что происходит. Игорь усадил в машину мою подругу, но она перед этим успела прошептать:
— Прости…
А затем их машина тронулась и медленно отъехала от нас. Все это время отец моего ребенка стоял и пристально смотрел на меня. Изучал. Как только автомобиль скрылся за поворотом, я развернулась и пошла в сторону остановки. Я не могла просто поверить, что Настя оставила меня одну с чужим человеком. А вдруг он сможет сделать мне больно? Или обидит?!
 
Но уйти я не смогла. Даже не вышла за пределы больницы. Мужчина сильно схватил меня за локоть, что не вырвешься, и резко развернул к себе.
— Куда ты собралась? — его голос был низким, немного хриплым. И я вспомнила. Как мое тело отреагировало на него в ту ночь. Как изгибалась на каждый его толчок, и как мне нравились его сильные руки. Сильные и уверенный. Такие точно никогда и ни за что не уронят. Они всегда поймают. Но о большем мне нельзя мечтать. Я уже знала, зачем пожаловал этот негодяй. И я не собиралась принимать от него ничего.
— Отпустите меня. Мне не о чем с вами разговаривать, — пыталась я вырваться, но его пальцы были очень сильными. После нашей второй встречи на моем теле опять останутся следы.
— Ошибаешься, девочка, — тихо ответил мужчина и притянул меня к себе. Он обнял меня, и его аромат коснулся моего носа. Сигареты и кофе. Нотка древесного запаха. Приятно…
Мужчина повел меня в сторону черной иномарки, которую я до этого не заметила. Я изо всех сил пыталась вырваться, пыталась остановить его, но все было тщетно.
— Я сделаю аборт, не переживайте.
И я добилась своей цели — мы остановились. Мужчина наклонился ко мне и обхватил пальцами подбородок. Я поморщилась и, размахнувшись, ударила его по плечу.
Карие глаза расширились, а затем опять прищурились. Он легонько меня встряхнул.
— Еще раз так сделаешь…
— Сделаю!
— То мне придется тебя наказать. Не зли меня, девочка. И забудь про аборт.
Его тон… Уверенный. Строгий. Серьезный. Непоколебимый. И просто сбивающий с толку. Я совсем не ожидала от него таких слов… Поэтому я просто растерялась. Он удивил. Сильно удивил. Почему он говорил такие слова?
— Что? О чем вы говорите…
Мужчина вздохнул и провел ладонью по своим черным волосам.
— Хватит мне выкать. Зови меня на «ты» и по имени. Иван.
Иван… Ваня… Слишком мягкое имя для такого жесткого человека.
Несколько секунд я смотрела на него. Смотрела и думала, что он за человек. И не пожалею ли я еще больше о той ночи?
— Послушай, Ваня, — постаралась я говорить спокойно, но голос мой дрожал, — отпусти меня. И…
— Пошли, — Иван раздраженно выдохнул и резко подхватил меня на руки. От неожиданности я обхватила его за шею и прижалась к нему. Но через пару мгновений пришла в себя и стала яростно отбиваться.
Била кулаками его по груди, надавала звонких пощечин. Но ему было все равно. Он лишь иногда морщился и сжимал зубы.
Но мне и этого было мало. Я кричала и ругалась на него.
— Ты что себе позволяешь! Отпусти! Чудовище! Отпусти! Помогите!
Сцена из фильма. Когда нужно — никого в округе нет. Воруй девушек — не хочу. Я увлеклась и не заметила, как мы оказались возле его машины. Иван, поддерживая меня одной рукой, открыл дверцу и засунул меня в автомобиль. И, прежде чем он захлопнул ее, я врезала ему еще раз, оставляя красную царапину на его щеке.
Это еще больше разозлило мужчину. Он больше не мог терпеть. Схватил меня за плечо и сильно тряханул. Я ойкнула и ударилась головой о спинку.
— Успокойся, больная, — проговорил тихо Иван, пристегивая меня ремнем безопасности.
— Сам больной! — проорала я, но меня уже не слушали. Мужчина быстро обошел автомобиль и занял водительское место. Я возмущено посмотрела на него и опять толкнула в плечо. Иван тут же обхватил мое запястье пальцами и чуть потянул меня на себя.
— Ты достала, — он повысил голос, и это, невероятно, но факт, отрезвило меня. Я никогда не видела себя так… Как истеричка. Как больная или просто сумасшедшая. Когда мне изменил Никита, то я вела себя спокойно, но сейчас… Неужели это так гормоны повлияли на мое психическое состояние? Или просто этот человек настолько пугает меня, что я делаю все, чтобы не быть с ним рядом? Я все же больше склоняюсь ко второму варианту…