В шкуре героя (СИ)

Я видел, что Лонг меня дразнит, потому что и он, и тем более я — мы оба были уверены, что я не осмелюсь вылезти из скорлупы. Но кто бы мог подумать, что это так легко — сделать что-то вопреки чужому ожиданию? Хотя бы для того, чтобы лишний раз убедить другого в том, что когда чего-то ждешь, то все обычно складывается с точностью наоборот? Что, если мы все чьи-то грабли?
Просто после всего, что случилось и не случилось, мне показалось это самым правильным — в качестве ответа на все вопросы прижаться к мягким губам, поймать первые мгновения волнующего оцепенения и ощутить ответное движение навстречу. Прерывисто выдохнув, Дензил поддался вперед и обхватил мои губы, надавливая в собственническом поцелуе и обнимая. Его пальцы сжались, сминая мою рубашку на спине.
Почему-то я всегда считал глубокие поцелуи на публике плохим тоном, но даже не вспомнил об этом, скользнув языком Дензилу в рот и тем самым продлевая такой сладкий миг победы над собой.
— Так не хочется тебе отпускать, — пробормотал Дензил, задевая мои губы своими, и поднял голову.
— Они смотрят? — прошептал я, гипнотизируя ямочку в основании его шеи, опоясанную черным шнурком и стараясь не обращать внимания на невообразимый переполох, поднявшийся вокруг.
— И завидуют.
Щелканье и вспышки камер перемешивались с взволнованными возгласами, журналисты нетерпеливо перекрикивали друг друга, стараясь привлечь к себе внимание и добиться первого комментария. А еще, судя по шуму, толкались в попытке пробиться поближе, чтобы сделать наиболее удачный снимок.
— Господи, ты заговариваешь мне зубы, — пробормотал я, и Лонг открыто рассмеялся.
— Тай, тебе надо научиться доверять людям, — серьезным тоном заявил он, но в глазах искрился смех.
— Мистер Лонг, я буду просто счастлив, если вы вдохновите меня своим примером.
Дензил ухмыльнулся.
Разноцветные блики калейдоскопа, до сих пор наполнявшие все вокруг, незаметно переместились в его глаза, преломляясь в их глубине и перетекая в удивительные картинки.
— Помнишь, я как-то говорил тебе, что ты пожалеешь? — ни с того ни с сего спросил Дензил, источая присущие ему уверенность и невозмутимость перед лицом взвинченной толпы.
— Ты хотел сказать — угрожал?
— Согласен, я порой немного перебарщиваю. Так вот, я сделаю все для того, чтобы ты ни разу не пожалел о том, что связался с таким злопамятным и самовлюбленным типом, как я. Как насчет того, чтобы поехать уже наконец домой?
— Но ты хотел свести счеты, — вспомнил я.
Дензил широко улыбнулся, демонстрируя безупречную улыбку.
— Так у нас ничья. И последнее…
С этими словами он снял кулон в форме пятиконечной звезды и, надев мне на шею, громко объявил:
— Это вместо комментариев!
  
Глава 30
 
Сидя на широком подоконнике в маленькой комнате отдыха, я с вдохновением художника выводил на запотевшем стекле водяные круги, собирая крохотные капельки вместе и радуясь, что в эту непогоду мне посчастливилось находиться в тепле помещения, а не на улице. Набирая нужную массу, капли неизменно падали вниз, оставляя после себя кривую дорожку. А я представлял, что каждая такая капля — это звезда и безуспешно загадывал одно и то же желание: оказаться отсюда как можно дальше. Несмотря на укромное расположение, до моего слуха то и дело долетали приглушенные звуки музыки, неразборчивой болтовни и слишком частых взрывов хохота из студии, где сейчас вовсю велась запись ночного тв-шоу Нэта Кларка.
Вздохнув, я отодвинулся от окна, резко потеряв интерес к бесполезному занятию, которое, если честно, мало отвлекало. В углу завалялась чья-то открытая пачка сигарет вместе с зажигалкой. Повинуясь какому-то детскому противоречивому любопытству, смешанному с вызовом самому себе и новой попыткой отвлечься, я достал сигарету и, щелкнув простой пластмассовой зажигалкой, прикурил. Но когда вместо ожидаемого удовольствия в нос проник тонкий запах яблок, разливаясь на языке знакомым вкусом, меня чуть было не стошнило. Отдернув руку от лица, я подавился дымом и закашлялся.
 
— Куришь? — донеслось удивленное с порога.
— Только что бросил, — в подтверждение я вмял сигарету в стоящую рядом пепельницу.
И когда уже я научусь быть внимательнее?
— Значит прячешься, — заключил Дензил, прикрывая за собой дверь. Он улыбнулся. Его глаза удовлетворенно блеснули, как глаза человека, который нашел то, что искал. Укоризненно покачав головой, Лонг цокнул языком: — Я рад. Не люблю целоваться с пепельницей.
— Тогда мне очень жаль, что ты не пришел раньше, — хмыкнул я, наблюдая за его неторопливым приближением.
Я использовал эту возможность, чтобы как следует его рассмотреть, потому что сюда мы приехали по отдельности: я вместе с Мией, Адамом, Джеком и Николасом прямиком с киностудии, где мы успели отсняться в кое-каких эпизодах, Дензил же провел первую половину дня на радио, участвуя в музыкальной передаче. По сценарию первыми гостями шли Мия с Адамом и Ником, а мы с Дензилом и Джеком должны были появиться лишь во второй части телевизионного шоу сразу же после получасового перерыва.
Для сегодняшнего мероприятия Дензил выбрал темно-серый костюм, заменив рубашку на голубую водолазку. Она делала его образ менее официальным, при этом он выглядел очень элегантно и эффектно, и явно чувствовал себя так же свободно и уверено, как и в повседневной одежде. Темные волосы были уложены гелем в легком беспорядке, но я знал, что это впечатление обманчиво. И вся прическа продумана мастером до мельчайших деталей.
Крепкий, сильный и стройный, Лонг двигался с вкрадчивой грацией, отчего я невольно насторожился, сам себе напоминая жертву охоты. Несмотря на то, что все мои инстинкты единодушно вопили об опасности, а мышцы напряглись, разумом я понимал, что мне ничего не грозит: каким-то непостижимым образом мне удалось приручить этого хищника. Но что, если я обманываюсь и это просто невозможно?
Дензил был прав: я на самом деле прятался. Вернее, пытался спрятать ото всех свои эмоции, собраться с мыслями и настроиться на победу в схватке с Нэтом Кларком. Честно говоря, я бы лучше нырнул в реку с крокодилами, чем поздоровался с ним за руку. Если опустить вполне ожидаемую шумиху и бесконечные комментарии, от которых у меня уже онемел язык, я больше всего переживал именно из-за сегодняшнего шоу. Его называли одним из самых успешных проектов за всю историю телевидения, но я никогда специально не смотрел ни один выпуск, разве что случайно видел отрывками.
Дело в том, что мне не нравился формат шоу, где ведущий ставил перед собой цель принизить приглашенную знаменитость на радость публике. В ход шли не только провокационные шутки, но и задания, например, съесть с тарелки гору взбитых сливок без помощи рук или банан. Тем не менее никто не отказывался от участия — это считалось плохим тоном. Еще сидя на гриме и перебрасываясь с Джеком общими фразами, я подсчитал, что у нас в запасе где-то часа полтора. Поэтому я оставил его наблюдать за съемками, а сам отыскал пустую комнату, чтобы немного передохнуть и справиться с мандражем.
Я не мог бы однозначно сказать, что труднее всего: делать вид, как будто ничего не произошло, или подавить волнение от предстоящей встречи с Кларком. Если говорить образно, то мой мир за ночь разделился на до и после. И то, что происходило сейчас, напоминало какую-то истерию: я ощущал себя букашкой, помещенной на стеклышко под прицел микроскопа. Но вместо того, чтобы наслаждаться всеобщим вниманием, я застрял в состоянии тревожного ожидания: сами того не желая, мы с Дензилом сделали Нэту Кларку самый настоящий подарок. Оставалось только надеяться, что он раньше времени лопнет от радости.
— Как ты себя чувствуешь? — с тревогой в голосе спросил Дензил, откидывая мои волосы со лба, чтобы приложить к нему теплую ладонь. Между темными бровями появилась вертикальная складка. — По-моему, ты чересчур холодный. И бледный.