Фронтовик (СИ)
В оптическом прицеле показался офицер госбезопасности, новенькие погоны капитана так и сверкали, я чуть опустил ствол, в грудь целился, и потянул спусковой крючок. Выстрел. Ну вот и всё, это последний из моих мучителей. Три месяца в застенках НКВД, кого угодно сделают крайне мстительной личностью. Выслеживал я их долго, подбираясь, выискивая места лёжки, после чего приводил приговор в исполнение. Всегда это смерть. Это седьмой сотрудник НКВД, из тех что работали со мной, и последний.
Быстро убрав оружие, сильно хромая изувеченной ногой, я покинул место лёжки, и вскоре на своём фаэтоне удалялся прочь. Дистанция полкилометра, пусть ищут. Оружие с глушителем было, оно хорошо глушит, только хлопок слышно. А пока машина покидала территорию столицы, думаю стоит описать, вообще что это такое было. Началось всё не так и хорошо, то ли по ошибке, то ли специально велели, но я попал к настоящим маньякам. А меня за шпиона приняли, натянул личину и в Союз пробрался, где старался честным фронтовиком казаться. Такая официальная версия. Потом спохватились, но поздно. А мясники эти так поработали, что калекой меня сделали, даже моя регенерация не помогала, и перекидываясь в волка оставался калекой. Из трёх месяцев, два я провёл в коме, последствия контузии и ударов по голове. Очнулся в госпитале. От меня постарались избавится. В общем, доказать, что я враг, не смогли, а медицинская комиссия меня комиссовала. Нога левая не гнётся, колено повреждено, два пальца изувечены, рёбра сломанные, травма головы, шрамы по всему телу, хорошо меня отделали, особо не стесняясь применять силу и пытки. Судя по действиям мясников, в живых оставлять меня задачи не ставилось, иначе бы работали более тонко, без следов. Зря меня не убили, я самая мстительная сволочь что была в столице, не жить им, и это факт. Госпиталь покинул уже в середине октября, с бумажкой в руке, что комиссовали. Наград и звания меня не лишали, всё осталось, вот и двинул в управление кадров РККА. Я не только всё оформил как полагается, но даже смог выбить свой орден, тот «Боевик» за бои в Крыму. Он только через неделю прибыл, и я его получил. К тому моменту меня уже вывели из рядов Красной Армии, и я даже получил на руки паспорт, тут же в Москве. Пока без прописки.
А перебрался я в Сыктывкар. Как фронтовику и орденоносцу мне выделили квартиру, пусть дом бревенчатый, но вполне неплох. Устроился я шофёром в лесозаводе, на грузовике возил вахту лесорубов. Травмы есть, это да, но управлять мог, а права мне сделали. Зиму отработал без нареканий, это чтобы в столице обо мне забыли, сразу мстить нельзя, быстро на меня выйдут. Да что это, я даже женится успел, да как-то так получилось. Очень хорошая девушка восемнадцати лет, только школу закончила с отличием, десять классов. Первого я убил быстро. Это в марте было, сказал жене, та в положении, пятый месяц, что иду на охоту, ружьё есть, на несколько дней, в хижине на зимнике переночуем, и ушёл, на два дня. Отгулы у меня были. Сам же со льда реки взлетел и напрямую к Москве, прямо днём. Дальности «мессера» как раз хватило, с пустыми баками садился. Выследил, и убил первого из мясников. Ножом, работал под гопников. Вернулся, действительно кабана добыл, и домой, с соседями мясом поделился, вокруг леса, но всё равно как-то голодно. Хозяюшка моя, Таней её звали, отнесла часть мяса и ливера матушке. Она тут же жила, в городе, частное подворье имели и огород. Причём, у Танюши хватало родственников в городе, всякие тётушки, и дядюшки. Сам я активно пускал слухи, что лечусь. А был план. Да магёныша встретить в лесу под Житомиром, шанс есть, и я не хотел его упустить. Может и не встречу его, ту копию из параллельного мира, которая меня не знает, но надежда умирает последний. Буду ждать. Вот так я и летал к Москве, выслеживая и ликвидируя. В разное время, разными способами, чтобы не вышли на меня. Даже если подумают на меня, то где доказательства? Я далеко живу. Сыктывкар не ближний свет, ровно тысяча километров по прямой. Множество свидетелей подтвердят, что я надолго город не покидал, разве что являюсь фанатом охоты и часто в лесах пропадаю, но ненадолго, два, край три дня, и всегда с добычей. Кстати, на охотников тоже налог наложен, на мясо. Часть добычи приходится сдавать. Я сдаю, всё честно.
Так вот, последнего из своих личных врагов, я уничтожил в мае сорок третьего. Сегодня. Двадцатого числа. Всё, закончил, это ещё хорошо все семеро тут и служили, не перевели куда, возвращаюсь домой, и жду до середины июня, там перебираюсь под Житомир, и буду искать магёныша. Это мой шанс, не хочу его упустить. Тут порядок, покинул столицу, и с песчаной косы, как стемнело, взлетел. За три часа добрался до Сыктывкара, сел на берегу реки, место удобное, не в первый раз пользуюсь, и глухое. Обслужил самолёт, заправил, надо будет запасы топлива пополнить у немцев, в тело волка перешёл и побежал на охоту. Хромая, это да, но нос здорово помогал. Выследил кабана, крупного, и уже в виде человека подстрелил. Пришлось быстро разделывать, потом волокушу делать и тащить к своим, но это для вида, так-то всё в хранилище переносил. Остаток ночи поспал на опушке и часов в десять дня проснулся, а там на попутной машине довезли до дома. Я мясом поделился, шофёр знакомый. А там ждали, двое сотрудников НКВД, и один знакомый, следователь. Он меня не трогал, претензий к нему нет. Всё же вышли на меня. Да ладно, шучу. Тёща была у нас, и соседка по дому. Дом-то на шесть квартир.
Пока те часть мяса готовили на фарш, мясорубка у нас была, да и вообще заготовки делали, отложив ещё часть, сдать мясо государству, я отмывался под раковиной. Водопровод в доме есть, но и всё. Удобства на улице. Для местного времени вполне в порядке вещей. Кстати, мясо я не носил, сами через полчаса приехали и забрали. Тот знакомый шофёр по моей просьбе заехал куда надо, и сообщил. Это не в первый раз, адрес те знали. И насколько я знал, мясо идёт в столовую комендатуры и ближайшие воинские части. Это два тыловых госпиталя, что на территории города были. Да, они у нас есть. Туда мясо идёт и от других охотников. Вот так протираясь полотенцем, я оделся в домашнюю одежду и прошёл на кухню, где заготовками занимались. Стоит описать ту квартиру, что мне дали, даже не комнату. Она из двух помещений, печка одна и топит всё, и готовят зимой на ней, а летом, ну или в мае, как сейчас, на керогазе. Запасы керосина у меня были. В общем, с лестничной площадки попадаешь в коридор, тут вешалка. Справа сплошная стена, за ней соседняя квартира, слева, дверь в спальню где два окна, и прямо дверь на кухню, угловая комната с восьмью окнами, по четыре на две стороны, где и стояла печь. Большая комната. Тут же раковина с краном, но мылся я не под краном, Таня набрала воды в тазик и отнесла мне в спальню, хотя носить тяжести в её положении, всё же седьмой месяц, явно не стоит. Да там немного воды, она потом за чайником сходила и горячей полила. На кухне же работали её мать и соседка. Да они меня и ждали, примерно знали, когда появлюсь. Готовились варить домашнюю тушёнку, уже всё готово было, включая ёмкости. Заготовки на зиму делают уже сейчас. Часть соседке уйдёт за помощь. Немного мяса на фарш пустили, а то закончился. Котлетки будут делать. Что ещё скажу? По тёще, то Таня у неё единственная дочь, муж на фронте, забрали зимой сорок первого, артиллерист, тяжёлый пушечный полк резерва Ставки, крепкий мужик. Так что дочка у неё одна отрада. А тут я, калека, похитил её золотце. А дочка влюбилась без памяти, да и я тоже свою жену обожал, жили душа в душу. Та это видела и особо не лезла, хотя бывала у нас часто, и Таня к ней ходила, не оставляла матушку одну, помогала по хозяйству. Да и я с огородом, он у них не маленький. И другим родственникам помогали, те тоже часто у нас были, мясом я делился не жадничая.
А так готовились к появлению маленького, мальчика или девочки, пока не знали, но шили всё что нужно, от обычных пелёнок, до одежды. Я вот по факту беременности, Танюше подарил швейную машинку, со столом, и ножным приводом, в спальне стояла у шкафа, так что шили на ней часто. Нитки и что нужно я доставал. Да, забыл сказать, с квартирой шёл сарай в комплекте, как и у соседей, у меня так даже с погребом, но использовали его как дровяник. Делал запас дров на зиму и там хранил, когда нужно поднимая вязанки в квартиру. Так все соседи делали. И мне всё нравилось, эта зима просто восхитительная была, лучшая, можно сказать, во всей моей жизни. Даже жизней. Ну помимо глюков. Там и лучше было, но это глюки. Так вот, я вышел в коридор, уже переодевшись в домашнее, когда хлопнула входная дверь, там в прихожей сын соседки, десятилетний Саша скидывал обувь. Явно из школы, судя по сумке.