Последний русич (СИ)

Я себя таким не считал. Хотя временами искренне хотелось верить, что это я просто сошел с ума, а не весь этот странный мир, со своими правилами и законами…
Меня встретили хмурыми взглядами и суровым молчанием. Дружинники, в отличие от меня, не питали иллюзий по поводу итогов нашей операции. На лицах многих я видел суровую решимость защищать свою землю до последней капли крови. Они отправлялись в бой за свой род, своих близких и свой город. А куда отправлялся я?
Какой-то парнишка подвёл мне гнедого коня и опустился на одно колено рядом со стременем. Я пару секунд смотрел на него, пытаясь понять суть неизвестного мне ритуала. Мой опыт верховой езды ограничивался парой вылазок на природу. Одна закончилась без происшествий, а вторая — сильным ушибом и вывихом плеча. Лошадь чего-то испугалась и понеслась через бурелом, потеряв меня где-то на середине пути. С тех пор я любил этих грациозных животных издалека, но сейчас избежать близкого знакомства точно не выйдет.
— Обопрись, княжич, — шёпотом произнёс парень и качнул коленом, — Положено так, чтобы все силы на борьбу с врагом потратить.
Ну, положено, так положено. Я, стараясь не сильно давить на мальчишку, быстро забрался в седло и подобрал поводья. Дружина делала вид, что наслаждается отдыхом перед дальней дорогой и не видит моей растерянности. Храбр подошёл к моей лошади и что-то скормил ей с руки.
— Боги в помощь, Алёша! — тепло улыбнулся старик, — Ждём вас обратно с победой.
— В добрый путь, — напоследок взмахнул рукой Яромир и все старцы начали наперебой желать нам удачи и успехов во всех начинаниях.
Что-то подобное я видел на вокзалах, когда старшее поколение провожало сыновей и внуков в армию. Вот только сейчас мы ехали не в учебку, и у Седой горы нас не ждал старый прапор, который несколько месяцев с помощью мата и армейского устава будет учить нас ходить строем.
Никита возглавил колонну и весь отряд тронулся с места. На панели умений отразилась активация личного навыка десятника, и все гридни как-то разом подтянулись.
Отряд покинул княжий двор и двинулся по полупустым улицам в сторону западных ворот. Меня мучали противоречивые чувства и сомнения.
С одной стороны, новый мир открывал просто невероятные возможности. Здесь можно было прожить жизнь заново и научиться множеству удивительных вещей. То же исследование непонятной системы богов могло занять много лет. Я был уверен, что в ней скрыт просто невероятный потенциал, просто местные никогда не стремились его изучить.
А с другой стороны… Все эти чудеса были крепко замешаны на человеческой крови. Люди резали друг друга, как скот и мне было совершенно непонятно, из-за чего идёт эта грызня. Кто такой этот верховный князь? Кто такой Валдис и почему он идёт штурмовать Смоленск?
Чтобы как-то отвлечься от неприятных размышлений, я решил более подробно изучить доступные вкладки интерфейса. Око богов — по-местному. Начать стоило с самых азов. С инвентаря, если тут такой вообще имелся. Имелся. И в нем даже можно было найти цифровые характеристики всего моего снаряжения, включая коня. С которым, к слову, что-то явно было не так. Картинка моего скакуна с именем Рыжик была подсвечена зелёным. Но не обычным, а с каким-то гнилостным оттенком. Предчувствуя неладное я вызвал справку и увидел тревожное уведомление:
"Животное отравлено. Степень отравления — низкая. Скорость передвижения снижена на пять процентов."
  
Глава 7
 
Я пришпорил Рыжика и, с горем пополам, догнал Никиту. Колонна шла не особенно быстро, но узкие улицы и встречные прохожие затрудняли движение. Десятник чуть придержал своего скакуна и вопросительно посмотрел на меня.
— С лошадью моей что-то не так, Никита, — с ходу произнёс я. — В око богов заглянул, а там говорится, что отравлен Рыжик.
— Сильно? — осматривая животное, невозмутимо уточнил воин.
— Вроде нет, — неуверенно ответил я. — Написано, что отравление слабое. Может, вернёмся, пока далеко не ушли?
— Застоялся, видать, родимый, — улыбнулся десятник и ласково потрепал моего коня по шее. Лошадь Никиты недовольно фыркнула и даже сбилась с шага от такого возмутительного поступка своего наездника. — Или сожрал чего не то. Твой зверь тот ещё проглот. Если к ночи не пройдёт, то будем смотреть, княжич. Может, на заводного тебя пересадим, а Рыжик поклажу повезёт.
 
Впереди показалась крепостная стена. Через ворота двигался непрерывный поток людей в обе стороны и мне пришлось вернуться в хвост колонны, чтобы случайно никого не затоптать. Никита что-то крикнул стражникам, и те быстро расчистили для нас коридор. Горожане и приезжие проводили отряд хмурыми взглядами, но никакого возмущения среди них я не заметил. Княжеских дружинников уважали, а их привилегии воспринимались смолянами, как должное.
Вскоре город остался позади и за первым же холмом мне открылся потрясающий вид на зелёные поля и густые рощи. В моём мире и времени на месте этих просторов были только жилые районы и промышленные объекты. Люди безжалостно вырубали леса, освобождая место для своих целей.
Но здесь и сейчас вокруг была почти нетронутая природа. Даже утрамбованная до плотности камня дорога воспринималась как неотъемлемая часть пейзажа, а не как что-то инородное. Наверное потому, что вдоль неё не было полосы отчуждения шириной в десяток метров, заваленной мусором и бумажными стаканами из всевозможных забегаловок.
Воздух пах горячим разнотравьем и пылью. Кони перешли на рысь, а бойцы отряда стали внимательнее смотреть по сторонам.
— А ну, парни! — неожиданно рявкнул Никита. — Подмогнём животинкам, чтоб бодрей бежали.
Кто-то из дружинников затянул унылую песню, которую быстро подхватили остальные гридни. Что-то из разряда «Ой ты гой еси, добрый молодец». Возможности переключить трек на что-то повеселее у меня не было, и я вернулся к изучению интерфейса божественной системы, где обнаружил очередной сюрприз.
«Получено временное усиление отряда „Поход“ — скорость передвижения ездовых животных увеличена на пять процентов. Расход выносливости сокращён на десять процентов. Время действия — один час».
Заунывная песня заиграла новыми красками. Самое интересное было в том, что конкретного активатора у этого усиления не было. Оно как бы находилось вне системы скилов и было своеобразной аурой.
Получалось, что местные жители тоже могли использовать магию, пусть и в таком, плохо контролируемом, виде. Никто из дружинников, кроме десятника, не принадлежал к Роду и собственного интерфейса у них не было. Однако коллективное творчество ратников напрямую влияло на ткань реальности. Именно ратников, потому что Никита петь не стал. Как и я.
Это наталкивало на определённые мысли. Возможно, в далёком прошлом этого мира божественные силы были доступны абсолютно всем. Но кого-то это не устроило. Была создана технология, которая искусственно выделила из человеческого общества правящую касту не только социально, но и на более глубоком уровне, создав барьер между знатью и обычными людьми.
Такой подход показался мне несправедливым. В моём мире так же делились финансовые ресурсы между разными слоями общества. Кто-то от скуки покупал яхты и самолёты, а кто-то едва сводил концы с концами, впахивая на трёх работах. Здесь принцип был тот же, вот только обычный крестьянин даже в лотерею выиграть не мог. Он так и оставался всю жизнь существом второго сорта. И его дети. И внуки… Если только кто-то из господ не снисходил до брака с кем-то из них. Неприятно это всё…
«Так заповедали боги!» — грубо вторгся в мои размышления голос бывшего владельца моего нового тела. — «И не тебе их судить, пришлый. У всех своя ноша и свои тревоги».
— Хорошо рассуждать, когда ты сидишь на самой верхушке пищевой цепочки, — пользуясь тем, что рядом никого не было, вслух ответил я. — Ты это крестьянам и горожанам скажи, которые от зари до зари спину гнут, чтобы ты хорошо кушал и одежду красивую носил.