Кодекс Охотника. Книга IX (СИ)

Рядом находился большой склад с разломными травами и высушенными частями тварей. Похоже, что у них здесь был хороший алхимик. Я бы сказал – жаль, что не удалось захватить его живым. Но, с другой стороны, как с этими уродами разговаривать.
В общем, грузим мы всё добро и потихоньку собираемся отчаливать на выезд с Эпицентра, как рядом со мной появился возбужденный Шнырька.
– Ш-ш-шуки! Ш-ш-шабаки! Ш-ш-шваливаем!!!
Я присмотрелся через Шнырьку, и тут же заорал.
– ВНИМАНИЕ!!! ОТХОДИМ!!!
Шнырька показал, как в нашем направлении несутся волны разнообразных диких тварей, как будто их что-то или кто-то сюда вел. Первое, что мне пришло в голову – здесь есть еще один Приручитель но потом я понял!!!
Проклятый Алтарь! Именно он создавал своеобразную зону отчуждения, что отпугивала тварей от деревни. Оказывается, в словах девушки был смысл! Алтарь не позволял тварям приближаться. А сейчас он был разрушен. И если бы не мое сильно перенапряжение от изгнания душ из камня, я бы это сразу понял!
Честно говоря, я был озадачен и рассержен, одновременно. На себя за невнимательность, а еще за непонятную магию алтаря. К счастью, мы быстро стартанули, и прорвались сквозь поток тварей, добравшись до выхода из Эпицентра без потерь.
Шнырька мне показал, как твари уничтожают деревню бродяг с ожесточением и ненавистью – буквально через час ничего не напоминало о том, что тут жили живые люди, была просто перепаханная земля.
По прибытии в усадьбу нас уже ждало несколько женщин – родственниц, жён и матерей гвардейцев, которым я мог доверять. Они осторожно приняли детей, и в первую очередь, повели их мыться.
Анна распорядилась приготовить для них лёгкую еду. А Волк, на всякий случай, приставил к женщинам четырёх гвардейцев. Как-никак, но дети были Одаренными, и непонятно, как они будут реагировать.
Я еле добрался до душа, а потом упал на кровать. Зря Волк удивился моим словам, я же ему совсем не врал. Я мог сутки провести в бою, сражаясь физически, но манипуляции с душами, тем более, рассерженными и потерянными душами, которые хотят отомстить всему живому – это очень сложно. Не зря у Охотников было табу по использованию человеческих душ. Слишком они непредсказуемые.
Я заснул с чувством выполненного долга. Сегодня я помог многим беднягам наконец-то закончить свое земное существование, и переродиться. Возможно, в лучшем мире и с лучшей судьбой, но это неточно.
* * *
Глаза у меня открылись сами собой. Я перевел глаза на яркие цифры часов, стоящих возле кровати, что показывали ровно два часа ночи, и прислушался к своим ощущениям. Меня что-то тревожило на эфирном плане. В доме была какая-то порча. Я почувствовал её еще прошлыми ночами, но не до конца разобрался. Сейчас же я отрубился, будучи уставшим, но всё равно моё подсознание трубило: «Опасность!».
Я лежал с закрытыми глазами, и пытался найти её источник. Недовольный сонный Шнырька кругами пробежался вокруг усадьбы, забежал в подвал, и даже удалился в сторону. Нет, никакой опасности внешне не было. Что-то творилось внутри.
Странно…
Я надел халат и осторожно спустился на второй этаж в угловую спальню, которую мы выделили для подруги Хрулёва. Осторожно, стараясь не скрипеть, я приоткрыл дверь, и зашёл внутрь. Бедная женщина находилась в полуобморочном состоянии. В полусне, в полу бодрствовании она металась по кровати, кричала что-то нечленораздельное, и явно при этом страдала. Если таков был её ежедневный сон, то я не удивляюсь, что она находилась в таком состоянии, потому что она почти не спала.
Я тихо подошел, и уселся рядом с ней на стул, пока не прикасаясь, а только сканируя её душу. Хотел же я с ней разобраться!
Но сколько там понаворочано. С ней работал или дилетант, или гений. Хотя был и третий вариант – это был единовременный выброс энергии, возможно, какого-то артефакта. Это походило примерно так, как срезать с человека черепную коробку, вставить туда миксер, и включить его на полную мощность, перемешав мозги. Вот примерно тоже самое сделали с её душой.
 
Внутри у неё творилось нечто безобразное. Там были разные души, и даже их осколки. Да-да, именно осколки. Такое ощущение, что кто-то сварил адский компот из нескольких душ, как настоящий кулинар приправил их протертыми кусочками других душ из разных баночек, всё это взболтал, и влил в женщину. Как с этим справиться, с наскока, я понять не мог. Но зато я мог понять одно – вот эта конкретная тварь здесь правит бал. Именно она отвечает за страдания несчастной женщины.
Я аккуратно, чтобы ее не разбудить, положил руку на лоб, и потянул эту тварь на себя.
Вы пытались когда-нибудь распутать комок колючей проволоки? Или провод от наушников? Вот примерно такая задача предстояла и мне. Тварь была настолько вплетена в структуру, что цеплялась всеми своими щупальцами, не давая мне это сделать. А сделать это надо было аккуратно, и достать её оттуда, чтобы ни один кусок от неё не оторвался, и не остался там. Потому-что как раз эта тварь могла расти с маленького кусочка до взрослого состояния. Именно она была ответственна за связку всего этого непотребного, что творилось в душе женщины.
Через полчаса я почувствовал, как пот заливает мне глаза. Я засунул руку в карман халата, чтобы достать желейку. Да-да, вот такой я экстравагантный, у меня желейки разложены по всем предметам гардероба. Никогда не знаешь, где застанет тебя нехватка энергии. Надо попросить Анну мне трусы с карманами купить, авось пригодятся.
Только через час я смог вытащить тварь, и пропустить её через Огненный Портал – эфемерный портал, который сжигает неудобные души, которые Охотник не собирается поглощать ни в коем случае, но оставлять на воле он их не намерен.
Да, я не получил с неё никакой энергии, а лишь свою потратил. Зато я рассеял её в пространстве без права когда-либо возродиться здесь или в другом мире. Именно из-за Огненного Портала Охотников так боялись разумные твари, в основном люди, что встали на путь зла. Ведь после встречи с Охотниками у них не могло быть перерождения. Это было окончательной смертью!
Женщина дёрнулась, и глубоко вздохнула. На секунду сердце у неё замерло, а потом опять забилось, постепенно замедляя свой ритм, пока не вошло в привычный «энергосберегающий» режим сна.
Когда я уходил, на её лице появилась улыбка.
С её душой ещё работать и работать. Но, по крайней мере, в её процесс лечения включится сейчас матушка-природа, которая просто даст ей хорошо поспать.
Спать мне уже не хотелось, поэтому я занялся медитацией, прочищая каналы. А затем спустился вниз. Осторожно, чтобы не разбудить домашних, сделал себе кофе. И вышел на порог, накинув куртку, чтобы насладиться рассветом.
Багряное солнце вставало над лесом. Я пил горячий кофе и улыбался. Как давно у меня было свободное время понаблюдать за рассветом? Как много обычных человеческих радостей проходит мимо меня, в то время, что я кручусь, как белка в колесе? И чем же отличается этот мир от моего прошлого? Похоже, особо ничем… Ну, кроме того, что здесь мне нужно начинать всё заново. Кодекс тебя, Сандр, похоже, на…дурил!
Я улыбнулся своим мыслям, и прошёл на кухню.
– Доброе утро! – раздался приятный женский голос.
Я обернулся. На пороге стояла наша блаженная.
– Доброе… – сказал я. – Как ваше самочувствие?
Ну нет, это я поторопился. Похоже, это была только первая ласточка, потому что женщина даже не восприняла мой вопрос. Она просто прошла и села за стол, чего-то ожидая.
– Кофе? – осторожно спросил я.
Но в ответ мне досталась лишь вежливая улыбка.
Я всё-таки сделал ей кофе, как обычно делал себе – с молоком и без сахара. Поставил перед ней. Она, как автомат, поднесла чашку к губам, скривилась, а затем подвинула к себе сахарницу, щипчиками положила два кубика сахара, аккуратно размешала, поднесла ко рту, и блаженно улыбнулась.
«Кажется, ночные манипуляции были не зря», – подумал я про себя.