В шкуре героя (СИ)

— Привет, — произнес Дензил, убирая игрушку в сторону, чтобы она не закрывала лицо. Солнечные очки и черная бейсболка с большой белой надписью «Орландо» чудесным образом превратили его в обычного парня. Очень привлекательного обычного парня.
— Мы проходили мимо и решили, что ты к этому времени уже будешь рад нас видеть.
Уперевшись плечом в косяк, я скрестил руки на груди, оставив дверь приоткрытой лишь наполовину: я не собирался так легко сдаваться.
— Не уверен, что могу вам доверять.
Лонг придвинулся ближе и соблазняюще провел языком по моим сомкнутым губам, вызывая сильную волну дрожи вдоль позвоночника.
Видимо, мне придется тяжелее, чем я предполагал.
— Я сожалею, — прошептал он мне прямо в губы, нарочно задевая их своими. — И обещаю больше ничего не утаивать. Разве что неприличные фотографии от фанатов, которые они тысячами шлют мне в социальных сетях. Уверяю, там нет ничего интересного. Ну почти. Но если хочешь, можем просматривать их вместе.
Вместо ответа я приоткрыл губы, чем Дензил и воспользовался, скользнув языком внутрь. От его чувственного напора у меня мгновенно закружилась голова, заставив ощутить непривычное смятение от того количества гормонов радости, которые пустились путешествовать в крови, заражая тело сладкой истомой, как после пары бокалов крепкого алкоголя. Возможно, сказались переживания последних часов или довольно длительный перерыв в отношениях, а может, искусные старания со стороны Лонга, но в результате наряду с приятным волнением меня охватило острое возбуждение. И это только от одного поцелуя.
Испугавшись окончательно потерять контроль, я отодвинулся и сделал несколько шагов назад, пропуская Дензила в номер. И постарался настроить себя на разговор, судорожно соображая, что уместнее прозвучит в сложившихся обстоятельствах. Но, похоже, у Дензила были другие планы: прожигая меня тяжелым взглядом темных глаз, он нетерпеливо захлопнул дверь. Довольно небрежно бросил медведя на столик возле букета, из-за чего ваза угрожающе пошатнулась, и мгновенно преодолел разделявшее нас расстояние. Я открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Лонг с видимым удовольствием обхватил меня за голову и возобновил атаку. Горячий язык жадно проник между губами, лишая меня остатков разума: забыв обо всем, я с жаром ответил на поцелуй, собирая в пальцах мягкие складки ткани на его груди.
Наконец, перестав терзать мой рот, Дензил переключился на шею, влажно скользя по ней губами и языком. От его прикосновений мне было одновременно щекотно и очень хорошо, они рождали в затылке мурашки, которые, подобно воде, горячими каплями скатывались вниз по спине, заставляя пульс еще больше сбиваться и усиливая тяжесть в паху. Когда руки Дензила сжались на моих плечах, а бедра прижались крепче, я принял очередное решение, надеясь, что не пожалею о нем позже: запустив ладони под его толстовку, я медленно провел ими вверх, наслаждаясь твердым рельефом. И вернулся обратно, чтобы взяться за ее низ и потянуть вверх.
— Мне нравится твой настрой, — обжигая мое ухо дыханием, прошептал Дензил. И по интонации я догадался, что он улыбается.
— Цени момент, — пробормотал я.
Усмехнувшись мне в ухо, Дензил лизнул и прикусил мочку зубами. И только после этой маленькой мести помог мне стащить с него абсолютно лишнюю часть одежды и кинуть ее на пол, потому что любой другой вариант в тот момент нас не устраивал: они все предполагали пусть короткое, но расставание, необходимое для того, чтобы дойти до какой-нибудь мебели помимо столика, чью поверхность уже занимали ваза с цветами и медведь.
Перед моими глазами предстал знакомый кулон, удобно расположившийся в ямке между ключицами. Еще совсем недавно я и представить себе не мог, что увижу его при таких обстоятельствах. Даже в полумраке разноцветные камни слабо мерцали, словно пребывая во сне. Как звезды, чья яркость исчезает при восходе солнца, которое делает их невидимыми. Я огладил нежным взглядом идеальные линии горячо желанного тела, не в силах оторваться от плавных изгибов и твердых, выпуклых мышц: каждую хотелось обвести сначала пальцами, а потом и языком. И опомнился только тогда, когда Дензил нетерпеливо потянулся к поясу халата.
 
— Нет, сначала ты, — тихо сказал я и положил руки на пояс джинсов, но он остановил меня, поймав мои пальцы своими.
Я недоверчиво вскинул голову и вопросительно уставился в бархатные, затуманенные желанием глаза. И не поверил себе, разглядев в них сомнения.
— Наверное, мне лучше принять душ, — произнес Лонг, и я с трудом удержался, чтобы не закатить глаза и не испортить момент. Сжав запястья, он завел руки мне за спину и, прислонившись своим лбом к моему, с надеждой в голосе предложил: — Но ты можешь составить мне компанию.
— Еще чего, — хмыкнул я и, высвободившись из чужих объятий, направился в спальню, бросая на ходу: — У тебя десять минут.
— Почему десять? — донеслось мне в спину.
— Потому что из-за кое-кого мы и так потеряли слишком много времени.
Я подошел к изножью кровати и присел на ее край, воспользовавшись прихваченным по дороге пультом, чтобы включить висящий на стене телевизор. Там шла реклама новой коллекции ароматов для дома.
— Тогда я справлюсь за три минуты, — с насмешливым оттенком в голосе ответил Дензил, дефилируя мимо в уже приспущенных до середины бедер штанах, открывающих белоснежную полоску нижнего белья.
Я проводил взглядом широкую мускулистую спину с тату черных крыльев на лопатках. Выключил телевизор и откинулся назад на вытянутых руках. Потом встал и снял халат, после чего забрался под одеяло. Вместе с ним меня накрыли неловкость и волнение, и еще немного страх, но я постарался выкинуть все мысли из головы и расслабиться. В любом случае, сбегать было поздно: если Лонг не соврал, то он появится меньше, чем через минуту.
— Зря ты отказался. Здесь отличная ванная. Мы вдвоем легко бы в ней поместились.
Дензил вышел даже раньше, чем обещал — практически голый и мокрый, он был возмутительно красив. И, подобно магниту, притягивал к себе мой взгляд, провоцируя новую волну возбуждения. По его темным волосам и телу стекали капли воды, и впитывались в обмотанное вокруг бедер белое полотенце.
— И чем тебя не устраивает кровать?
Улыбнувшись, Дензил остановился на середине комнаты и, встряхнув волосами, скинул полотенце. Затем приблизился с ленивой грацией льва, который позволяет добыче как следует собой налюбоваться перед тем, как ее съесть.
— Вот этим, — наклонившись, Лонг взялся за угол одеяла и одним движением сдернул его на пол.
Я почувствовал, как загорелись скулы. И поборол глупое желание прикрыться подушкой. Удушающая стеснительность, от которой потели ладони и отнимался язык, должна была остаться в прошлом, с почестями погребенная под тоннами подростковых комплексов, изживших себя по мере взросления. Меньше всего мне хотелось ее внезапного воскрешения, поэтому я не позволил себе сдвинуться с места. Вместо этого я провокационно облизал ладонь, опустил на член и провел по нему пару раз, упиваясь пристальным вниманием со стороны Дензила.
— Если ты вдруг передумаешь, то в соседней комнате есть еще диван, и он твой. Потому что я не занимаюсь этим для зрителей, — многозначительно произнес я, намекая на историю с камерами.
— Я всегда подозревал, что за внешностью пай-мальчика скрывается вредная и злопамятная детка. Я сейчас, — посмеиваясь, Лонг исчез в гостиной и вернулся оттуда с плюшевым медведем. Под моим изумленным взглядом он расстегнул молнию на его спине и бросил на кровать смазку вместе с презервативами.
— А ты неплохо подготовился, — я приподнял брови, мысленно приветствуя возвращение нервозности.
— Я предусмотрительный, — ухмыльнувшись, Дензил залез на кровать и подполз поближе.
Его ставшие почти черными глаза гипнотизировали. Засмотревшись, я пропустил тот момент, когда Лонг ухватил меня за щиколотки и дернул к себе, нависая сверху. В его взгляде светилось торжество.
— Итак, с позициями мы разобрались и на очереди твоя подготовка. Не волнуйся, я буду нежным, — пообещал он, прежде чем начать покрывать поцелуями мои грудь и живот, постепенно спускаясь ниже.