Ловушка для видящей (СИ)

Лаборатория была действующей. Мимо нас несколько раз проходили люди, и за матовыми стеклами по обоим сторонам коридора почти везде горел свет.
Чем отличалась очередная дверь от предыдущей, я не поняла, но шеф уверенно остановился напротив нее и коротко постучал.
— Виктор, — поднялся нам навстречу сухой мужчина восточной внешности.
— Айт, — протянул ему руку начальник и представил меня:
— Это Святослава, видящая из моего управления.
— Айтмагамбет Нурланович, — сам представился мужчина, аккуратно пожимая мою ладонь.
— Очень приятно, — пробормотала я, тайком оглядываясь. Кабинет был любопытным — инструменты, колбы, установки и приборы. Воспользовавшись тем, что мужчины увлеклись разговором и не обращают на меня внимания, я пошла вдоль стены, разглядывая устройства, большая часть которых была абсолютно непонятного назначения.
Не знала, что Вик работал с лабораториями. Хотя, что тут странного, образование у него было техническим, узко направленным на изучение сущностей. Я только думала, что он работал здесь также в управлении, но точно этого не знала. Выходила из комнаты, если Ярик начинал рассказать родителям о работе друга. Слава Пречистому, я это переросла.
— Держи, Виктор, — говорил мужчина шефу, когда я вернулась к ним, — могу дать не больше двенадцати штук — мы их ещё даже по столице не распределили.
— Спасибо, Айт, я не забуду, — кивнул шеф и забрал из рук бывшего коллеги небольшую коробку.
— Что там? — спросила я уже в машине.
— Новые щиты. Завтра как раз опробуем на площадке.
— Щиты? — я покосилась на коробку. Айт… в общем, бывший коллега шефа сказал, что в ней двенадцать щитов. Те щиты, которыми были оснащены оперативники были настолько массивными, что некоторые бригады даже отказывались от них в пользу мобильности.
— Да, новая разработка. Очень перспективная. Завтра оценишь.
— Ясно. А теперь куда?
— Теперь, как обещал еще в офисе — праздновать твой день рождения.
— Обещали? Виктор Андреевич, честное слово, не стоит беспокоиться.
— Что ты, Святослава, никакого беспокойства, сплошное удовольствие.
Уставилась на шефа с подозрением.
— Понравился подарок? — спросил он, не глядя на меня.
— Красивый, — ответила я честно, — но выбор странный.
— Почему?
— Такие подарки не дарят сотрудникам.
— Верно.
— Виктор Андреевич, я никогда не любила ребусы…
— Я помню, — неожиданно тепло улыбнулся он, — тебе никогда не хватало терпения.
— И?
— Будь чуть терпеливее, скоро все узнаешь.
Примерно через час, не заезжая в столицу, мы припарковались на подземной парковке огромного развлекательного комплекса.
Пока поднимались на эскалаторе, я молчала, с любопытством оглядываясь. Кинотеатры, боулинг, игровые автоматы, детские лабиринты.
— Это правда каток? — удивилась, когда мы добрались до верхнего этажа.
— Только не говори, что разлюбила, — сказал шеф, легко улыбаясь.
— Не буду, — покачала головой, — но несколько лет на коньки не вставала.
Пока я разглядывала каток и немногочисленных посетителей, шеф ушел за коньками. Я подняла голову и замерла, завороженная. Над нами царила ночь. Большинство людей никогда не видели ночного неба вживую, только через оконные стекла, а здесь все выглядело настоящим: мерцающие звёзды, лёгкие почти невидимые облака, темная бесконечная синева.
Даже не заметила, как вернулся шеф. Вздрогнула, когда он опустился передо мной на колени.
— Важно плотно зашнуровать коньки, Свята, — наставительно сообщило начальство. — Не хватало нам растяжений.
Безропотно проследила, как он обувает меня как маленького ребенка, тщательно затягивает коньки. Потом мне помогли подняться и отправили на лёд.
— Покатайся немного, я сейчас тоже приду.
Проехала круг, привыкая. В детстве мы часто ходили на каток — и с родителями, и с подружками. Но больше всего мне нравилось кататься с Яриком и Виком. Каждый такой поход оборачивался шумным приключением с догонялками, играми и снежками.
— Держи, — Виктор Андреевич догнал меня и резко развернулся прямо передо мной, продолжая двигаться вперёд спиной.
 
— Я смотрю, вы навык не растеряли, — хмыкнула я, принимая у него из рук высокий бумажный стаканчик. Приятно горячий.
— Навыки, заложенные в детстве — самые надёжные, — рассмеялся он.
Отвернулась. Не хочу видеть его таким — слишком похожим на себя прошлого — того, в кого я по глупости так отчаянно влюбилась. Осторожно отпила напиток — пряно-ванильный, сливочный. Мой любимый.
— Откуда…
— Просто помню.
Он все также скользил передо мной, изредка оглядываясь, чтобы не врезаться в других посетителей. А потом освещение мягко потухло, а медленная музыка стала чуть громче. Мы оказались в ночи, под открытым небом, окружённые лишь мелодией и светом мерцающих звезд.
И это было действительно трогательно. Как будто я вернулась в прошлое, где все безоблачно и ясно, а призраки кажутся редкими существами, которых можно и не встретить ни разу в жизни. Легко вообразить, что я провожу обычный выходной рядом с любимым мужчиной, который по-настоящему заботлив и внимателен, вот только…
Наверное, я сильно злопамятна, а может, просто переросла свою первую влюбленность. Или просто выросла.
— О чем думаешь, Свята?
— Честно?
— А можешь по-другому?
— Не могу, — улыбнулась немного грустно. — Думаю, что была бы счастлива провести такой день лет пять назад.
— А сейчас?
— Все хорошо, правда. Просто, несколько поздно.
— Поздно будет, когда нас станет, Свята. Пока мы живы, всегда можно что-то изменить. Просто расслабься.
И я послушалась.
Возвращались мы уже в лёгких сумерках, за пределами комендантского часа.
— Переоденься и попробуем щиты, — сказал Виктор Андреевич, помогая мне выйти из машины.
— Что, правда? Вы же сказали, что позанимаемся с ними завтра! Нужно было предупреждать, я не стала бы есть торт, — возмутилась я, начиная неравную борьбу с сытой сонливостью.
— Времени до сна ещё много, жаль тратить впустую, — сообщил шеф, смягчив серьезные слова улыбкой. — Жду тебя через полчаса в операторской.
Я вяло кивнула. И также неохотно побрела переодеваться. Двигаться не хотелось. Хотелось свернуться в клубочек в гнездышке из одеял и подушек и не вылезать из него до следующего утра.
Виктор Андреевич ждал меня в операторской, одетый в костюм для испытаний.
— Толик, поставь нам парный режим и добавь последние щиты — хотим отработать их.
Ага, очень хотим. Мечтаем просто.
Шеф отдал последние инструкции молодому оператору, подошёл ко мне и протянул небольшой круглый диск с креплением как для часов посредине.
— Что это? — нервно усмехнулась я, разглядывая предмет.
— Это новый щит. Дай левую руку. Не туго? На ремешке есть кнопка, активирующая его. Видишь? Хорошо. Нажмёшь по команде.
Кажется, этот лабиринт будет снится мне ночами — неестественно длинные коридоры, резкие повороты, нефункциональные проемы в стенах. И противный синий свет, льющийся отовсюду и ниоткуда.
— Включай, — бросил шеф, когда перед нами вырос долмат. Сам он выставил перед призраком левую руку с таким же щитом, и от диска паутиной выросла электрическая сеть.
— Ух ты! — восторженно сказала я и тоже активировала прибор. Паутина искрилась и сверкала, змеясь тонкими нитями от запястья в разные стороны и закрывая почти весь корпус.
Шагнула к начальнику и встала рядом. Электрические паутинки, словно живые потянулись друг к другу, переплелись, создавая единый заслон.
Компьютерная сущность, ещё более недалекая, чем настоящий долмат, кинулась прямо на щит и тут же отскочила, замедленная и ослабленная. Виктор Андреевич бросил под нее ловушку, и, не дожидаясь, пока та поглотит призрака, дал знак идти дальше. Ну да, стандартный проход — десять проклятых.
Мы справились быстро. То ли из-за щитов, то ли из-за того, что я не была одна.
— Это потрясающе, — высказалась сразу, как мы вышли обратно в операторскую, — это же прорыв! Фантастика!