Ловушка для видящей (СИ)
Но заехали мы в очень аккуратную — прямо с картинки — деревню. Или мини город. Несколько улиц с рядами небольших домов — разных, но в то же время похожих своей простотой и ухоженностью. Заборов практически не было, от улицы участки отделялись либо кустами, либо вазонами — большей частью пустыми, ввиду ранней весны или с вечнозелёными карликовыми растениями. Все дома и сады подсвечивались точечными матовыми фонариками, добавляя в картинку сказочного налета.
— Не ожидала? — хмыкнул Мит, глядя, как я припала к стеклу, разглядывая улицу.
— Красиво, — честно признала я. — Ты здесь живёшь?
— Нет. Здесь живут родители. И твоя племянница сейчас тоже здесь.
— Дим, а почему ты жил в корпусе, а не с родителями?
— Раньше так было принято, — сухо ответил охотник, заворачивая на лужайку у одного из домов.
— А сейчас?
— По-другому.
— Мира здесь? — спросила я, когда он выключил двигатель.
— Нет.
Резко развернулась к нему.
— Ты же обещал!
— Она уже заснула. Хочешь напугать ребенка посреди ночи?
— Ещё не ночь даже, — буркнула я, глядя на часы в машине.
— Слушай меня внимательно, мелкая. Все, что я тебе пообещал — это отвезти к племяннице. Я не могу дать гарантий, что смогу вывезти ее или даже тебя. Единственное, что могу пообещать — это то, что я постараюсь.
— Что мешает нам уехать так же, как приехали? Ночью?
— Камеры. Я, конечно, понимаю, что на меня тебе плевать, но мне ещё здесь жить. Второй раз отвертеться по малолетству не получится.
— Ясно. Что я должна делать?
— Веди себя так, словно хочешь стать одной из нас. Добейся того, чтобы тебя начали обучать. И в жизни пригодится и за тобой будет меньше контроля.
— Сколько, ты думаешь, нам нужно времени? — спросила я ошарашенно.
— А ты думала, что мы приедем, прорвёмся с боями в корпус, схватим Мирославу и рванем с ней в ведомство? Я не самоубийца, мелкая.
— Понимаю. Но моя родные, Пречистый Отец, что они подумают?
— Не реви, — вдруг зарычал дикий, хлопнув по рулю. — Ненавижу, когда ты плачешь.
Он стиснул зубы, вздохнул:
— Я найду для тебя возможность позвонить родителям. Или брату. Скажешь, что ты вместе с Мирой и ищешь способ ее спасти.
— Мит, — осторожно сказала я, вытирая слезы, которые действительно не смогла сдержать, — ведомство уже знает, что Мира у вас. Как и другие дети. Они перевернут область, обшарят каждое поселение, но найдут вас.
— Нет, Свята. Поверь мне, никто этого делать не будет. Все ограничится бесполезными добровольными отрядами.
— Почему ты так думаешь?
Охотник помолчал, постучал пальцами по рулю. Нехотя проговорил:
— Не могу пока сказать. Просто оно тебе не нужно.
— Но я хочу знать!
— Хочешь — узнаешь. Но не от меня. Пойдем. Устрою тебя на ночь.
Дмитрий вышел из машины, даже не оглянувшись по сторонам. Беспечно и спокойно, как посреди дня. Я вспомнила его хищные движения, напряжённую позу и торопливость, с которой он действовал у больницы. Видимо, в городке, как и на тренировочной базе, есть электрическая охрана по периметру. Странно, что я ее не заметила.
В доме было тихо.
— Родители спят? — спросила я шепотом.
— Их сейчас нет в городе, — ответил охотник, включая свет. — Есть хочешь?
Мне сразу вспомнился Вик с его извечным желанием меня накормить. И от этой мысли захотелось заплакать и улыбнуться одновременно.
— Хочу, — призналась я.
Дмитрий молча развернулся и ушел в глубь дома. Пожав плечами, последовала за ним. Домик был таким же аккуратным внутри, как и снаружи. Минимум мебели, максимум светлых тонов и дерева.
— Садись, — кивнул на стул Дмитрий, заметивший, что я стою в дверях, разглядывая кухню.
Послушно села на указанное место и стала наблюдать за диким. Мне ещё не приходилось видеть мужчину на кухне. И папа, и брат избегали этой комнаты во время готовки, как проклятого места, так что вид был занимательный.
Охотник быстро соорудил по паре бутербродов с сыром и зеленью для нас обоих, разогрел их так, чтобы сыр потек ароматной патокой, поставил передо мной тарелку и кружку с горячим чаем с малиной.
— Выглядит бесподобно, — облизнулась я, вдыхая дразнящие запахи.
— Видимо, мерещится от голода, — поддел меня Дмитрий, но улыбнулся добродушно.
— Как у вас устроена здесь жизнь? — спросила я, облизнув палец, на который упал сыр с последнего кусочка.
— Как у людей, — в обычной манере ответил Дмитрий.
Я вскинула на него глаза и тут же отвела, смутившись. Схватила салфетку и торопливо вытерла руки.
— Ты красивая, — задумчиво сказал Мит, разглядывая меня чуть прищуренными глазами. Такими темными, что радужку невозможно было отделить от зрачка.
— Спасибо, — выдавила я, неловко пожимая плечами, — такая же как все.
— Реагируешь так, словно слышишь в первый раз.
— Мы можем поговорить о чем-нибудь другом?
— Конечно, — насмешливо улыбнулся охотник. — Только завтра.
— Но…
Он нарочито зевнул, всем видом показывая крайнюю усталость, составил посуду в посудомойку и вышел из кухни, проигнорировав меня. Пришлось плестись за ним.
— Здесь гостевая комната, — сказал Мит, открыв одну из дверей на втором этаже. — Белье свежее, мать на этом помешана. Отдыхай. Утром познакомлю тебе с Ангелиной.
— Кто это?
— Все завтра, мелкая, все завтра.
Завтра наступило быстрее, чем я выспалась. Сначала я долго вертелась, хватаясь то за одну мысль, то за другую. Потом честно пыталась заснуть, но никак не могла, взбудораженная переживаниями за близких. И вроде только прикрыла глаза, и вот уже кто-то настойчиво стучит в дверь. Да так, что та сотрясается, грозясь вывалиться из косяка.
— Эй, мелкая! Подъем!
— Иду! — поднимая тяжёлую голову с кровати, прохрипела я.
— Кофе будешь? — крикнул возмутительно бодрый голос с той стороны двери.
— Буду! — отозвалась я и поплелась в смежную для двух гостевых ванную. Вчера из любопытства я сунула нос во вторую комнату, но она была стерильно пуста.
Поплескала водой в глаза, похлопала себя по бледным щекам, прополоскала рот и, промокнув лицо мягким полотенцем, прошла в знакомую кухню.
— Я могу дать тебе одежду матери, — хмыкнул Дмитрий, оценив мой помятый вид.
Вспыхнула, но кивнула. С собой у меня нет ни денег, ни других ценностей, которые можно было бы продать, а ходить в одной и той же одежде — то ещё удовольствие.
— Где я буду жить? — спросила я, прикрывая глаза от блаженства при одном только запахе кофе.
— Гостиниц здесь нет, — насмешливо сказал Мит.
— И?
— Поживаешь здесь.
— И что скажут твои родители?
— Их не будет до конца весны. Потом что-нибудь придумаю.
— Когда я смогу поговорить со своими родителями? — нервно спросила я, представив сколько седых волос у них прибавится за это время.
— Я думал насчет этого. Могу передать сообщение, если хочешь, — предложил внимательно наблюдающий за мной охотник. — До станции тебя не допустят в ближайшее время — это точно. А связь — только там.
— Что за станция? — заинтересовалась я.
— Узнаешь. Жуй, а то детей уведут на занятия, и до вечера не увидишь племянницу.
После этих слов своей завтрак я просто проглотила, практически не заметив вкуса. Допила кофе и выжидающе уставилась на неспешно жующего Мита.
— Ладно, пойдем, — сдался он через пару минут, отставляя тарелку. — Здесь недалеко, прогуляемся.
Днём город казался ещё меньше. Дом, в который привел меня Мит, был на параллельной улице буквально в десяти минутах неспешной прогулки. А мы спешили.
Дмитрий толкнул незапертую дверь и крикнул вглубь дома:
— Ангелина! К вам можно?
— Заходи, — раздался голос со второго этажа, — мы сейчас спустимся.
В доме было шумно. Слышались детские голоса, какой-то грохот, звон.
— Где мы? — спросила я, оглядываясь по сторонам: детская одежда и обувь, смешные картинки на стенах, покрашенных в яркие цвета.