В шкуре героя (СИ)

— Даже не думай, — по-прежнему отказываясь верить своим глазам, тихо произнес я.
Окинув меня насмешливым взглядом, Дензил щелкнул колесиком, высекая огонь. И через мгновение, показавшееся мне неправдоподобно долгим, как в каком-нибудь сюрреалистическом сне, когда время словно застывает на месте, датчик дыма загорелся красным, и следом завопила противопожарная сирена, а с потолка брызнул самый настоящий дождь, правда не такой сильный, как за окном. Не хватало только ветра. И кого-нибудь адекватного рядом, кто бы объяснил, как подобное может происходить в моей до недавнего времени довольно размеренной и предсказуемой жизни.
Вместо того, чтобы как можно быстрее выскочить за дверь, я остался стоять на месте, теряя драгоценные секунды одну за другой. Они утекали вместе с водой, которая стремительно впитывалась в одежду, пробираясь к коже. Холодные капли скатывались по моему лицу и волосам, портя грим, смывая злость на Дензила и эхо страха быть застигнутым при таких весьма пикантных обстоятельствах. А еще стыд перед Мией, которая наверняка что-то заподозрила. Скрученные упругой проволокой в один наэлектризованный клубок, мои эмоции ослабевали, подстраиваясь под стройный ритм дождя.
Заметив, что я не двигаюсь, Дензил недоуменно нахмурился. И, прикрываясь пиджаком, заспешил к выходу, но вдруг остановился, интуитивно уловив, но еще не понимая, что за эти секунды что-то успело неуловимо измениться. Карие глаза в обрамлении темных ресниц с тревожной тщательностью исследовали всего меня и снова поднялись к лицу, встречаясь с моими. И тогда он протянул руку, касаясь моей скулы кончиками пальцев. Его красивые и четко очерченные губы дрогнули, выдавая внутреннее напряжение.
— Злишься? — на его лице отразилось искреннее раскаяние. — Прости, что не удержался. Рядом с тобой у меня не получается думать головой. Я же тебя люблю.
Я машинально провел языком по губам, слизывая щекочущие капли и перестав замечать воду, лившуюся с потолка.
Бросив пиджак, Дензил молча обхватил меня ладонями за шею и нежно провел по ней пальцами, заставляя все мои мышцы сладко сжиматься. Он смотрел на меня с таким выражением, от которого у меня перехватывало дыхание, поглощая своими темными глазами, и я больше не сопротивлялся. Меня перестало волновать, что происходит вокруг, и что будет дальше. Больше не было страшно, неуверенность осталась где-то в прошлом. Наши роли стерлись, сливаясь в одну, и она идеально подходила нам обоим.
— Знаешь, что я отвечу, если меня вдруг спросят, что изменилось с того интервью, когда я сказал, что никогда не стал бы встречаться с тобой, потому что ты эгоистичный и непостоянный?
Дензил настороженно прищурился.
— Ты на личном опыте убедился, что я отлично готовлю?
Хмыкнув, я потянулся к его рукам и переплел наши пальцы.
— Все проще. Я тоже тебя люблю.
  
Эпилог
 
Полгода спустя…
Лучи утреннего солнца свободно проникали в комнату сквозь неплотно закрытые шторы и падали на кровать ярким светом. Поморщившись спросонья, я сладко потянулся и открыл глаза, разрывая череду приятных и непонятных образов. Уже осознанно улыбнулся и, перевернувшись, прижался к чужому боку, нежно касаясь плеча губами и ведя ладонью вниз по спине.
— Доброе утро.
Тело подо мной зашевелилось. Я привстал, позволяя ему перевернуться, и спустя мгновение к моим губам прижались губы, а тонкие руки обвили шею.
— Доброе…
Я заглянул в голубые глаза и не нашел в них ни следа от недавнего сна, наоборот, они игриво искрились в тени длинных ресниц. Светлые волосы рассыпались по подушке, распространяя в воздухе аромат сладких духов. Лицо передо мной выглядело чересчур идеально, прямо как с картинки. Все благодаря макияжу и правильному освещению.
— Снято! — объявил режиссер, и тут же вся съемочная группа засуетилась.
Мы с моей партнершей по рекламе отодвинулись друг от друга, каждый занялся своим делом: набросив ей на плечи шелковый халат, гримерша принялась поправляла макияж; я же потянулся к воде, предложенной одним из ассистентов. Внутри работал кондиционер, но несмотря на это из-за прожекторов, имитирующих естественное освещение, в студии стояла жара. В таких условиях изобразить утреннюю свежесть и бодрость было не так-то просто.
 
Невзирая на пришедшую после выхода фильма популярность, я пока не спешил отказываться от съемок в рекламе. Зато теперь уже более тщательно отбирал предложения, в основном ориентируясь на известные бренды. Меня все чаще узнавали на улице, а внимание журналистов порой напоминало самое настоящее преследование, и это часто превращалось в проблему, мешая частной жизни, а иногда и работе. Хотя были и плюсы, например, творческая реализация, интересные проекты, новые знакомства и, конечно же, весьма неплохой доход.
К тому же, масло в огонь подлевал наш с Дензилом роман, который не уставали обсуждать, особенно после премьеры. Сценаристы постарались на славу, сделав из наших героев весьма «перспективную пару». Ну и в целом наш блокбастер всем пришелся по душе, поэтому никого уже не удивило, когда кинокомпания объявила о своем желании снимать продолжение. Меня не столько обрадовала сумма гонорара, сколько возможность снова сниматься в тем же актерским составом. Главный сюрприз состоял в том, что к уже знакомым злодеям предстояло присоединиться новому персонажу. И его роль досталась Камилле.
Я уже заранее предвкушал нашу совместную работу, а также надеялся, что Камилла воспользуется этим шансом, чтобы надалить отношения с Джеком. Тем более что между ним и Мией никогда ничего не было, как почему-то показалось Камилле. В этом я не сомневался, особенно после того, как пару дней назад Мия по большому секрету рассказала мне, что Адам сделал ей предложение. Насколько я знал, Николас расстался с Николь и начал встречаться с обычной девушкой, она одновременно училась (к счастью, не на актрису) и подрабатывала в кафе, а еще искренне его любила. Больше про Николь я ничего не слышал, а вот карьера Джесс пошла в гору: она сейчас много где снималась, выступая в амплуа стервы, что соответствовало ее характеру.
Как и предсказывали критики, на ежегодной церемонии наград наш фильм собрал больше всех статуэток. Саму церемонию потом еще долго обсуждали, она традиционно была полна скандалами и событиями. Среди них и наш с Дензилом поцелуй со сцены. Я сам от себя подобного не ожидал, тем более после шоу Кларка, которое прошло на удивление нормально, учитывая перенесенные из-за приезда пожарных съемки и «фирменные» вопросы ведущего, который с энтузиазмом и настойчивостью миссис Эштон пытался выпытать у нас с Дензилом подробности интимной жизни.
Я даже вытерпел конкурс мокрых футболок, для которого мы переоделись… в белые футболки. Добровольцы из зала, разделившись на команды, поливали нас водой из коктейльных соломинок. Побеждал тот, чья майка быстрее намокнет. Заняв первое место, Дензил присоединился к моей команде, и поэтому Джеку досталось только третье место. Это было нечестно, зато весело. После этого эпатировать публику стало для нас с Дензилом чем-то вроде веселой игры.
Когда через пару часов съемки рекламы закончились, я с облегченным вдохом вышел на улицу, подставляя лицо свежему ветру. На стоянке на капоте моего старенького синего форда по королевски восседал Дензил, поджав под себя длинные ноги и защищаясь от солнца зеркальными очками с темно-зелеными линзами. Усталости как не бывало. Сердце в груди радостно встрепетнулось, и я ускорил шаг, во мне будто открылось второе дыхание.
При виде меня Дензил заулыбался и привычно потянулся к моим губам, но вместо поцелуя я выхватил у него полупустую бутылку безалкогольного пива и, запрокинув голову, с наслаждением сделал глоток.
— Эй, это мое пиво! — возмутился Дензил.
— А это моя машина, — нагло ответил я, снова прикладывая стеклянное горлышко к губам.
Дензил дернул меня за рубашку, и вместо горла содержимое бутылки попало мне на грудь.