Тайна Изумрудного города. Особенности болотной криминалистики

Хин лишь улыбнулся, пружинисто поднялся и, энергично подойдя, перехватил энергетические нити подпитки фантома. Они налились природной, стихийной магией Тьмы, которой щедро делился мужчина, и труп гнома тут же стал выглядеть материальнее некуда.
– Так лучше?
– Да, – обреченно ответила я, думая, как бы корректнее сообщить преподавателю, что вопрос я прослушала.
– Чудно. Значит, уже ничто не помешает нам все же узнать, от какого именно воздействия умер этот гном. Итак, Миямиль, представьте, что вам доставили это тело и просят выдать заключение. Что вы можете нам сказать, опираясь на свою немалую базу знаний в артефакторике?
Фу-у-у-у-ух! Я подавила порыв широко улыбнуться и сказать главному ужасу Малахита сердечное спасибо.
Обошла по кругу трупик, приподняла куски одежды, отнимая от обгорелой кожи, и нервно прикусила губу.
– Поражение тканей свойственно нескольким видам защитных предметов, но благодаря вашей информации мы сужаем поиск до амулета Вирдана. С ходу хочу отметить нетипичность случая. Этот амулет обладает точечным, но максимально эффективным воздействием, и обычно удар направляют в грудную клетку или голову. Тут же поражена вся верхняя часть тела, в том числе и руки.
– Ваши предположения? – заинтересованно наклонил голову Мастер, по-прежнему удерживая нити и даже слегка перебирая их, словно струны.
– Гнома нашли в мастерской?
– Да, – он ещё раз чуть заметно улыбнулся, словно поощряя мою логическую цепочку.
– Тогда я бы подумала, что на финальном этапе работы над амулетом мастер просто допустил ошибку, за что и поплатился.
– Интересная гипотеза. Но ошибочная. Будут еще варианты развития событий?
– На удивление сильно повреждены руки и лицо. Он был совсем без защиты, а все, кто связан с творением амулетов и артефактов, не заходят в мастерскую без защитного костюма или хотя бы перчаток и очков.
– Совершенно верно. Но дадим шанс проявить себя остальным! Какие предположения на тему произошедшего в мастерской есть у аудитории?
Амириль тут же вскинула руку и, получив позволение, сообщила:
– Я бы допустила мысль, что амулет уже после использования пытались зарядить еще раз. А делать этого нельзя. Амулеты на то и амулеты – вещи одноразового использования, сила в них вливается на финальном этапе изготовления, и больше сосуд к повторному наполнению непригоден. Неоднократны случаи взрывов.
– Нестыковка всего одна: амулет цел[1]. А при повторном наполнении и взрыве они распадаются в пыль, – покачал головой Мастер Пытки. – Ещё?
– А дело раскрыто? – внезапно спросил один из лепреконов.
– Да. – Улыбка с лица Мастера не слезала, и он помахал в воздухе простой бежевой папкой с надписью «Архив следственного департамента. Дело № 104». – И, если хотите, вот тут у меня есть материалы. Кроме финального заключения, конечно.
– Анализ амулета тоже?
– Да, Миямиль. Заключение артефактолога и прочие интересные бумажки. В общем, дорогие студенты, до конца пары осталось двадцать минут. Если вы единым мозговым штурмом сможете разгадать загадку, то вся группа получит «отлично». Ну а если нет, то я жду рефераты о воздействии амулетов на живые ткани.
– В качестве домашнего задания?
– Ох, наивные вы мои, – прямо-таки умилился Хин. – Нет, ребята, в дополнение к нему. Итак, принимаете условия?
Мы немного подумали, переглянулись и решительно кивнули. Мастер Пытки передал папку с документами, и в нее тотчас закопались жаждущие халявы студенты.
Сам Хин совершенно не по-преподавательски закинул ноги на кафедру и смотрел на нас полным снисхождения взглядом.
Гад. Нашел развлечение, называется.
Впрочем, почти сразу меня затянула загадка этой мутной истории. На нас с сестрой насели остальные ребята, так как специалистов по артефакторике тут больше не было, и они старательно вытягивали все, что мы могли вспомнить.
– Время вышло! – как гром среди ясного неба прозвучал голос преподавателя. – У вас есть что сказать… дорогие мои детишечки?
Немного посовещавшись, в качестве главного оратора решили выдвинуть… меня. Я даже пискнуть не успела, как в руки впихнули записи группы, а меня саму вытолкнули на амбразуру.
 
– Леди Гаилат, – удовлетворённо кивнул Хин и широким жестом разрешил. – Вещайте!
– Изучив предоставленные материалы, мы пришли к выводу, что это убийство по неосторожности, – постепенно набирающим уверенность голосом начала я, нервно стискивая бумаги. – Амулетов было два. Тот что нанес повреждения и второй, найденный следствием. У мастера был очень способный сын, который проводил эксперименты на тему возможностей многократного заряда амулетов после использования. Но сам учитель был ярым сторонником старой школы и слышать ничего не желал про такие нововведения. Как понимаю, во время очередного конфликта молодой гном наполнил силой амулет, передал его отцу, и тот взорвался. Испугавшись, он подбросил в руки покойника такой же артефакт, который и остался целым. Вот наш вердикт. Никаких других вариантов мы на данный момент не видим.
Пауза была достойна лучших театральных подмостков. Но, выполнив свою функцию по запугиванию народа в нашем лице, Мастер Пытки лишь коротко кивнул и сообщил:
– Совершенно верно. Я рад, что не ошибся в вашей группе и что руководство ваших университетов не просчиталось, выбирая кандидатуры на обучение по обмену. А теперь все свободны, кроме Миямиль Гаилат.
На меня смотрели сочувственно, на Мастера изумленно.
Я мысленно вознесла хвалу за то, что основная масса студентов даже не может допустить мысль о том, что легендарный Мастер не только чудовище, но и мужчина.
Я бы тоже предпочла и дальше пребывать в неведении по этому поводу, но, к сожалению, мое мнение тут не учитывалось.
А жаль.
Амириль нарочито долго собиралась и, судя по нехорошему прищуру голубых глаз, собиралась задать преподавателю немало вопросов, после того как «лишние уши» выйдут из аудитории.
– Ами… не стоит.
Я коснулась запястья двойняшки и выразительно мотнула головой в сторону выхода. – Поверь, я справлюсь.
– Ты уже справилась однажды, – почти неслышно фыркнула в ответ девушка, но все же не стала со мной спорить.
Мы с Мастером остались одни.
Я прямо смотрела в синие глаза в нескольких метрах от меня, без слов демонстрируя, что больше не буду трястись от страха.
А он… он сложил руки на столе и на сцепленные пальцы опустил подбородок, с улыбкой наблюдая за мной. Внутренне дрожа от напряжения, я лишь ещё выше вскинула подбородок, вызвав этим тихий смешок Хина.
– Ты такая боевая… слов нет.
– Это хорошо или плохо?
– Это забавно, лепрегномик. – Он медленно покачал головой, с прищуром глядя на меня тягучим темным взглядом, который почти ощутимо скользил по моей коже, и хрипло добавил: – Ты зря убрала учебные материалы.
– Эм?..
Да, я тупила! Но попробуй похвастать остротой мышления, когда ты наедине с самым странным мужчиной в твоей жизни, который вдобавок непонятно что от тебя хочет.
Он поднялся одним слитным, тягучим движением. Потянулся, разминая мышцы, и двинулся ко мне.
Сердце суматошно застучало в груди, забыв про всякий ритм, а после рухнуло в низ живота, чтобы замереть там без движения.
Тишина, казалось, звенела в ушах…
Мастер поравнялся с моим столом, и его пальцы коснулись моих заплетенных в косы волос, подцепили выбившийся завиток, заправили за ухо. Низким, хрипловатым голосом спросил:
– Мия-а-а-а, как ты думаешь, чем мы сейчас будем с тобой заниматься?
Ощущая, как прохладные пальцы недвусмысленно скользят по шее, я судорожно схватила учебник и выдохнула:
 
– Практической криминалистикой!
– Вот именно, радость моя, вот именно, – спокойно согласился Мастер и, оставив мои волосы в покое, вернулся за кафедру. Вновь развалился в, несомненно, удобном профессорском кресле и, махнув рукой, заявил: – Домашнее задание сейчас сделаешь, лепрегномик. По всем предметам.