Нулевой мир 8. Мера Человек: Зов
Вскоре Ариф поднял руку, попросив нас остановиться. Впереди виднелся вход в ущелье, разрывающее равнину. Широкий каньон тянулся в нам от горных вершин с одной стороны и уходил к Слезе Каэля с другой.
И, судя по всему, чтобы перебраться на ту сторону, нужно спускаться вниз.
– Стойте здесь, мне нужно поговорить со Стрекочущими Ласточками.
– Ариф, – позвал я, когда заметил, что у входа в ущелье появился чернокожий зверь.
Нехорошее предчувствие сразу овладело мной, будто бы меня здесь уже ждали. Столько раз предсказания оракулов встречали меня в Инфериоре, что я бы не удивился, случись и здесь подобное.
Ариф повернулся, и я негромко добавил:
– Прошу, не называй моего имени. Просто гонец приора Зигфрида.
Тот пожал плечами, потом направил фырчащего буйвола к ущелью. Молодой Самир рядом недовольно сопел, скручивая толстые поводья и заставляя своего быка нервничать, и бросал на меня нетерпеливые взгляды.
– А ты встречал Белого Копейщика? – вдруг спросил Самир, когда Ариф достаточно далеко отъехал.
– Кого? – я удивился.
– Это великий воин, ты должен был его видеть. Пустынники, по-моему, так его назвали.
Заметив моё удивлённое лицо, он добавил:
– Ну, ты же был в Шмелином Лесу? А там он, говорят, один сразился с сотнями врагов.
– Белый Копейщик? – я непроизвольно тронул древко своего копья, прицепленного к рогам буйвола.
Наш разговор с Таджией остался в секрете, а сам молодой зверь, глядя на меня, ни о чём не догадывался.
Белый Волк с копьём в руках должного впечатления на него не производил. Да оно и понятно, великий воин где-то там, в сказках, а тут перед ним просто зверь. Пусть и сильный, но всего лишь третьей ступени.
Самир ждал ответа, и я осторожно предположил:
– Ну, он был не один, наверное. Со своим отрядом, и местные жители помогли…
– Тогда нет, – Самир покачал головой, – Этот всех один побеждал.
Как в юной голове умещалась такая каша, я не понимал. Ну вот же я, пришёл, и рассказал о последних новостях. И про Шмелиный Лес, да ещё и про Синий Приорат добавил.
Ну, чутка ему подумать, и можно догадаться, что я и есть тот герой из новых сказок.
Взгляд Самира мечтательно устремился к Проклятым Горам, чьи торчащие снежные пики были отсюда видны.
– Может, он где-то там? Все великие воины ищут силу в Проклятых Горах.
– Карающий Рог был таким? – я решил начать разговор с другой стороны.
– Величайший воин, – с готовностью кивнул Самир, – Он действовал сам, и не ждал знаков с Неба. А зачем?
Я пожал плечами.
– Ведь если чист душой, и каждый день молишься? Зачем знаки с Неба, если все твои удары отмечены верой? – Самир разгорячился, видимо, желая выговориться.
– И он ушёл в Проклятые Горы?
– Чтобы ступень поднять. А так он и на юге воевал, в той самой войне. Ну, которая до сих пор идёт, – вздохнул молодой Буйвол.
Судя по его тону, эта война давно бы прекратилась, отпусти кто туда самого Самира. Уж он бы разобрался, что к чему.
А меня заинтересовал поступок Карающего Рога. Когда-то я и сам подумывал о таком, чтобы поднять меру, убивая сильных животных. Небу безразлично, каким духом тебя пичкать. Вот только меня остановило то, что мастерству в горах никто не обучит.
– И как же он овладел оружием? – я засомневался в правдивости легенды.
Сколько бы силы там не получил древний герой, а любой более-менее владеющий клинком умелец смог бы остановить его.
– Ну-у-у… – Буйволу не особо понравились мои лишние размышления, – Духи племени отметили его, одарили мастерством. Разве этого мало?
– Нет, конечно, – я покачал головой, – Это хорошо.
– А ещё там, говорят, можно овладеть магией, – зашептал Самир.
– Стихией?
– Нет, той самой, которая призывает на помощь Небо.
Она поднял глаза наверх, и мимолётно коснулся лба пальцами.
– Это какой? – я сделал вид, что не понял.
Самир покосился в сторону Арифа, который о чём-то болтал с охранником у входа в ущелье.
– Ну, разве ты не слышал? Все сейчас поговаривают об этой магии… Что даже обычный зверь может… ну-у-у… призвать ангела и любого врага победить… – он говорил уже чуть ли не со свистом, – Только не говори Арифу, Белый Волк!
Слова юного Буйвола вызвали у меня мурашки на спине, но я усмехнулся:
– Не скажу. Вот так вот, ангела призвать?
– Да, да, и использовать его силу. Вот совсем недавно такое было в Жёлтом Приорате, в их Шмелином Лесу. Говорят, что Белый Копейщик гудел в ангельскую трубу, и слышно его было издалека.
– Да-а-а?
Самир часто закивал:
– И в Зелёном тоже, мне пустынники рассказывали. Там Копейщик призвал ангела, и в горах демонов победил.
Я лишь поджал губы. Не демонов, а ангелов. Впрочем, попробуй я сейчас ещё скажи Самиру, что ангелы могут предать Небо, как он отреагирует? Нет, явно не стоит.
– Где он только не побывал, – будто бы удивился я.
– Не веришь? А сам говоришь, всё видел, – парень с сомнением смотрел на меня, – А ведь этот Копейщик, говорят, человека один на один убил. И не раз.
Самир увлёкся, рассказывая слухи, которые принесли охотники. Они спускались по Слезе Каэля до целых деревень, и принесли некоторые занимательные вести. Что некий воин, которого ждут Пустынные Скорпионы, побеждает демонов и предавших Небо людей, и в нём сидит ангел.
Я слушал его, не понимая, о каких событиях речь. Это он про мою битву с командором Морицом в Красном Приорате, или про битву с Жёлтым Гильбертом в пустыне?
Нет, последняя произошла буквально вчера, не успели бы сложить складную легенду. Я продолжал слушать Самира, и получалось, что тем Морицом, чью кольчугу я уже давно износил, овладел демон, а Белый Копейщик, получив благословение предков и помощь ангела, победил его с одного удара.
– Благословение предков-то у меня будет, – мечтательно прошептал Самир, – А в Проклятых Горах я получу силу ангела.
– Говорят, в Проклятых не место зверям.
– Но не героям, – упрямо ответил Самир.
Ещё больше удивляло, что Буйволы, получая такие сказки из соседних земель, особо не волновались, правда это всё или нет. Молодёжи нравилось, а старики только ворчали.
– А в Синем Приорате, говорят, недавно знамение было, – не унимался юноша, – Совсем как в нашей Каэлевой Впадине. Небеса горели.
Мне сразу вспомнились Старые Горы возле Вольфграда, и как звери в крепости Альфы обсуждали горящие небеса. Это когда бог Каэль имел глупость спуститься к Эзекаилу, чтобы разобраться с обнаглевшим ангелом.
Получается, в Каэлевой Впадине тоже боги вниз спускаются? И зачем, спрашивается?
Меня всё больше начало интересовать это место. Но спросил я о другом.
– Что ж вы, получается, всё же слышали новости из далёких земель? – переспросил я, – Синий Приорат не близко.
Самир снова покосился на Арифа, который наконец двинулся в нашу сторону, и пожал плечами:
– За что купил, за то и продаю. Не хочешь, не верь.
– Белый Копейщик, значит… – задумчиво повторил я.
– Ну, так в Жёлтом Приорате говорили. Наши оракулы-то молчат.
– И правильно делают, – нарочито громко сказал подъехавший Ариф, – Что, зверь, он тебе всё сказками голову морочит?
Я покачал головой, решив заступиться за парня.
– Самир, разве тебе мало новостей от гонца? Как видишь, никаких ангелов и летающих копейщиков, везде звери сражаются своими силами.
– Что там с проходом, мастер? –отвлёк я его от нового спора.
Ариф перевёл взгляд с покрасневшего Самира на меня и сказал:
– Белый Волк, я не называл твоего имени. Дальше тебя будут провожать уже Стрекочущие Ласточки. Это их земли, пойдёте по Великому Разлому.
Прощание было недолгим, я спешился с буйвола и коротко кивнул Арифу и Самиру. Поймав взгляд парня, я улыбнулся. Эх, была бы Хали сейчас или Белиар, можно было бы показать какой-нибудь эффектный трюк, чтоб поддержать юнца.
Шагая к разлому в земле, где меня ожидал другой зверь, я на миг замер. Тоже темнокожий и голый по пояс, воин Ласточки был украшен всевозможными перьями, и, как и я, держал в руках тонкое изящное копьё. Лысый череп, кучерявая короткая бородка, и блестящие прозрачные глаза.