Последний русич (СИ)
В углу комнаты стояла бадья с репой. Её я заметил уже давно, но случая попробовать жёлтый корнеплод так и не подвернулось. В животе уже знатно урчало, но предложения пообедать в ближайшее время ждать точно не стоило.
— Это мы! — демонстрируя собравшимся налитую соком добычу, произнёс. Потом бросил репу на пол и указал на свой сапог. — А это тевты. При прямом столкновении двух объектов произойдёт следующее.
Я поднял ногу и с хрустом раздавил корнеплод. Пара стариков нервно переглянулась. По помещению мгновенно разлетелся аромат раздавленного демонстрационного экземпляра, и кто-то из гридней шумно сглотнул слюну.
— Предложения? — вопросительно осмотрев почтенное собрание, произнёс я.
— Какие там предложения, княжич, — хмуро ответил мне Никита. — Куда репе супротив сапога-то?
— Ну вы же планировали что-то делать? — настойчиво напомнил я. — Магия-шмагия… Грудь в грудь не вышло. Какие ещё варианты?
— Ежели так рассуждать, то не совсем ты прав Алексей, — произнёс молчаливый старик, которому предназначалась роль лекаря в нашей группе камикадзе. — Не всё так просто с нашей дружиной, доколе боги с нами.
От рук старца к размазанной по полу репе протянулась нитка зелёной энергии, и через минуту все присутствующие увидели уродливого веганского Франкенштейна, у которого местами не хватало деталей.
— Отлично! Только зомби нам не хватало! — кивнул я и с размаху впечатал уродца в пол. — Однако переубедить меня вам не удалось. Но попытка засчитана. Ещё варианты?
Рядом с горкой репового пюре лёг второй корнеплод. Гридни с интересом завозились на своих местах в ожидании нового представления. О том, что в ближайшем будущем на месте бесформенной жёлтой массы могут оказаться они сами, богатыри почему-то не думали. Шоу продолжалось.
— Мы, — указал я на одинокую репку и ткнул рукой в свой измазанный соком сапог. — Тевты. Наши действия?
На этот раз лекарь действовал более оперативно. Корнеплод покрылся толстой коркой и даже слегка увеличился в размерах. Следом за хилом в дело вступил Никита, но это я заметил не сразу. Объект издевательств незаметно стал ещё плотнее и обзавёлся десятком мелких шипов.
После очередного удара мне пришлось долго отрывать от подошвы впившиеся в неё колючки. К чести собравшихся, нужно сказать, что ударов в этот раз потребовалось целых два.
Постепенно эксперимент набирал обороты. Я упорно громил все усилия группы волшебников грубой физической силой, но те упорно продолжали находить новые способы воздействия на многострадальные корнеплоды. Я внимательно наблюдал за происходящим и тщательно собирал крупицы необходимой мне информации.
Когда бочонок в углу показал дно, а по полу уже был раскидан ошмётками полноценный обед для всей княжеской дружины, у нас случился прорыв. Прорыв моего несчастного сапога.
Лежавшая на полу одинокая репка сияла от десятка мощнейших бафов пятью разными цветами. Яромир что-то бормотал себе под нос, навешивая последний слой защиты на наш манекен. Трибуны замерли в предвкушении. Кто-то из гридней, украдкой жевал случайно прилетевший ему под ноги кусок дармового угощения. Остальные также не отрывали глаз от имитации нашей будущей группы, и я не стал медлить.
— Зар-р-р-раза! — болезненно рыкнул я и запрыгал на одной ноге.
— Получилось! — удивлённо воскликнул Храбр. — Цела репа осталась!
После нескольких десятков ударов доски пола не выдержали и проломились вместе с закованным в магическую броню корнеплодом. Несколько щепок крайне неудачно воткнулись между подошвой и моим сапогом. В этот момент я узнал, что кожаная обувь местного производства имела ряд безусловных недостатков. Например, слишком редкие швы.
— Боги дали нам знак, братья, — пока я добирался до лавки, провозгласил Яромир и указал на криво выломанную доску. Слом напоминал трезубец. Если очень сильно этого захотеть, конечно. — Встретим Валдиса у Седой горы. Его войско не минует этого места. У нас ещё есть время прибыть к мосту первыми.
— Эмм… — растерянно протянул я, наблюдая за поднявшейся суетой, — Вообще я немного не это имел в виду…
— Собирайся, Алёша, — подойдя ближе и положив руку мне на плечо, проникновенно воскликнул Яромир. — На твои слова откликнулись боги, тебе и вести дружину в бой.
— Может, я в штабе останусь? — неуверенно предложил я. Вероятность с ходу оказаться в гуще самой настоящей битвы резко охладила мой энтузиазм. Подготовка планов и стратегий как-то не вязалась у меня в голове с кровопролитным сражением. И как с реконструкторами тут точно не выйдет. Никто из тевтов не будет ждать, пока упавший противник поднимется и снова возьмёт меч. Максимум, на что можно рассчитывать — это милосердный удар острой железякой по шее. — Вдруг надо будет тактику пересмотреть или ещё чего…
— Нет, Алексей, — величественно покачал головой старец. — Если тебя с дружиной не будет, то и пророчество может не сбыться. А нам это допустить никак нельзя. Боги смотрят на нас!
— Ну, хорошо, — вздохнул я. Все присутствующие, довольно потирая руки, двинулись к выходу. На лицах многих, особенно на богатырских мордах гридней, я заметил нездоровый ажиотаж. Подобной реакции на начало кровавого похода я никак не ожидал. — Оружие мне хоть дадут?
-Дадут, Алёша, — тепло улыбнулся Яромир. — Голым животом родную землю не защитишь. Завтра подберём тебе что-нибудь по руке и умению.
— Завтра? — переспросил я.
— Завтра, Алёша, — кивнул Яромир. — Выступите с рассветом. А сейчас идём на прощальный пир. Проводим вас, как велели предки, в последний путь. Всё честь по чести.
-Ага, — вяло улыбнулся я. Несмотря на голод, идти на собственные поминки как-то не хотелось. Вернее, не хотелось очень и очень сильно, но старик крепко взял меня под руку и чуть не волоком попёр в княжий терем.
К моменту нашего появления вся компания уже расселась за длинным столом, а княжна заняла одно из двух кресел на небольшом возвышении. Кое-кто уже успел макнуть усы в объёмистые деревянные кружки с напитками. По просторной комнате расплывались густые запахи мёда и браги.
Через несколько минут к столу потянулась вереница слуг с разнообразными кушаньями на любой вкус и аппетит. Соленья, варенья, грибы сушёные и квашеные. Зелень и репа во всех возможных видах. Первый десяток крепко сбитых парней притащил только холодные закуски и собравшиеся не спешили приступать к еде.
Я же ел в последний раз ещё в прошлой жизни и желудок тут же мне об этом напомнил. Запахи кружили голову и заставляли слюнные железы работать на пределе своих возможностей. Чтобы банально не захлебнуться, я вынужден был под неодобрительными взглядами матерых придворных приступить к еде. И сам не заметил, как вошёл в раж и начал грести к себе всё, до чего мог дотянуться.
— Эк тебя разобрало, княжич, — крякнул сидевший справа от меня Никита. — Ты не торопись так. Не торопись! Не ровён час, подавишься или кишки порвутся.
— Ничего, — бодро ответил ему с другой стороны Яромир и от души врезал мне по спине. Кусок надкушенного мной гриба от такого издевательства, выстрелил через стол, повиснув в бороде лекаря. — В походе не до того будет. Там и придёт в себя. Ты ешь, Алёша, ешь и никого не слушай. Это перед боем наедаться вредно. Коли брюхо вспорют, то считай, покойник. Только кишки успевай собирать.
За столом грянул дружный смех, а у меня кусок застрял в горле. Чёрт, неужели это всё реально и мне действительно придётся убивать настоящих людей? В том, чтоэти люди попытаются убить меня -я нисколько не сомневался, а вот что при этом буду делать я — большой вопрос.
Тяжёлые мысли отбили мне аппетит, но ненадолго. Минут пять я слушал застольные речи, а потом снова начал есть. Правда, значительно медленнее. Первый голод уже прошёл, и я стал более придирчиво выбирать наиболее привлекательные блюда.
Ровно до тех пор, когда в пиршественный зал, как орда безумных степняков, не ворвались запахи горячей еды. Новая вереница слуг притащила несколько видов каш, жаркое из утки, фаршированных яблоками диких гусей, пару зайцев и блюда с тушёными овощами.