Ты здесь? (СИ)

Я не сдерживаю глупой улыбки, наблюдая, как миниатюрная фигура Айви скрывается за дверью.
— Нет, нет, нет, — качнула головой Фиби, стоило мне только притянуть вешалку с ярко-красной рубашкой к груди. — Тебе пойдет бирюзовый.
Мы с ней слонялись по очередному магазину, выбирая наряд на выпускной. Его приближение оказалось незаметным — я до сих пор не мог поверить то, что все же удачно сдал экзамены и наконец должен был получить аттестат. Голова все еще была забита мотивационным письмом, с которым я боролся несколько недель подряд, не зная, что написать.
Это было крайне тяжело. Во-первых, множество факультетов, в которые нужно было отправить эту одурь, не то, что не вызвали доверия — скорее, я не знал, чего на самом деле хочу. Нет, точнее знал, просто никак не мог выбрать то, что было ближе к сердцу. И это убивало больше, чем постоянные разговоры Фиби, прожужжавшей мне все уши о том, что она никак не может выбрать между фотографией и журналистикой. В это было трудно поверить, но да, ей нравилось постоянно снимать наши прогулки, а потом придумывать красочные статьи об этом. Будто попадаешь не на страничку к обычной девушке, которая увлекается фотографией, а в какой-то женский журнал.
Во-вторых, я все никак не мог решиться покинуть пределы родного города, сетуя на свою излишнюю привязанность к воспоминаниям и бабушкиному дому. Жить там было проще, ведь я провел среди стен этого дома большую часть своего подросткового времени и отпускать его так просто не получалось.
В-третьих, мысль о том, что нам придется расстаться — как с Фиби, так и Сидом, который уже давным-давно получил приглашение из какого-то крутого колледжа, где набирали команду в регби — заставляла меня по-настоящему грустить. Сейчас понимаю, что я переживал этот момент особо остро, не зная, как примет меня окружение в стенах общежития, да и поток студентов в целом. Все-таки, покидать привычную зону комфорта было неимоверно тяжело, как бы сильно я себя при этом ни успокаивал.
Так что, несмотря на то, что Фиби уже который час заставляла меня слоняться меж рядами с вешалками, мысли мои все равно были заняты именно этим — размышлениями о будущем, пугающим и неизвестным.
— Это издевательство, — запротестовал я, когда очередная рубашка показалась ей слишком яркой. — Мы выбираем одежду под цвет твоего платья или то, что должно нравится мне?
— И то, и другое, — деловито сказала она, не оборачиваясь. Стук каблуков заглушала неприятная мелодия, которую обычно крутили в торговых центрах. Я вздохнул. — Ну же, мы должны определиться сегодня.
— Это второй торговый центр, Фибс. Третий я не потяну, потому что моя нервная система и так уже на пределе.
— Не будь занудой, Лео! — недовольно цокнула она, а затем приметила, похоже, понравившуюся вещь. — Ну вот. Что скажешь?
Льняная рубашка песочного оттенка выглядела неплохо, но навряд ли бы хорошо села, учитывая мой цвет волос, схожий с ней по цвету. Я отрицательно мотнул головой, вынуждая Фиби повесить вешалку обратно.
— Вот видишь, теперь ты сам отказываешься.
— Он не подойдет под черный смокинг.
— Ох, ты прав, — согласилась она. — Но нацепить на себя белую я не позволю. Пойдем в следующий.
— Давай сделаем тайм-аут. Я жутко устал, хочу пить, есть и домой.
— Только после того, как мы подберем тебе что-нибудь. А то зная, каким ленивым ты бываешь после еды, мы не сдвинемся с мертвой точки до церемонии выпуска.
Мы вышли из магазина за руку, двигаясь в направлении еще одного шедевра современной моды, от которого меня, откровенно говоря, начало уже тошнить. Ладонь Фиби была немного влажной и теплой, казавшейся в моей собственной настолько маленькой, что я невольно начал считать себя каким-то великаном. Наверное, если бы не каблуки, то Фиби запросто сошла бы за мою младшую сестру, не иначе.
— Может сделаем все-таки перерыв? Просто посидим возле фонтана, — произнес я, замедляя шаг. — Обещаю, что и дальше продолжу принимать эту пытку шопингом.
Фиби смерила меня недовольным взглядом, насупившись, а потом все же вздохнула, признав, что и сама устала.
 
— Ты невыносим, — добавила прежде, чем мы опустились на скамью возле фудкорта с вкусно пахнущей выпечкой. — До сих пор удивляюсь, как терплю это все.
— Я тоже. Эй! — кулак незамедлительно прилетел мне в плечо, заставив Фиби обиженно надуться. — Да ладно тебе, я же просто шучу.
— Иногда я думаю, что нет. Ты еще ни разу не сказал, что любишь меня искренне. Только всегда и слышу «я тоже». Может, я для тебя какая-то привычка, а?
Я прикрыл глаза, понимая, что если не прекратить этот разговор, то все станет в разы хуже. Осторожно приобнял её за плечо, притянув к себе — нос Фиби уткнулся мне в грудь, а кожу опалило девичьим дыханием.
— И кто теперь из нас невыносим? — шутливо сказал я, изогнув бровь.
Возможно, в её словах была доля правды — я действительно слишком сильно привык к Фиби, не зная, что буду делать без нее. С ней было хорошо, по-настоящему весело. Одиночество, пожиравшее меня лишь по ночам, отступало в её присутствии. Привычка заполнять собою все пространство, даже мысли, если уж на то пошло — являлось тем, что давало мне ощущение реальной жизни. Фиби была яркой, наполненной положительными эмоциями и воспоминаниями, забывать о которых не хотелось. А терять их не хотелось вдвойне.
Я наклонился к ней ближе, после чего коснулся губ, вдыхая терпкий аромат цветочных духов и её кожи. Фиби без промедления ответила, пальцами пройдясь по моему лицу.
— Я, — шепнул, оставляя цепочку поцелуев на её скуле, — тебя, — приблизился к уху, коснувшись мочки, — люблю.
— Я тебе не верю, — отодвинувшись, произнесла она. — Я просто вынудила тебя сказать это.
— Думаешь, я вру?
— Немного. Но если купишь мне молочный коктейль, то я готова пересмотреть свои слова, — она хитро улыбнулась, переплетя наши пальцы. — Пойдем?
Я вздохнул, но все-таки поднялся вслед за ней, понимая, что это — только начало. Жаль, что торговый центр работал до девяти, а стрелка на циферблате едва достигала трех.
В такие моменты наши отношения действительно казались мне искренними, наполненные чувствами и теплом. Оно заключалось не только в том, чтобы просто взять её за руку или коснуться — сейчас, думая об этом, я осознаю, каким дураком был на самом деле, — а в выражении своих желаний. Фиби во многом помогла мне с этим, ведь до нее признаться в том, чего желала душа, было сложно.
Очередные вешалки и примерки закончились ближе к пяти вечера, когда мы наконец определились с цветом и фасоном. К тому времени к торговому центру подъехал Сид и, видя мое уставшее лицо, потянул нас в сторону ближайшего кафе, чтобы утолить, наконец-таки, голод.
В то время он уже успел отрастить волосы, обзавестись собственной машиной, подаренной на очередное день рождения родителями, и встретить девушку, познакомиться с которой нам удалось уже ближе к самой церемонии. До этого все, что я знал — её имя, то, что она обожала шоколадное мороженное, и их совместные походы в кино. Сид не любил распространяться о своих отношениях, но скрыть что-либо от Фиби было крайне сложно: она как чертов Шерлок находила информацию извне и сопоставляла все факты воедино.
О том, что любила Лили — девушка Сида — мы узнали именно от нее. Впрочем, ожидать меньшего от Фиби не стоило.
— Представляю, что ты чувствуешь, чувак, — произнес он, макая картофелину в соус. — Я проходил через этот мрак каждые выходные стабильно.
Фиби недовольно уставилась в его сторону, потягивая свой долгожданный молочный коктейль. Я же, тем временем, с упоением наслаждался огромным чизбургером, запачкавшим пальцы. Солнце за окном стало тусклым, но продолжало приятно припекать кожу, которую остужал кондиционер в помещении. Игравшая на заднем плане музыка приятно касалась слуха.
 
— Ты когда-нибудь научишься есть и помалкивать? — фыркнула Фиби. Я постарался сдержать смешок, наблюдая за очередной перепалкой между этими двумя.