Повелитель теней. Том 1 (СИ)
— Надеюсь, мои теоретические рассуждения не слишком вас расстроили?
— Мне всё равно, что вы думаете об этом мире, командор, — спокойно произнёс он. — Ваша уверенность в собственной правоте не превратит ваши рассуждения в правду.
— Для меня это не так уж и важно, — я кивнула Элу, который подлил мне вина. — Просто я не могу понять, как вы можете сидеть взаперти в этом странном замке, когда вокруг происходит столько интересного.
— Это мой выбор. А его причины я оставлю при себе.
— Как скажете, — кивнула я.
Выйдя после ужина из комнаты, я в задумчивости побрела по бесконечному лабиринту коридоров, которые услужливо подсовывал мне этот странный замок. На стенах иногда появлялись факелы, вставленные в витые кованые подвесы. Слабо освещённые места чередовались с совершенно тёмными, где слабым свечением угадывались тяжёлые мрачные стены. Я раздумывала о нашей беседе за столом. Неожиданно для себя я задала Бену очень важные вопросы, которые раньше даже не приходили мне в голову. И, похоже, они встревожили его. Но почему? Может, Алмазное Сердце, действительно имеет какое-то отношение ко всей этой истории с убийством Азарова? И почему Бен сидит здесь, как на привязи? Сторожит это самое Сердце? Я была уже почти уверена, что исходящая от этого места магическая энергия идёт именно от легендарного артефакта, скрытого в недрах горы, но вот обладает ли он собственным разумом, чтоб руководить этой масштабной игрой на разных уровнях? А если это не Алмазное Сердце, то, что это? Или кто? Кто может управлять этим миром и каждым живущим здесь человеком в отдельности? Каким разумом нужно обладать для этого? Ну, понятно, каким. И странно, что я в своём новом статусе ни разу не подумала о простой и естественной для ангела вещи. Этим миром управляет бог. Да, просто местный бог, потому что только богу это под силу. Раньше я как-то не задумывалась о наличии богов в этом мире. Вернее, я знала, что существуют особые продвинутые сущности, которых в определённых условиях можно называть богами. Но вот так, чтоб вдруг ощутить наличие в мире вездесущего бога, который всё знает, всё видит и на всё воля его…
Я покачала головой. Даже если я — ангел, моё атеистическое воспитание давало себя знать. Мне никогда не говорили, что бога нет. На Земле достаточно людей, уверенных в том, что он есть. Просто в моей картине мира как-то не находилось для него места. Нет, ну понятно, что Блуждающие Боги существуют, с парой-тройкой я даже встречалась лично, но это совсем не то, что всеведущее и вездесущее нечто. И вот глядя на этот странный мирок, я вдруг подумала, что тут что-то такое есть. И какое отношение ко всему этому имеет Бен и его выстрел в Азарова? Азаров как-то угрожал этому богу? А Бен находился под его влиянием и таким образом защищал? Вернее, бог вселился в Бена и стрельнул из бластера в конкурента? Но если он всем тут управляет, то нельзя ли было найти какой-нибудь более изящный выход, чем выстрел в лоб?
У меня снова появилось ощущение, что я кружу где-то поблизости от правильного ответа, в упор его не замечая. Я чего-то не вижу, чего-то, что находится у меня под носом. И если я пойму… Я тоже получу выстрел в лоб? Эта мысль мне не понравилась. Пока местное вездесущее нечто было весьма любезно со мной. Может, потому что боги всегда любезны с ангелами, как с родственными душами, а, может, ему просто нравятся хорошенькие женщины.
Может ли материальный мир быть создан чьей-то фантазией? Это уже второй вопрос, возникший у меня после разговора с Беном. Алкорцы могли прилететь сюда в незапамятные времена и каким-то образом создать тут колонию. Но откуда здесь взялись средневековые французские рыцари? Внеземной суперразум сквозь немыслимые расстояния проник в наши библиотеки и начитался исторических романов? А потом воссоздал их так успешно, что они полностью соответствуют землянам, могут размножаться естественным путём и действуют в полном соответствии со своими прототипами? С точки зрения религиозной литературы, такое вполне возможно. Теоретически. А практически… Есть многое такое, друг Горацио…
Впрочем, если отбросить технические вопросы, то решение было вполне удачным. Только на Земле из всех проалкорских миров в средние века был установлен уклад, вполне соответствующий царящему на Алкоре. Может, это было связано с тем, что тогда алкорцы, уже подрастерявшие своё могущество, ещё навещали некоторые колонии, передавая потомкам тайные знания под видом магических учений. Не зря же на Алкоре утверждают, что Гермес Трисмегист, Парацельс и Сен-Жермен были посланцами древних рыцарских орденов Алкора, пытавшиеся возродить на Земле угасающую родную цивилизацию. Доказательств нет, но то, что наше рыцарство и его обычаи сильно смахивают на алкорские, это точно, и иначе, как прямыми контактами эту странность объяснить трудно. И если местному всезнающему и всемогущему для создания интриги в его суперигре понадобился противник, то лучше нашего шального рыцарства придумать сложно.
Я остановилась, глядя на возникшую передо мной дверь. Бродить мне надоело, и вполне понятно было, что это дверь моей комнаты. Я так и не придумала, какой вывод можно сделать из этих странных размышлений, разве что чувствовала, что от правильного ответа ушла куда-то в совсем дальние дебри. Решив вернуться к своим раздумьям позже, на свежую голову, я толкнула дверь и вошла.
Камин в комнате был растоплен, и я сразу направилась к нему и села в кресло. В огне тихо потрескивали полешки, за окном привычно шумел дождь, и сверкали молнии. Такая приятная готическая обстановка. Мысли продолжали кружиться вокруг той же темы. Откуда местное божество знает о готике? Вполне вероятно, что от меня. Конечно, оно считывает информацию из памяти прибывших сюда чужаков и материализует её, создавая новые реалии. Представляю, как обогатит его общение с Дэном Кроу, у которого эйдетическая память и давняя любовь к готическим романам. Может, когда-то сюда залетел по ошибке любитель Дюма и Вальтера Скотта, и на дальней равнине вырос город Сен-Марко, чтоб развязать войну со слишком мирно и неинтересно живущими алкорцами. И на самом деле всему этому миру не сотни лет, а куда меньше, просто придуманные кем-то люди убеждены, что жили здесь всегда, в их память уже встроена запутанная история пополам с мифологией… Где-то это уже было. У какого-то фантаста. Мне остаётся только признать, что и я сама кем-то придумана со всеми своими странными воспоминаниями, которые не дают мне сидеть на месте и постоянно куда-то тянут. И тогда можно было бы написать на весь экран: «Конец фильма», а следующим титром добавить: «Ждите продолжения в следующем сезоне».
Поняв, что мои рассуждения завели меня в тупик, я уже окончательно решила покончить с ними, и потому встала, покинула комнату и, пройдя по коридору, вышла на террасу. Вскочив на выщербленные каменные перила, я бросилась вниз, расправляя крылья. Впереди нехотя расступились тучи, образовав проход, в конце которого сияла сапфировая синева ночного неба. Я вылетела на свободу и полетела над горами, наслаждаясь мягкими потоками воздуха, гладившими моё лицо и тело. Было тихо. Этот мир, не признающий укороченных суток своих гостей, засыпал на долгую тёмную ночь. Плеск воды и шум падающих камней лишь изредка нарушали тишину. Даже орлы улетели спать в свои огромные гнёзда. И я могла лететь, наслаждаясь своим одиночеством, как безмолвный дух, парящий над спящим миром. Это сравнение показалось мне забавным, и я огляделась по сторонам. Если б я этого не сделала, то наверное и не заметила бы вспышки вдалеке. Словно два маленьких фейерверка вспыхивали вдали, чуть выше широкого горизонта. Один был ярким, состоящим из множества красных, жёлтых, зелёных и голубых искр, второй просто мерцающий белыми звёздами в ночи. Эти фейерверки сталкивались, рассыпая вокруг яркие блёстки.
Это зрелище заинтересовало меня. Оно было красивым, и мне захотелось посмотреть на него поближе. И я устремилась туда.
Это оказалось куда ближе, чем я думала, просто фейерверки были совсем небольшими, размером с местного орла и, по сути, тоже являлись птицами. Одна из птиц изящная и яркая, покрытая горящим в ночи огненным оперением, с нарядным хохолком на головке и широким длинным хвостом яростно нападала на вторую — большого чёрного ворона, на перьях которого лежали лунные блики серебра. Птицы дрались не на шутку, они были примерно одного размера и кидались друг на друга с криками и клёкотом, стараясь впиться длинными когтями в грудь противника и целя клювами в глаза. Когда они сшибались в своей схватке, вокруг летели те самые искры, которые я издалека приняла за фейерверки. Какое-то время я наблюдала за этой эпической битвой, а потом огненная птица всё же взяла верх и вонзила когти в грудь ворона. Тот издал отчаянный крик и рухнул вниз на скалы. Я тут же бросилась туда, чтоб посмотреть, что с ним стало. Ворон лежал на краю каменной площадки, распластав серебристые крылья и задрав лапы со скрюченными когтями. Его глаза были закрыты, но я почему-то была уверена, что он жив. Это был очень красивый ворон, и мне стало его жаль. Я спустилась ниже и вдруг услышала клёкот наверху и, посмотрев туда, увидела летящий на меня огненный шар с торчащими из него когтистыми лапами, которые спустя мгновение должны были вцепиться мне в лицо.